Олег Шелонин Виктор Баженов 
Возвращение Безумного Лорда

Безумный Лорд – 2

Олег Шелонин, Виктор Баженов

Возвращение Безумного Лорда

1

Стив стоял на зубчатой стене Крепости Снежных Шапок и напряженно всматривался в темноту.
– Так вот вы какие, Забытые Земли, – едва слышно пробормотал он.
К юноше, погромыхивая латами, подошел герцог де Гремиль.
– Вы бы хоть кольчугу надели, Ваше Высочество. Ежели с вами что случится, с меня батюшка ваш, король, шкуру спустит.
– Меня стрелы не берут, – отмахнулся Стив, думая о чем‑то своем, – я заговоренный. Вот что, герцог. Распорядитесь‑ка утроить охрану, и пусть меняются чаще, чтоб не спали на посту.
– Вы по‑прежнему уверены, что нападение будет? С тех пор как монахи со святыми мощами туда ушли, на границе полная тишина настала. Ни одного набега. Да и Муэрто до сих пор в плену.
– Его орды остались, а они так просто не успокоятся. А Муэрто… Тихо!
Герцог проследил направление взгляда принца и понял, что привлекло его внимание. На горизонте замелькали огоньки. Де Гремиль схватился за сигнальный рожок. Дисциплинированные воины при первых же звуках боевой тревоги высыпали из казармы и полезли на стены, звеня кольчугами и гремя латами. На бегу они проверяли как выходят из ножен мечи, сдергивали луки с плеч и накладывали стрелы на тетиву. Крепость приготовилась к обороне. Стив одобрительно кивнул головой. Такая оперативность ему понравилась.
– Без команды не стрелять, – зычно распорядился де Гремиль. – А вдруг это монахи возвращаются, – как бы извиняясь, пояснил он принцу.
– Посмотрим, – кивнул головой Стив.
Огоньки приближались. И скоро выяснилось, что де Гремиль был прав. Это возвращались монахи. В свете факелов хорошо были видны их сутулые фигуры, закутанные в коричневые сутаны. Четверо из них несли на плечах гроб со святыми мощами. До защитников крепости донеслись и звуки монотонной, заунывной песни.
– Вы только посмотрите, Ваше Высочество, – восхитился герцог, – за ними идут орки. Они тоже поют псалмы! Их обратили в истинную веру! Вот что крест‑то животворящий делает! Ну, что? Впускаем?
– Только монахов! – коротко бросил Стив.
– Ну, разумеется, Ваше Высочество.
Воины налегли на барабан. Загремели цепи. Вниз, со стены с лязгом и скрежетом начала опускаться платформа. Стена крепости неимоверной толщины, обращенная в сторону Забытых Земель, не имела ворот. Попасть внутрь можно было только с помощью этого примитивного подъемника. Крепость, зажатая с двух сторон отвесными скалами, надежно перегородила перевал и закупорила проход, через который когда‑то в Вольные Баронства волнами лезла нечисть.
Платформа достигла земли. Цепи обвисли.
– Только монахи! – крикнул вниз де Гремиль.
Орки послушно отошли в сторону, монахи с гробом первые ступили на платформу. За ними, не прекращая пение, на подъемник взобрались остальные святоши с факелами в руках.
– Пошел! – махнул рукой де Гремиль.
Цепи натянулись, и платформа медленно поползла вверх. Орки тут же встали на колени и начали подвывать в такт пению монахов.
– Все, конец войне! – радостно потер руки де Гремиль. – Молодцы монахи!
Стив не ответил. Глаза его сверлили мрачные фигуры в сутанах. Что‑то было не так, но что?
– Пошли встречать. – Нетерпеливый герцог, не дожидаясь согласия принца, направился к воинам, с натугой крутившим колесо, наматывая на барабан черные стальные цепи гномьей ковки.
Стив двинулся следом. Платформа приближалась. Еще один оборот колеса, еще один, край платформы сравнялся со стеной…
– Всем стоять! – рявкнул Стив.
Лучники, почуяв в словах принца угрозу, тут же наложили стрелы на тетивы и навели их на монахов. Мечники обнажили мечи.
– Открыть гроб! – приказал Стив монахам.
– Это святотатство! – загомонили фигуры в сутанах.
– Поставить гроб на платформу и снять крышку! – отчеканил Стив.
Монахи заскрежетали зубами, но гроб, тем не менее, опустили.
– Снять крышку! – повторил принц.
– Если надо, снимай сам, – дерзко ответил какой‑то монах, – а нам дороги наши бессмертные души и тревожить святые мощи мы не будем!
Стив без колебаний запрыгнул на платформу, небрежным движением руки отодвинул в сторону беснующихся святош, пытавшихся перегородить ему дорогу, наклонился и откинул крышку гроба. Внутри лежал юный атлет во всем белом. Он был закован в белые латы, на нем были белые сапоги, белые волосы волной ниспадали на плечи, правая рука его сжимала белый меч, ослепительно сияющий в темноте.
– Что‑то не похоже это на святые мощи… – И тут до Стива дошло, что же насторожило его в поведении святош. Лица монахов. Они так старательно скрывали их капюшонами сутан…
Глаза мертвеца открылись. Огненный взор белого воина обжег Стива.
– Не ждал? А я вернулся…
– Ловушка!!! Это Муэр…
Мощные руки воина схватили Стива за горло и начали душить. Юноша захрипел. Краем глаза он увидел, что монахи откинули капюшоны, обнажая свирепые морды орков, и бросились на воинов де Гремиля. Засвистели стрелы, зазвенели мечи.
– Не дать им захватить подъемник! – как сквозь вату донесся до Стива голос герцога.
Сознание принца начало меркнуть…

* * *

– Фу‑у‑у… опять этот сон. – Стив проснулся весь в поту, потряс головой, отгоняя ночной кошмар, который преследовал его уже третью неделю, посмотрел на жену.
Разметавшаяся во сне Эмма спала рядом, отгородившись от него магическим пологом непроницаемости. Это было жестоко, но Стив понимал, что отлучение от тела честно заслужил своими детскими выходками. Но не на такой же срок! Три дня после собственной фиктивной гибели он пугал прислугу и друзей, кося под привидение, а наказание длится уже почти месяц!
Точеная ножка, выбившаяся из‑под простыни, выглядела так соблазнительно, что рука Стив невольно потянулась к ней. Дуговой разряд с треском вонзился в его палец.
– А, черт! – Юноша затряс рукой.
Эмма пробормотала что‑то во сне и повернулась на другой бок, потянув за собой простыню. Теперь оголена оказалась не только ножка, но и… Короче, вид стал настолько умопомрачительный, что Стив заскрежетал зубами.
– Садистка, – пробормотал он, сполз с кровати и поспешил натянуть на себя штаны.
Оставаться дальше в постели было вредно для здоровья. Мазохизм он не уважал. Однако надо что‑то делать. Так дальше продолжаться не может. Срочно реабилитироваться. Но как? Ему было стыдно. Три недели назад он действовал очень непрофессионально. Кто‑нибудь особо одаренный мог и догадаться, что по замку бродит отнюдь не призрак. А ведь целью всей операции было не только заключить Бога Смерти Муэрто в бесчувственное тело эльфа, из которого он, как из темницы, не сможет вырваться, но и имитировать смерть его главного противника, дабы пособники бога расслабились. Юноша выскользнул из спальни в гостиную и сразу наткнулся на Мастера Грима, дремавшего у порога. Гном мирно посапывал носом, развалившись на маленьком стульчике. У ног его лежал выпавший из рук огромный фолиант. Пальцы сжимали гусиное перо. На полу стояла чернильница.
– Интересно…
Месяц назад блаженный Стив, или как его когда‑то называли в славном городе Гувре, Безумный Лорд, сразу начал бы искать в этой книжке сказки, но теперь он повзрослел, и его как бойца невидимого фронта интересовало совсем другое. Там наверняка секреты гномов! Возможно, есть что‑нибудь и про Эмму, таинственную баронессу фон Эльдштайн, владениям и богатству которой мог позавидовать любой король. Эмму, данную богами ему в жены. Девушку, о которой он практически ничего не знал. Недолго думая, Стив поднял фолиант, отволок его к креслу, стоящему в углу гостиной у небольшого столика рядом с окном, расположился там с удобствами, водрузив ноги на стол, и открыл первую страницу.
– Ни фига себе, – изумленно произнес он, увидев на титульном листе заголовок «ГНОМЬИ ЛЕТОПИСИ. Похождения Безумного Лорда».

Это были все‑таки сказки, о чем доходчиво сообщали первые же строки после оглавления. Стив начал лихорадочно листать страницы, выискивая самые забавные места. Сказки, да еще какие!

«…даже после страшного заклятия, насланного Богом Смерти Муэрто, Стив продолжал с ним бороться. Двенадцать лет он копил силы, всеми забытый, оторванный от семьи, терпя нужду, голод и холод. В тот памятный день он сидел на паперти, притворяясь дурачком, в ожидании своего злейшего врага…»  

– Как поэтично, – восхитился Стив, почесав затылок. Он точно помнил, что никаким дурачком не притворялся, а именно им конкретно и был целых двенадцать лет, после того как чуть не подорвал этого мерзкого бога своей стрелой из арбалета в то далекое время. Ему тогда еще не было восьми… или было? Неважно, главное, что на паперти он сидел не в ожидании своего злейшего врага, о котором после взрыва забыл напрочь, а в ожидании краюхи хлеба или медяка от сердобольных прихожан местной церкви.
– Что там у нас дальше? – заинтересовался он.
«И он дождался! Злобный бог Муэрто появился в облике придворного мага короля Бурмундии Дарьяла XV. Как только Стив почуял его, скрывающегося в теле колдуна Мастера Муна, он вытащил заранее приготовленный арбалет и двинулся за колдуном вслед. Преследование привело его в глухой темный лес, Стив выбрал удобную позицию, прицелился и… у него все бы получилось, если бы в дело не вмешались два посланных ему на помощь эльфа, замаскированные под обычных охотников‑людей. Эти неуклюжие недотепы, не умеющие прилично вести себя в лесу, сорвали гениальный план Великого Стива, раньше времени выдав свое присутствие. Мастер Мун, он же Муэрто, заподозрив неладное, начал колдовать. Великому Стиву пришлось срочно менять планы на ходу, и он решил прикончить Бога Смерти при помощи рядом пасущегося медведя…»
Стив засмеялся так радостно, что гном встрепенулся.
– А? Что?
– Ничего, ничего, спи, дорогой, я за тебя покараулю, – успокоил его юноша.
Измученный бессонной ночью Мастер Грим закрыл глаза и вновь засопел. А Стив уткнулся в книгу. Ему было жутко интересно, что там еще про него напридумывали гномы. Он‑то точно помнил, что все было не так. Арбалет городской дурачок элементарно свистнул у пьяного стражника Кэлара, храпевшего в сторожке, а за колдуном увязался только потому, что в его дурную голову тогда пришла шальная мысль оказать ему услугу, за что тот возьмет его на службу, обучит своему мастерству, после чего Стив вылечит смертельно больного короля, а тот в благодарность выдаст за него свою горячо любимую дочку и отпишет полкоролевства в придачу. Вот такие далеко идущие планы и толкнули его тогда двинуться за колдуном. И его не смущало, что Дарьял XV был здоров как бык, что у него была не дочь, а сын, и что ни с кем своим королевством он делиться не собирался.
«Неудачная попытка не сломила нашего героя. Великий Стив стал искать другие пути. И нашел! Он сумел втереться к колдуну в доверие, за короткий срок стал его правой рукой, выбирая удобный момент для уничтожения злодея. И подходящий момент подвернулся. К сожалению, под рукой у Великого Стива в тот самый момент оказался только топор. Им‑то он и воспользовался, и если б не повар, с Богом Смерти в тот день было бы покончено…»
Стив зажал рот, чтоб не заржать во весь голос. Ему не хотелось раньше времени будить Мастера Грима, ведь этот гад не даст дочитать фантастический роман. Обязательно отнимет. Перед мысленным взором всплыли картины недавних дней. Помнится, его попросили тогда поймать курицу, затребованную колдуном на ужин.
Стив с радостью взялся за это дело. Он долго гонялся за ней по всему двору, а когда поймал, оказалось, что это петух. Немного помятый, немного офигевший, но все‑таки петух, которого он с гордостью вручил кухарке.
– А кто его за тебя ощипывать будет? – уперла кухарка руки в крутые бока. – А голову почему не отрубил?
Безумный Лорд позеленел. Одно дело – благородная охота, а вот так вот, хладнокровно, топором, беззащитную птичку… Он взял мясницкий топор и пошел во двор к разделочному чурбану. Увидев чурбан, петух понял, зачем его ловили и начал активно сопротивляться. Чтоб не брыкался, Стив связал ему лапы, и тут же схлопотал пару звонких пощечин крыльями. Стив привязал крылья к чурбану, распластав тело жертве на этой своеобразной плахе, поднял топор, и тут петух так жалостливо посмотрел на него, что рука безвольно повисла. Спасаясь от укоризненного взгляда, он завязал петуху глаза вместе с клювом и еще раз поднял топор. Слезы брызнули из глаз. Ему было так жалко птичку! Собрав свою волю воедино, юноша завязал глаза себе, чтобы не видеть мук бедной птицы, в очередной раз занес над жертвой топор, и замер, не в силах его опустить.
За его титаническими усилиями наблюдали все, включая Мастера Муна, и потихоньку сползали, корчась от беззвучного смеха. Беззвучного, потому что все боялись гнева колдуна, а еще больше боялись спугнуть это бесплатное шоу. Тем временем колдун, сообразив, что рискует оказаться без ужина, подал своему работнику совет:
– А ты попробуй, как на охоте.
Стив тут же воспрянул духом, скинул с головы повязку развязал петуха, и как только тот взметнулся вверх, со все дури запустил в него топор. Петух, используя фигуры высшего пилотажа, увернулся, а топор глубоко вонзился в дерево стены около правого уха шеф‑повара…
– Ладно, зачтем это себе как еще один подвиг, – решил Стив, вновь углубляясь в книгу.
«Тогда Великий Стив, которого уже никто не смел называть Безумным Лордом, нанял команду профессионалов и заманил колдуна в ловушку. Он завел его через гномьи горы в подземелье Черного Дракона, чтобы там объединенными усилиями покончить с ним, и попытался затолкать его в заднепроходное отверстие ящера…»
Стив мучительно покраснел.
– Ну, это уже перебор…
Откровенно говоря, в то самое место под хвостом ящера попал он сам. Хорошо, что дракон оказался механический, и Великий Стив не задохнулся. Но вляпались они тогда здорово.
Стив невольно ударился в воспоминания.
Гномы жутко обозлились. Умудрились усыпить всех, кроме успевшего уйти через портал Муэрто, и всю команду Стива отправили на растерзание Дарьялу XV. К счастью, к тому времени, юноша полностью пришел в норму. Заклятие Муэрто двенадцатилетней давности спало, как только он вмазался в магическое зеркало колдуна, заодно нахватавшись обрывков различных знаний из странного неведомого мира. Зеркало заработало как портал между мирами. Эти знания ему очень пригодились потом в тюрьме, из которой друзья выбрались быстро, предотвратив заодно дворцовый переворот, затеянный приспешниками Муэрто. Благодарный король даже устроил в их честь пир, который, благодаря усилиям впервые попробовавшего алкоголь Стива растянулся на три дня. Вот тогда‑то все и началось. Он по пьяни умудрился подписаться на кучу контрактов, одним из которых было физически устранить Муэрто (Стив тогда еще не знал, что это – древний Бог Смерти), заодно спасти принцессу Лили, а если получится, то и ее государство Нурмундию. До Нурмундии сердитому Дарьялу XV дела не было: рассорился он с соседним королем, – а вот принцесса была его крестницей, да еще и невестой его сына Ленона. Много приключений было по пути. У Стива была крепко сбитая, дружная команда. Каждый профессионал в своем деле. Жанэр Собкар – бывший капитан тайной полиции Бурмундии, Яшка Лимончик по прозвищу Кот – вор карманник высшей квалификации, великолепный метатель ножей Петька – циркач, выступавший на сцене под псевдонимом Петруччо, и, наконец, добродушный гигант Осель Лопухинский – деревенский увалень, так и не завершивший курс обучения в воинственном ордене монахов. По дороге к ним прибился пятый участник – граф Вэлэр. Он жутко ненавидел Муэрто, который сделал его вампиром, а потому был неоценимым союзником в борьбе с древним богом. В столицу Нурмундии Кассилию они проникли, влившись в труппу знаменитого Труссарди, и им почти удалось выполнить все задуманное, но обстоятельства в виде любвеобильного Петруччо, соблазнившего дочку хозяина труппы, сорвали все дело. Им пришлось срочно бежать сначала в имение связной Собкара баронессы фон Эльдштайн, оставив принцессу Лили на попечение Вэлэра, а Муэрто в бесчувственном теле Мергила – придворного мага Эдуарда II. Бог Смерти уже успел переселиться туда.
А в имении Эммы их ждала делегация эльфов и гномов. Планы резко менялись. Маленький народец выяснил, что Богу Смерти срочно нужен некий артефакт, который выставляется как приз на ежегодном турнире в Вольных Баронствах. Разумеется, друзья немедленно отправились туда, но уже в сопровождении эльфов, гномов и Эммы, которая вызвалась сыграть роль жены Стива. Все они теперь были очень важные персоны. Стив стал принцем Уэльским далекой заморской страны, о которой ни в Вольных Баронствах, ни в Бурмундии, ни в Нурмундии ничего не знали, Эмма, соответственно, его супругой, всех остальных назначили кого графом, кого герцогом, кого маркизом. Короче, они были на подхвате и честно изображали свиту.
Их ожидания оправдались. Муэрто прибыл на состязание под видом графа Орбиладзе, вернее, в его теле, и первое, что сделал, – организовал нападение на Стива и Эмму. В нем участвовала группа музыкантов «Дети цветов», попавших под влияние Бога Смерти. Какого же было удивление Стива, когда в одном из музыкантов Собкар опознал сына своего короля Дарьяла XV, без вести пропавшего полгода назад. Из‑за него‑то бывший капитан тайной полиции и попал в свое время в опалу, и вынужден был скрываться. Жанэру была поручена безопасность королевского отпрыска.
Стив разработал гениальный план поимки Муэрто. Смутные воспоминания детства говорили ему, что не просто так он стал называть себя Лордом, после того как безумие посетило его. Была какая‑то тайна, связанная с величественной женщиной неземной красоты, Матерью Драконов. Ее лицо все чаще появлялось перед мысленным взором юноши. Он чувствовал, что знания его о враге исходят именно от нее. Древний Бог Смерти легко вселялся в тела живых существ и легко покидал их, по своему желанию, даже когда эти тела погибали. Он не мог только одного: покинуть тело эльфа, находящегося в бессознательном состоянии. На это и был расчет. Муэрто попался в расставленную для него ловушку. Попутно Стив решил и еще одну задачу. Он сымитировал свою смерть, несмотря на мелодраму, развернувшуюся на ристалище. Только что коронованный на царствие барон дґАврильяк оказался его родным отцом, а приз – его собственной детской игрушкой…
Шаги в коридоре за дверью заставили Стива встрепенуться. Он сунул фолиант на подоконник за штору, затем, поколебавшись несколько мгновений, нырнул за ту же штору сам. Кто его знает, кого там несет? Для всех посторонних он мертв! Нетерпеливый стук в дверь заставил Мастера Грима подпрыгнуть на своем стульчике.
– А? Что? – всполошенно залопотал гном спросонок, выдергивая из‑за пояса топор.
В гостиную ввалился взлохмаченный Осель.
– А где Стив?
Мастер Грим метнулся к входной двери и захлопнул ее за гигантом.
– Тс‑с‑с… – прижал он палец к губам, – С ума сошел! Это страшная тайна!
– Ах да, я и забыл… – смутился гигант. – Эй, Стиви, ты где? Я пришел!
– Чего ты орешь!!? – зашипел гном.
– Так ты ж дверь закрыл.
– Тьфу! – сплюнул гном, торопливо творя магический полог звуконепроницаемости.
– Он нам вчера общий сбор объявил, – виновато хлопая глазами, пояснил Осель.
– Ты пунктуален. Это радует, – похвалил друга Стив, выходя из‑за шторы.
– Привет, шеф! – расплылся Осель.
– Привет. Располагайся. Сейчас остальные подтянутся и приступим. Мастер Грим, покараульте у входа. Пропускать только мою команду. Остальных вон!
– Охрану организую, – не стал возражать гном, – но мое место здесь. Я должен охранять Э… Вашу супругу.
Стив неопределенно хмыкнул и задумался. На ристалище, помнится, Мэтр Эльгир проговорился, что Эмма для эльфов и гномов значит очень много. Впрочем, это было заметно и без его признания. Стив прекрасно видел, что его прекрасная половина вертела ими, как хотела, и ее беспрекословно слушались. Пока он размышлял, Мастер Грим успел организовать охрану, передал им инструкции Стива и вернулся обратно в гостевую комнату.
Из спальни выглянула заспанная головка Эммы.
– Ой! – стыдливо пискнула она и юркнула обратно. – Я сейчас оденусь… – донесся до друзей ее голос из‑за стены.
Пока она приводила себя в порядок, в гостиную начали подтягиваться остальные участники совещания. Вошел Петруччо, следом за ним появился Собкар, крепко полаявшись предварительно с охраной, не пропускавшей на совет принца Ленона, о котором Стив упомянуть забыл. В принципе на совете он был особо не нужен, но Собкар по‑прежнему не расставался с сыном Дарьяла XV, боясь, что он опять исчезнет.
Последним из команды в гостиную просочился мрачный Кот, зачем‑то прикрывая лицо ладонью правой руки. Левая скрывалась под складками плаща, который воришка за каким‑то чертом напялил на себя с утра пораньше.
– Слышь, шеф, меня твои шуточки скоро в гроб вгонят.
– Ежели ты о том, что я под призрака косил, то извиняй, – искренне покаялся Стив. – Сам понимаю – неудачно прикололся. Так когда это было‑то!
– Какая разница – когда? Ну, прикололся и ладно. Остановился бы на этом, – сердито пробурчал Кот. – А зачем этой ночью‑то ко мне опять приперся?
– С чего ты взял? – искренне удивился Стив. – Я всю ночь тут провел.
– Да? Может, скажешь, что это тоже не твоя работа?
Кот отнял руку от лица, выставив на всеобще обозрение свою физиономию, левая половина которой представляла огромный сплошной синяк.
– Ух, ты‑ы‑ы… – восхитился Стив, покосился на руки Оселя и тут же вынес диагноз: – Не, это не кулаком били, зуб даю!
– Ясен хрен, не кулаком, – простонал Кот. – Шеф, ну скажи, что я тебе плохого сделал? Вот сплю я себе спокойно вчера и вдруг чую, что кто‑то по комнате шебуршит. Ну, думаю, точно, опять ты шутки шуткуешь. Дай, думаю, и я над тобой пошучу. Дождался, когда ты рядом со мной шарить начал, вскочил и говорю деликатно так, во весь голос: «Б‑у‑у!!!».
– И что дальше? – заинтересовался Стив.
– Дальше был «дзинь!!!», и больше ничего не помню.
– А кто сказал «дзинь»? – спросил Собкар.
– Она. – Кот вытащил из под плаща огромную чугунную сковороду гномьей ковки, вывернутую ударом чуть не наизнанку. – Хорошая сковорода была. Лучшая на королевской кухне. Так украсила бы мою герцогскую… Шеф, ну за что!!?
– Да не я это, балда! Всю ночь здесь провел, еще раз повторяю. Вон и Эмма подтвердить может, и Мастер Грим. Он до утра тут у порога бдил.
Гном подтвердил слова Стива кивком головы.
– У‑у‑у… тогда еще хуже, – затосковал Кот.
– Что может быть хуже, чем сковородкой по морде? – удивился Петруччо.
– А вы смеяться не будете?
– Нет, – хором успокоили его все присутствующие.
– Меня обокрали, – прошептал Кот.
Правая, не задетая сковородкой сторона лица стремительно покраснела. Покраснела бы и левая, но она и без того уже была синяя. Команда Стива, включая и его самого, забыв про свое обещание, грохнула. Не смеялся только принц Ленон, который до сих пор не знал, что перед ним не герцог Коттиани, а знаменитый на всю Герессу Яшка Лимончик по прозвищу Кот – щипач‑профессионал экстра‑класса.
– Неужто ночной горшок сперли? – прорыдал сквозь смех Собкар. – Ну до чего ж приятно видеть это в натуре: вор у вора дубинку украл.
– Если б горшок…
Вид у Кота был такой пришибленный, а голос виноватый, что Стив прекратил веселиться, почуяв неладное.
– Что сперли? Конкретнее! – Его ледяной голос, словно удар хлыста, разом оборвал общее веселье.
– Да этого… дракончика. Статуэтку твою. Ну, ту, что ты на ристалище выиграл.
Стив подпрыгнул чуть не до потолка, после чего не говоря больше ни слова, ринулся к спальне. Прихорашивавшаяся около зеркала Эмма повернула голову в его сторону, взглядом спрашивая, что случилось. На подзеркальнике, прямо перед ней, стояла статуэтка из черного оникса. Приз был на месте.
– Фу‑у‑у… все в порядке, – успокоил Стив свою прекрасную половину и вернулся обратно в гостиную. – Считай, что отквитался, – поздравил он Кота, – тебе меня тоже удалось напугать. Но хорошо все то, что хорошо кончается. Приз на месте.
– Это копия, шеф, – понурился Кот. – Я думал, ты за эту статуэтку меня сковородкой и огрел. Я ж не знал тогда, что ты жив, ну и оставил себе оригинал. Тебе, прикидывал, эта безделушка все равно уже не нужна, а я в своем герцогстве потом буду сидеть, смотреть, тебя вспоминать, внучатам показывать.
– Что ты сказал? – еле слышно прошептал Стив, наливаясь кровью.
– На, – сунул ему в руки сковородку Кот и подставил голову.
Стив, завязал творение горных гномов узлом, отшвырнул чугунный комок в сторону…
К счастью для Кота в этот момент за дверью послышался голос радующегося жизни короля.
– Ну, что, бородатые, кореша моего сыночка покойного все в сборе?
– Все, – дружно подтвердили гномы. – Только относительно вас распоряжений не было. Так что посторонних…
Мастер Грим правильно сориентировался по выражению лица Стива и метнулся к двери.
– Пропустить!
Аврильяк I был в таком прекрасном расположении духа, что на мелкий инцидент даже внимания не обратил. Он вошел в гостиную танцующей походкой, напевая на ходу:
– «Гоп‑стоп, мы подошли из‑за угла. Гоп‑стоп, ты много на себя взяла…» Ох, сынок, как мы вчера оттянулись на дискотеке!
У Стива отпала челюсть. На короле были бриджи в обтяжку, поверх камзола висели золотые цепи, в ушах торчали сережки.
– Ну, как мой прикид, сынок?
– Упасть и не встать… – одобрил потрясенный Стив. – И как это понимать?
– Я тоже решил войти в команду освобождения Нурмундии бескровным методом, о котором ты говорил. Закис я тут в Вольных Баронствах. Надеюсь, в группе «Дети Цветов» для меня место найдется?
Команда Стива восторженно загудела, и тут же затихла под мрачным взглядом Стива.
– Ну, раз пошел такой расклад, придется поговорить по душам. Так, колитесь, кто вчера притащил на просмотр гномью водку?
– Не я! – дружно отрапортовала его команда. – Не было там гномьей водки!
– Угу, придется пройтись по личностям. Начинаем персональную разборку. Собкар…
– А что сразу я?
– Что вчера делал с принцем Леноном? – тоном опытного следователя спросил Стив.
– Как положено. Сидел в президиуме. Слушал кандидатов в группу «Детей цветов». Смотрел, чтобы туда подозрительные личности не попали.
– Смотрел, значит?
– Смотрел.
– А что означал твои вопли: «Когда же будут девочки!!? Я требую канкан!»?
– Это означает, – тут же вывернулся Жанэр, – что я предлагал разнообразить репертуар и усилить артистическую труппу представителями прекрасного пола.
– Ладно, возьмемся за Кота.
– Шеф, я и так уже пострадал! – воришка выразительно продемонстрировал лиловую половину своего лица.
– Сейчас ты у меня пострадаешь еще больше. Что означал твой хит: «Ну, где же ваши ручки? Давай поднимем ручки и будем танцевать»?
– Ничего особенного. Хотел, чтобы толпа завелась, оживилась.
– А почему потом посыпались претензии к королю о пропаже кошельков, брюликов и даже разного рода верхней и нижней одежды?
– Шеф, ты не поверишь, до чего докатилась страна! Ворья развелось – жуть! Пока я завожу толпу, они так и шуршат, так и шуршат!
– Жаль, что под рукой нет свежей сковороды, – расстроился Стив.
– И слава Богу! Самая мерзкая штука из кухонной утвари.
– Шеф, а откуда ты все это знаешь? – настороженно спросил Собкар.
– Ты думаешь, я пустил дело на самотек?
– Так и думал, что ты выберешься из дворца, – с досадой стукнул себя по коленке Жанэр.
– Нечего переводить стрелки, – нахмурился Стив. – Я с вами еще не закончил. Осель, объясни, что вы с Петруччо пытались изобразить на подмостках, напялив на себя юбочки? Кстати, где вы их взяли?
– Кот презентовал, – честно признался Осель.
– Понимаешь, шеф, – проникновенно добавил Петруччо, – король очень хотел понять, что такое канкан, и требовал его ему показать…
– Мы же не могли ослушаться короля, – развел руки Осель.
– Канкан это что‑то! – Аврильяк I мечтательно прикрыл глаза, видать, вспоминая вчерашнее шоу.
– Ясно, – процедил Стив. – Тогда перейдем к главному. Кто перед этим королю наливал?
– Кто?
– Кто наливал?
– Какая зараза посмела? – дружно начала возмущаться команда Стива.
– Повторяю вопрос, кто налил моему папаше гномьей водки?
– Гномьей водки не было, – очень убедительно сказал принц Ленон, глазки которого после вчерашнего были до сих пор мутные. – Собкар сказал, что ты запретил.
– Вот видишь! – обрадовался Жанэр.
– А что же было?
– Обычный самогон, настоянный на дурман‑траве, – одним махом сдал всю команду Ленон, наивно хлопая глазами.
– А его в запретном списке нет! – торжествующе сообщил Кот.
– Придется и на него вас кодировать, – вздохнул Стив.
– Шеф! Не надо! – взмолился Осель.
– Какие еще радости в жизни останутся? – жалобно простонал Петруччо.
– Об этом мы поговорил позже. Теперь вопрос: откуда вам известны эти странные хиты?
– Ты их на пиру у Дарьяла XV пел, – напомнил Собкар, – а этот гад, – кивнул он на Петруччо, – никогда не пьянеет. Да и память профессиональная, артистическая. Он их знаешь, сколько уже записал? Наверняка за свои выдавать будет, плагиатор хренов.
– А вот и нет, – обиделся Петруччо, – у меня все по‑честному. Вот, смотрите.
Циркач выудил из подмышки довольно пухлый том, протянул Стиву. «НАРОДНЫЕ ПЕСНИ ВЕЛИКОЙ БРИТАНИИ. Составитель ПЕТРУЧЧО ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ» – значилось на обложке.
– Почему Великой Британии? – полюбопытствовал Стив.
– А у нас в Нурмундии и в Бурмундии таких песен нет, – пояснил циркач, – значит, они – из Великой Британии, откуда ты родом.
Стив выразительно постучал артиста по лбу.
– Принц Уэльский, Британия – это ж все легенда, болван. Неужто забыл?
– Не, не забыл. Просто звучит красиво. Особенно мне там вот эта нравится: «Раз пошли на дело я и Коттиани. Коттиани выпить захотел…»
– Кошмар! – схватился за голову Стив. – Неужели не мог чего получше выбрать?
– Есть! Есть там лучше! – оживился Кот. – Вот эта: «Мурка, ты мой Муреночек…»
– Замолчи! – взмолился Стив, заливаясь краской стыда. Он пел за столом у короля такие песни!
– А мне больше другая по нраву, – ухмыльнулся Собкар. – Прямо как для Кота писана: «Владимирский Централ, ветер северный…»
В этот момент из дверей спальни выскользнула Эмма. Она была как всегда обворожительна, несмотря на странную бледность в лице. В левой руке девушка держала большой фужер, в котором плескалась какая‑то мутная жидкость, в правой кружевной платочек. Все торопливо встали при ее появлении, и сделали учтивый поклон.
– Рада приветствовать вас, господа. Я тут кое‑что невольно слышала. Насчет пира у Дарьяла XV. Нельзя ли об этом поподробнее?
– Да не о чем собственно рассказывать, Эммочка, – подкатился к ней Стив, нежно обнял за плечи.
– Все было благопристойно, – закивал головой Собкар.
– Поговорили, выпили, – подтвердил Кот.
– Посидели чуток, – добавил Осель.
– Трое суток… – уточнил никогда не пьянеющий Петруччо.
– Так‑так… – Эмма сурово посмотрела на Стива.
– Я был в гостях и не мог покинуть пиршественный стол, не нарушая этикет. Это оскорбило бы короля Бурмундии, – Стив изобразил постное лицо. – А так хотелось уйти!
Его команда дружно закивала головами, подтверждая истинность слов шефа. От нахлобучки Стива спасла голова одного из гномов‑охранников, сунувшаяся в гостевую комнату.
– Ваше Высочество?
– Слушаю, – обрадовался Стив.
– Он прибыл! – почему‑то шепотом сообщил гном.
– Кто прибыл? – не понял принц.
– Проси, – оживилась Эмма, и только тут Стив понял, что охранник обращался не к нему, а к его прекрасной половине.
В гостиную вошел стройный седовласый эльф в зеленой мантии, расшитой серебром. Надменно задрав нос, он гордо прошествовал мимо команды Стива, короля, Мастера Грима, подошел к Эмме, которая была уже не столько бледная, сколько зеленая, и встал перед ней на колени.
– Я приветствую вас, повелительница.
Эмма судорожно вздохнула, сделала длинный глоток из фужера и только после этого молча кивнула головой.
Эльф перевел взгляд на Стива, поддерживавшего за талию супругу, слегка сменил позу и продолжил, стоя уже только на одном колене.
– Мое почтение, Великий Магистр. Я прибыл в ваше распоряжение. Приказывайте.
– Не понял, – процедил Стив. Явный снобизм пришельца ему не понравился, несмотря на то, что тот стоял перед ним, склонив голову.
– Меня послал Великий Дом Голубой Луны…
– Какой, какой? – насторожился Стив, на всякий случай отодвигаясь.
– …Голубой Сосны и Голубой Ели, – невозмутимо продолжил эльф.
– По‑моему, голубой луны больше чем достаточно, – хмыкнул Собкар.
– Все верно, – небрежно кивнул ему головой эльф. Даже коленопреклоненный, он всем своим видом давал понять, что если б не Эмма, ни за что не стал бы общаться с эти жалким человечишкой, оказавшимся рядом с его повелительницей. – По‑эльфийски наш клан так и называется: «Дом Голубой Луны», но для низших рас приходится пояснять, что в свете луны и ели, и сосны стоят голубые.
– Ты мне открыл глаза, – рука Стива покинула талию супруги и сжалась в кулак, – а я‑то думаю, кто ж их по ночам голубой краской красит? Оказывается, луна. Да не простая, а голубая! Где ж нам, представителям низшей расы, догадаться… А вот ты сможешь сейчас догадаться, что с тобой будет? Пришел, толком не представился, никому уважения не оказал…
– Извините, Магистр, но наш клан старается не иметь общих дел с жалкими людишками, и бородатыми недомерками.
– Я начинаю верить, что эльфы с гномами действительно в вечной ссоре, – поднял для удара руку Стив, – но это их проблемы, а за людишек ответишь. Приперся незваный, нежданный…
– Стиви, – повисла на его руке Эмма, чуть не расплескав содержимое своего фужера, – это я его призвала!
– Зачем?
– Совершить обряд Хамелеона. Это нужно для нашего плана, – поспешила она упредить следующий вопрос Стива.
– Женщины есть женщины, – Стив с сожалением опустил руку, – уговорила. Убивать не буду. Так, попинаю чуть‑чуть, пока не извинится перед всеми.
Эльф отреагировал незамедлительно. Он встал с колен, сделал еще более гордую и надменную позу, после чего небрежно кивнул команде Стива.
– Извините, господа, я вас не заметил. Профессор Эльфир, – представился он. – Извините Ваше Величество, не увидел, – переключился он на короля. – Профессор Эльфир. – Эльф покосился на Мастера Грима: – Скажи спасибо, недомерок, что я тебя не заметил, а то бы ненароком раздавил. Профессор Эльфир.
– Извинения принимаются, дылда! – фыркнул мастер Грим.
– Эмма, – насупился Стив, – отвечай, что он тут делает?
– Я его по эльфийской почте вызвала, – виновато призналась жена. – Он из касты Непримиримых. Но, к сожалению, никто в таком совершенстве, как этот клан не владеет заклятием Хамелеона.
– Да на шута нам сдалось это заклятие? – взорвался Стив.
– Я видела, как твои люди вчера проводили отбор в труппу «Детей цветов», вот и… ну ты же сам придумал этот план! А после проведения обряда вас опознать будет невозможно!
Тут лицо Эммы сморщилось, фужер выпал из ее рук, звонко разбился о каменные плиты пола, и по гостиной разлился аромат пряного рассола. Глаза Стива полезли на лоб.
– Я тут тружусь в поте лица, думаю, как спасти мир от приспешников Муэрто, а ты хлещешь самогон!!?
– С чего ты взял? – пробормотала Эмма, лицо которой было уже цвета незрелого лимона.
– А то я не знаю, почему с утра водичку да рассольчик пьют!
– Сынок! – В глазах Аврильяка заблестели слезы. – Неужто у нас скоро будут наследники?
– Папа! Когда успел? В твоем‑то возрасте! Ты что творишь?
Все присутствующие жалостливо посмотрела на Стива.
– У него рецидив, – грустно вздохнул Собкар.
– Шеф, хоть ты и дурак, но я тебя поздравляю, – торжественно провозгласил Кот.
– С чем? С братом?
– С сыном или с дочкой, – радостно пояснил юноше король. – Это уж как получится. Да какая разница? Главное – внуки будут!
До Стива наконец‑то дошло.
– Эмма, и ты от меня это скрывала? Все знают, кроме меня… как ты могла?
– Я так мечтал о внуках… – король чуть не рыдал от счастья.
У Мастера Грима тоже подозрительно заблестели глаза. Он внезапно засуетился.
– Извините, господа, принцессе нездоровится. Ей нужно лежать, лежать… – коротышка ринулся к Эмме, схватил ее за руку и поволок в сторону спальни.
– Э! Недомерок! – возмутился Стив. – Ты куда мою жену потащил? И вообще, что здесь происходит? Нам надо Лили спасать, королевство Нурмундское тоже…
– Ни в коем случае, сынок, – радостно осадил его король. – Королевство спасать, конечно, надо, но это – дело мужицкое. Зачем жену за собой таскать? Дело опасное. Пусть остается здесь. Я, пожалуй, к «Детям цветов» не пойду. Внучат буду ждать, за невесткой присматривать. Но ты не сомневайся. Я взамен тебе войска с собой дам. Тыщ сто пятьдесят хватит?
У команды Стива отвисли челюсти. Даже объединенные армии Бурмундии и Нурмундии вместе взятые не в состоянии были выставить такие войска.
– А… сколько у вас всего этих самых тысяч? – ошарашенно спросил Собкар.
– Это военная тайна, – насупился король. – Об этом имеют право знать только я и мой наследник. Короче, сынок, не расстраивайся, – вновь повернулся Аврильяк I к Стиву, – ежели туго станет, я тебе потом еще тысяч четыреста подкину.
С этими словами король ринулся в опочивальню сына, опекать свою невестку. Схватился за дверную ручку…
– Не заходите! – донесся оттуда страдальческий голос Эммы. – Бе‑е‑е…
– В тазик, в тазик, Ваше Высочество! – нежный, воркующий голос мастера Грима было не узнать.
Король отскочил назад и нерешительно затоптался под дверью.
– А может, это все‑таки похмельный синдром? – почесал затылок Стив. – Уж больно похоже.
– Тьфу! – дружно сплюнула его команда.

2

Совещание, на которое Стив собирал своих друзей, решено было перенести в другое, более спокойное место. Король с ними не пошел. Он распорядился, чтоб его гостю профессору Эльфиру и сопровождающим его эльфам отвели самые лучшие, которые еще остались в его дворце апартаменты, затем, пользуясь правом короля, выгнал из спальни Мастера Грима, приказал ему пригнать сюда служанок и остался бдить под дверью. Глядя на его счастливое лицо, Стив понял: Эмма под надежной защитой. Ни один волосок с ее головы не упадет, пока жив отец, а потому со спокойной совестью принялся за дело.
Прикрытая пологом невидимости, наколдованным эльфом, команда Стива грохотала сапогами по мраморным плитам пола. Стража с недоумением смотрела на группу эльфов, шествовавших в окружении гномов, которых отрядил для охраны Мастер Грим, удивляясь, как им удается создавать по дороге такой шум. Команду Стива, в основном и создававшую это шум, они, естественно, не видели.
Отведенные эльфам покои оказались на втором этаже. Сопровождающий лакей открыл перед ними дверь и учтивым жестом предложил войти внутрь.
– Коротышки, охранять, – надменно бросил профессор Эльфир гномам и величественно вплыл внутрь, задрав нос чуть не под потолок.
Гномы поскрипели зубами, но двоих все же поставили у порога. Остальные упрямо последовали за невидимой командой Стива и эльфами. Как только двери закрылись, они начали вместе колдовать, накладывая на помещения магический полог звуконепроницаемости. Как всегда, он был односторонний. Сами они могли слышать все, их не слышал никто.
– Так, господа, – профессор Эльфир взмахнул рукой, снимая полог невидимости с команды Стива, – надеюсь, нам тут никто не помешает.
Стив огляделся. Апартаменты были шикарные. В центре просторной гостиной стоял большой круглый стол. Диваны, кресла, портьеры, гобелены и шесть дверей, ведущих в отдельные, если можно так выразиться, номера.
– Прекрасно, – удовлетворенно потер руки профессор Эльфир. – Если они еще и изолированные, то лучше и желать нечего. Обследуйте тут все, – коротко распорядился он.
Эльфы тут же рассыпались по комнатам, буквально через несколько секунд вернулись обратно и молчаливыми кивками подтвердили, что все чисто. Профессор внимательно оглядел команду Стива, принца Ленона, перевел взгляд на сопровождавших его эльфов и отдал своим еще одно распоряжение.
– Вы – туда! – Он ткнул пальцем в сторону одной из комнат.
Эльфы, чеканя шаг, удалились в указанном направлении.
– Так, ты чего тут раскомандовался? – возмутился Стив. – У нас важное совещание, а ты, так сказать, обслуживающий, технический персонал. Брысь отсюда. Как потребуешься, позовем. Топай к своим эльфам и не мешай мне излагать коллегам наш с Эммой план.
– Двустороннего захвата? – невозмутимо спросил эльф.
– Откуда знаешь?
– Мне доложили.
– Ну, Эмма…
Стив ринулся к двери, но был перехвачен на полдороге Оселем, которому вовремя подмигнул бдительный Собкар.
– Шеф, не связывался бы ты с бабами! – прогудел гигант.
– Повелительница не баба! – гневно сверкнул очами эльф. – И вообще, Магистр, переходили бы вы сразу к плану «Б», чтоб не терять времени.
– Ладно, – сдался Стив и приступил к изложению плана «Б», который от плана «А», предложенного его папашей, был гораздо более щадящим и бескровным.
Его отец как истинный вояка рассуждал просто: армии Королевства Вольных Баронств перебрасываются в Нурмундию, берут ее столицу Кассилию в клещи, требуют выдачи всяких бяк, прислуживающих Муэрто, в случае отказа, берут город штурмом, спасают Лили, после чего все довольные и счастливые возвращаются обратно. Демократия победила!
Стив – разумеется, к неудовольствию папаши, – этот план забраковал и разработал свой, бескровный. В целях его реализации он и устроил отборочный тур в группу «Дети цветов».
– Значит, так, вы, надеюсь, догадались, почему к отборочному туру допускались в основном эльфы?
– Нет… Нет, шеф, – загомонила его команда.
– План был таков. Эльфы, загримированные под нас, движутся во главе с Леноном по дороге к Кассилии – завоевывать песнями и плясками сердце принцессы. Ты ведь об этом мечтал, принц, когда по наущению Муэрто сделал ноги из Бурмундского дворца?
Ленон согласно кивнул головой.
– Ну вот, пока они таким образом оттягивают на себя внимание приспешников Муэрто, мы скрытно, тоже загримировавшись, топаем другим путем, дабы завоевать ее тело и королевство.
– О как! – выпучил глаза Осель.
– Гениально, – почесал затылок Собкар.
Все задумались над смыслом фразы Стива. Ленон начал багроветь.
– Что ты там сказал насчет тела Лили?
– Фигура речи, оборот, – поспешил успокоить его Стив. – Я имел в виду только одно: в случае твоего провала или если на вас сильно насядут, эльфы быстренько сооружают портал и вместе с тобой тихо‑мирно линяют, а мы, тем временем, Лили быстренько в мешок, и тоже линяем. Доставляем ее тебе, и очаровывай свою принцессу, сколько твоей душе угодно. А ты что подумал? Фи‑и‑и… А еще принц называется.
Принц Ленон немножко попыхтел, но все же успокоился.
– К сожалению, этот план придется изменить. Послушал я вчера кандидатов. Тихий ужас. Не пойдет. До твоей музыки, принц, эльфы еще не доросли. Да и как их не гримируй, от них за версту эльфами прет.
Профессор Эльфир при этих словах надменно улыбнулся.
– Ну, вы пока тут планируйте, а я займусь делом. – Он презрительно фыркнул и удалился в комнату, за дверями которой его ожидала эльфийская свита.
Команда Стива проводила профессора взглядом и уставилась на шефа.
– И какой же у тебя план теперь? – поинтересовался Собкар.
– Изумительный, – успокоил его Стив – Но, прежде чем принять его как окончательный вариант, я хотел бы послушать ваши соображения. У кого из вас есть приличная идея?
– На меня, шеф, не рассчитывай, – загрустил Кот. – Мою идею ты уже озвучил.
– Это какую? – потребовал уточнения Стив.
– Украсть Лили.
– Ну да, конечно, – хмыкнул юноша, – другого варианта я от тебя и не ждал. А ты что скажешь, Собкар?
– Надо активизировать агентурную сеть. У меня в Нурмундии зацепок много.
– Это само собой. Петька, слово за тобой.
Петруччо оживился:
– У меня есть грандиозный план.
– Ну‑ка, давай, – подбодрил его Стив.
– В гномьих банках у нас ведь проценты нарастают.
– Ну?
– Мы их трогать не будем, – решительно тряхнул головой циркач. – Стребуем с гномов дополнительные суммы на проведение этой операции…
– Они и так выделят на дело, – нетерпеливо отмахнулся Стив, – это мы уже с ними утрясли. Дальше‑то, дальше что?
– Подходим к Кассилии, снимаем в банках денежки, накупаем гномьей водки и спаиваем город вместе со всей охраной к чертовой матери!
– Зачем? – опешил Стив.
– Как зачем? Город наш! Пока все в отключке будут, мы и Ленона с Лили поженим, и приспешникам Муэрто настучим…
– Болван, кто стучать будет, если все в отключке будут?
– Обижаешь, шеф, я никогда не пьянею.
– Как все запущено… Осель, твое слово.
– Ну, я думаю…
Несколько минут в гостиной царило молчание. Все внимательно смотрели, как Осель думает, старательно морща лоб, потом Стив безнадежно махнул рукой.
– Давай ты, Ленон. Как бы действовал на нашем месте?
– Пошел бы в Нурмундию, а дальше по обстоятельствам, – буркнул принц.
– Молодец! – дружески хлопнул его по плечу Стив. – Это самый гениальный план!
– Это еще почему? – заревновал Петруччо. – Чем он так хорош?
– Своей непредсказуемостью. Хрен кто догадается, как мы будем действовать, если мы и сами пока того не знаем, – пояснил Стив, – И даже если у пособников Муэрто есть здесь свои уши, они ничего сделать не смогут.
– А у тебя самого‑то какие‑нибудь соображения есть? – ревниво спросил циркач.
– Разумеется. Помнится, у Фонтана Всех Влюбленных некую даму пригласил к себе в гости лорд Велингрок. Правая рука Муэрто в Нурмундии. Нам осталось только загримироваться, навести соответствующий макияж…
– Для этого меня сюда и вызвали.
В гостиной вновь появился профессор Эльфир. В руках его был пузырек с круглыми белыми таблетками внутри.
– Этому составу нет цены, – строго сказал он. – Без него заклинание Хамелеона обречено на провал. Достаточно одной таблетки. Только надо развести в какой‑нибудь жидкости. К сожалению, моя жидкость вся кончилась. У вас есть?
Все взоры сразу обратились к Петруччо.
– Чего уставились? – заволновался циркач. – Нет у меня ничего!
– Чтоб у тебя да не было? – не поверил Собкар.
– Вообще‑то есть, но… – Петруччо покосился на Стива, запустил руку в карман… – Киса, гад!!!
– А я здесь причем? Чуть что – сразу Киса!
Стив подтянул к себе воришку за шиворот и начал опорожнять его карманы, выгружая добычу на стол, который вскоре стал напоминать стойку бара. Чего там только не было. И самогон, и утонченные эльфийские вина, и другие крепкие напитки. Не было только гномьей водки и пива, которые, по словам Стива, губили нейроны. Кот, как и Петруччо, следил за своим здоровьем. Последней Стив извлек из бесформенных складок одежды воришки корону своего отца.
– А вот за это ты у меня точно схлопочешь.
– Шеф, не корысти ради, а токмо в целях повышения квалификации…
– Вот по квалификации и получишь, – перед носом воришки нарисовался кулак Стива. Тот его обнюхал, и сразу заткнулся. – Профессор, вот это слабенькое эльфийское подойдет?
– Вполне.
Эльф молча сдернул бутылку со стола и двинулся в сторону одной из свободных комнат.
– Э, – возмутился Петруччо, – ты куда нашу бутылку поволок?
– Туда, – невозмутимо ткнул пальцем в дверь выбранной комнаты эльф. – Буду готовить настой. Как дам знак, заходите по одному. Последним, если не возражаете, пойдете вы, Магистр, – вежливо попросил профессор Эльфир. По отношению к Стиву эльф был предельно корректен. Его он почему‑то не причислял к низшей расе. – Над вами самая сложная работа… Нет, оставайтесь здесь. Вами я займусь индивидуально, – закончил он, уже скрываясь за дверью.
– Слышь, шеф, а он нас не траванет? – настороженно спросил Собкар, как только друзья остались в гостевой комнате одни.
– Да, подозрительная личность, должен я тебе сказать, – поддержал Жанэра Кот.
Из комнаты, в которой уединился профессор, до них донеслось шипенье и бульканье. Эльф готовил снадобье для своих пациентов.
– Его пригласила Эмма. У вас есть сомнения на ее счет?
Если сомнения у кого и были, то они тут же испарились под грозным взглядом Стива.
– Заводите первого, – донеся до них голос профессора Эльфира.
– Ну, кто первый? – бодро спросил друзей Стив. – Добровольцы есть?
– Есть! – дружно сказала его команда, тыкая пальцем друг в друга.
– Давайте решим этот вопрос голосованием, – заметно нервничая, предложил Кот.
Его предложение тут же поддержали и немедленно проголосовали, выбрав воришку добровольцем большинством голосом. Самоотвод истошно вопящего Кота не приняли, деловито втолкнули его в комнату на растерзание профессору и замерли, напряженно прислушиваясь, подперев спинами дверь, в которую отчаянно ломился несчастный «доброволец».
– Прошу вас отведать лекарства. Настояно на вине, – донесся до них ехидный голос эльфа.
– Доктор, а это не больно?
– Анестезия подействует быстро…
Раздалось характерное бульканье.
– Не больше трех глотков, – всполошенно завопил эльф. – Отдай бутылку, идиот, другим не хватит!
Судя по звукам борьбы, победил эльф.
– Фу‑у‑у…дело сделано. Можете подойти к зеркалу.
– А вы знаете, доктор, это действительно не больно. Где тут у нас зеркало? А‑а‑а!!! – От дикого вопля Кота все невольно подпрыгнули.
– Следующий! – Ледяной голос профессора заставил затрепетать команду Стива.
– С‑с‑собкар, – отстучал зубами Петруччо, – п‑п‑по‑моему, это зовут тебя.
– А п‑п‑по‑моему тебя.
И тут начался естественный отбор.
– Что ты сделал, зараза!!! – Истеричный вопль Кота из‑за двери еще больше добавил настроения команде Стива/ – Ой, урод! Меня ж теперь братва уважать не будет!!!
После этих слов естественный отбор, в котором, как всегда побеждает сильнейший, набрал обороты, и объединенными усилиями самого слабого закинули в «кабинет», где священнодействовал профессор. На этот раз не повезло Петруччо. Поредевшая команда Стива замерла, боясь пропустить хоть слово.
– Пей, а я пока подумаю, что можно сделать с вами. И нечего так трястись! Сразу видно, низшая раса!
– Это что?
– Эльфийское.
– А‑а‑а… Эльфийское… Буль‑буль‑буль… какая мерзость… а самогонки нет?
– Нет.
– Жаль. Буль‑буль‑буль…
– И этот туда же! Я сказал: не больше трех глотков, болван!
– Жлоб!
– Иди в зеркало посмотрись, придурок!
– Это я?
– Ты.
– Охренеть! А что? Очень даже ничего. Только вот наряд не соответствует. Надо пошуршать. Может, здесь есть что подходящее? Отвернись, противный, я стесняюсь!
– Следующий!
По всей видимости, реакция Петруччо вдохновила очередного пациента на мужественный шаг. Принц Ленон добровольно переступил порог и, судя по звукам, принял положенную дозу «лекарства» на грудь.
– Прекрасно, Ваше Высочество. – Похоже, на этот раз профессор своей работой был доволен. – Можете полюбоваться на себя.
– А!!! Что ты сделал!!? Как теперь поклонники узнают меня!?
К стенаниям Кота присоединились вопли Ленона. Только Петруччо, чем‑то жутко довольный, радостно щебетал.
– Следующий!
– Моя очередь, – понуро вздохнул Собкар. – Не могу же я отстать от своего принца.
Процедура принятия «лекарства» повторилась, после чего до Оселя и Стива донесся удивленный голос Собкара.
– Великолепно! Вы не хотите подработать в бурмундской разведке? Нам такие спецы нужны. Гонорар будет…
– Я не работаю с низшими расами, – ледяным тоном оборвал его эльф. – Если б не приказ Великого Дома Голубой Луны, Голубой Сосны и Голубой Ели, ноги б моей здесь не было!
– Что!!? Ты презираешь бурмундскую разведку?
– Хватит дурью маяться! Прекратили! – рявкнул на них из гостевой комнаты Стив.
– Магистр, пришлите следующего презренного! – невозмутимо попросил эльф.
– Ну, все! – разозлился Осель, бросаясь к двери. – Сейчас я его буду немножко бить… до полного посинения.
– Только попробуй! – преградил ему дорогу Стив. – Так… вдох‑выдох, вдох‑выдох… Успокоился?
– Почти.
– Иди и не выпендривайся. Я Эмме верю. Абы кого она не позовет.
Осель поскрипел зубами, собрал свою волю в кулак и вошел внутрь.
– О господи! Кто это такие? – донеслось до Стива его пораженный голос из‑за двери.
– Твои друзья. Сейчас и ты таким же станешь. Гммм… на такую орясину трех глотков не хватит. Делай пять… нет, лучше десять. Вот так, умница, можешь подойти к зеркалу.
– Твою ма‑а‑а…
Судя по звукам, своего отражения в зеркале Осель не перенес и рухнул в спасительный обморок.
– Сразу видно, низшая раса, – презрительно хмыкнул эльф, выходя в гостевую комнату. – Магистр, с вами будем работать отдельно.
– А что с ними? – Стив, хоть и петушился, но внутри его слегка потряхивало.
– Все в порядке. Эксперимент прошел удачно.
– Мои татуировки, – донесся до Стива рыдающий голос Оселя. Гигант, видать, уже пришел в себя и что‑то там за дверью оплакивал.
– Если это только тату касается, – облегченно вздохнул Стив. – Слушайте, профессор, у меня тут на груди дракончик проявляется, если я одну статуэтку в руки беру. Как бы на не засыпаться. Сможешь эту фигню по‑шустрому убрать?
Эльф побледнел и рухнул перед Стивом на колени.
– Значит, правду говорили, что вы – Лорд. Нет, о Великий, – профессор стукнулся лбом об пол, – этого я сделать не могу. Это по силам только Вам, но Вы еще не обучены.
– Ага‑а‑а… – глубокомысленно сказал Стив, рывком поднял коленопреклоненного эльфа и подтянул его за грудки поближе к глазам. – Сейчас, профессор, мы все и выясним. Как сказал бы один наш общий знакомый: «Кто‑то шо‑то вякнул насчет Лорда». А ну, колись, почему я Лорд, а не барон или, скажем, принц?
– А повелительница вам ничего не говорила?
– Нет.
– Тогда простите, Лорд, но я ничего не знаю.
С минуту Стив сверлил его взглядом. Эльф не дрогнул, и юноша понял: знает, но не скажет. Действительно не скажет, хоть режь его на куски.
– Ладно, живи пока.
– Извольте выпить это.
Стив взял в руки кубок с искрящимся игристым эльфийским вином.
– Здесь далеко не три глотка, – сердито пробурчал он. – И даже не десять.
– В отличие от этих презренных, вы – маг. Очень сильный маг, правда, еще не умеющий сознательно пользоваться своими способностями. Чтобы заклинание Хамелеона прошло успешно, мне надо подавить их. Иначе процесс будет неуправляемым.
– Хрен с тобой, колдуй.
Стив одним махом опорожнил кубок и прикрыл глаза, прислушиваясь к ощущениям. Профессор начал шептать заклинание. По телу юноши пошла огненная волна.
– Только не это! – профессор, трясущимися руками выдернул из складок мантии пузырек с таблетками и заметался по комнате, прикидывая, в чем бы их растворить. Кроме самогонки, других жидкостей в гостевой комнате не было. Недолго думая, он вырвал из рук Стива кубок, наполнил его самоплясом чуть не до краев и высыпал туда все содержимое пузырька. Крутой первач забурлил в кубке.
– Скорее, Магистр, пейте!
Стив послушно опорожнил вторую дозу до дна, передернулся, и вторая огненная волна прокатилась по телу.
– Безнадежно, – прошептал профессор. – Простите, Лорд, но я не смог управлять процессом. Вы очень сильны.
– Я не изменился?
– Изменились. Да еще как! Извольте проследовать к вашим спутникам. Там есть зеркала.
Стив кинулся к двери, за которой совсем недавно скрылись его друзья. Профессор Эльфир поспешил за ним. Не обращая внимания на странных личностей, толпившихся внутри, юноша ринулся к зеркалу и замер, уставившись на свое отражение. На него смотрела полная копия Муэрто. Того самого белого воина из его сна. Только глаза у него были не красные, а голубые. Даже, скорее, небесно‑синие. Черты лица правильные, благородные, словно из зеркальной поверхности на него смотрел юный бог, а не человек.
– Что ты со мной сделал, сволочь… Это же Муэрто!
– Пощадите, – пал перед ним ниц эльф, – но это не я! Вы сами сформировали свое тело.
– Ненавижу… Как же я тебя ненавижу! – яростно прошипел Стив своему отражению в зеркале и… отшатнулся.
Глаза двойника вспыхнули красным огнем.
– Лорд! – взмолился профессор, – Контролируйте себя!
«Стиви, мой мальчик, не поддавайся гневу, иначе темная сторона твоей души поглотит тебя», – прошелестел в его голове до боли знакомый голос.
– Мать Драконов, – пробормотал Стив.
Он попытался подавить приступ ярости, но, прежде чем ему удалось справиться с собой, зеркало затрещало и буквально осыпалось мелкой стеклянной крошкой.
– Шеф, это ты? – раздался осторожный голос за спиной.
– Вроде я, – неуверенно ответил Стив и потряс головой, отгоняя наваждение.
– Все девочки твои, – послышался завистливый вздох. – А я‑то во что превратился!
Стив оглянулся и невольно присвистнул. Оказывается, ему еще повезло.
– Попробуйте угадать, кто из них есть кто, Лорд, – явно гордясь своей работой, предложил эльф.
Юноша окинул взглядом своих друзей. Задача была сложная. Около зеркала вертелась абсолютно голая, сексапильная девица, с восторгом рассматривая свое тело. Рядом с ней на полу, сидел худенький, щуплый субьект, голый по пояс, весь покрытый татуировками скабрезного содержания и только что не ревел белугой, ощупывая свои дряблые мышцы. Не меньше страдал огромный бугай, кутаясь в накидку Оселя. То, что это не боевой монах, Стив понял сразу. Просто бедолаге нечего было больше на себя натянуть. Несчастный с ужасом смотрел на физиономию деревенского увальня, отражавшегося перед его носом в зеркале.
– Не расстраивайтесь, принц, – сочувственно похлопал его по плечу Стив, – есть в этом и положительная сторона.
– Какая? – Деревенщина шмыгнул носом и начал искать в мантии Оселя платочек. Не найдя его там, деликатно промокнул свой нос шторой.
– Если сумеете очаровать принцессу даже в этом виде, то, когда к вам вернется истинный облик, у вас с прекрасным полом не будет никаких проблем.
– Как вы догадались, что это принц? – нахмурился эльф.
Стив молча показал на треснувшую по всем швам одежду Его Высочества, валявшуюся под ногами сына короля Бурмундии.
– Так, Петька, прикройся! Не вводи нас, родимых, во грех, – строго сказал он девице.
Та игриво хихикнула, сдернула с окна портьеру и закуталась в нее как в тогу.
– У нашего артиста всегда была нездоровая склонность к женскому платью, – пояснил юноша профессору Эльфиру, упреждая его вопрос.
Юноша перевел взгляд на остальных членов своей команды. Крепкий, плотно сбитый мужичок в одежде Собкара с суровым выражением лица мерил комнату грузными шагами, подозрительно глядя на окружающих. От него веяло служакой, готовым по приказу вцепиться в глотку любому, на кого укажет начальство.
– Неплохо вошел в образ, Кот.
– Как догадался? – удивился воришка.
– Сначала отдай профессору его флакончик со снадобьем, потом объясню. Кстати, Собкар, – повернулся юноша к типу уголовной наружности, стоящему около зеркала в одних трусах. Он с интересом рассматривал свое отражение и явно был доволен. – Ты Коту сам свою одежду отдал?
– Котик, милый, отдай шмотки по‑хорошему, – ощерился Собкар, сверкнув золотой фиксой.
От его «милой» улыбки передернуло не только Кота, но и всех остальных, включая эльфа. Воришка поспешно начал скидывать шмотки. Потом, чуть‑чуть подумав, вытащил из‑за спины корону, которую опять умудрился уворовать уже у Стива, и почтительно передал ее Собкару. От разборки его спас нежный голосок.
– Профессор, – проворковал Петруччо, – вы просто кудесник. Только есть одна недоработочка. Чем я теперь детей делать буду?
– Тем же, чем это делают все остальные женщины, – невозмутимо ответил эльф. – Заклинание Хамелеона творит чудеса. Не волнуйся, рожать ты сможешь, если найдешь себе подходящего самца.
Глаза бедного циркача закатились, и он начал падать, теперь уже можно смело сказать, в чисто дамский обморок. И упал бы, если б команда Стива не кинулась дружно приводить его в чувство.
– Отвалите от меня, самцы!!! – заверещал Петька, метнувшись в угол. Штора с него слетела. В трясущейся руке циркача затрепетал нож. Другой рукой он пытался прикрыться, но на все женские прелести ее не хватало.
– Предчувствую массу проблем, – вздохнул Стив. – А вы обратили внимания, мужики, какая в нашей команде появилась красотка?
– Ага… – команда Стива расплылась масляными улыбками.
– Какая грудь…
– Какая талия…
– А уж ниже…
– Вот и я про то, мужики, – сглотнул слюну Стив. – Вы, наверное, думаете о том же, о чем и я?
– Да… – томно вздохнула его команда, не спуская с красавицы похотливых глаз.
– То‑то и оно… – закручинился Стив. – Но, как только подумаю, что под этими прелестями скрывается Петька, плеваться хочется!
– Тьфу! – дружно сплюнула его команда. – Шеф, ну что ж ты нас так обломал?
Эльф потряс головой.
– Надо же, Лорд, как вы умеете уговаривать, даже меня поначалу проняло. Чуть не потянуло к презренной расе. Однако мы отвлекаемся. Благодаря моему искусству, план «Б» будет осуществлен в полном объеме.
Эльф сделал небрежный жест, превращая стену комнаты в сплошное стекло. Команда Стива ахнула. В соседнем помещении стояли они. В прежнем облике. Там были все, включая Ленона. Не было только самого профессора и Стива.
– Они нас не видят, – высокомерно сказал Эльфир. – Им незачем знать ваш нынешний облик.
– Кто это? – потрясенно спросил Осель.
– Эльфы. Они готовы к выполнению задания. Тех «артистов», что вчера прошли отбор, побоку! Лишние свидетели нам не нужны. Перед вами группа «Дети цветов», которая будет отвлекать на себя силы противника. На соратников Безумного Лорда приспешники Муэрто обязательно клюнут.
– Что? – взревел Ленон. Голос принца, оказавшегося в теле гиганта резко изменил тембр. Он говорил теперь басом. – Вместо меня очаровывать Лили пойдет какой‑то проходимец? Вдруг она увлечется именно им? А как же я? Как же мои чувства? Порывы светлые?
– Останутся с тобой, мой котик, – хихикнул Петруччо, который уже пришел в себя и начал воспринимать все происходящее, как очередную роль на театральных подмостках. – Я тебя утешу в своих страстных объятиях, – игриво подмигнул он принцу.
– Распутница, – покраснел Ленон, стыдливо отводя взгляд от прелестей зарвавшегося артиста.
– Ой, да он еще мальчик нецелованный, – обрадовался Петька.
Чувствовалось, что он отыгрывается за свой испуг по полной программе. Собкар, жалея принца, решил его осадить.
– А ты знаешь, Киса, – сказал он, – если глаза закрыть и не думать о Петьке, то вполне даже может и получиться…
Петруччо вновь спал с лица. Профессор Эльфир на дружескую перепалку внимания не обращал. Еще один взмах руки открыл в соседней комнате портал, к которому с залихватской песней, строевым шагом двинулись преображенные эльфы.
Маруся от счастья слезы льет:
На войну ее алкаш идет.
Ежели ей повезет немножко
Может быть, кто‑нибудь там его прибьет, –
орали они лужеными глотками, исчезая в портале.
Глаза у Стива стали квадратными.
– Кто автор этого шедевра?
– Этот презренный, – небрежно кивнул профессор на Петруччо. – Я взял из его записей. Наши воины вынуждены были полностью освоить песни низшей расы, дабы миссия увенчалась успехом.
Портал за последним эльфом захлопнулся. Профессор взмахом руки вернул стене первоначальный вид.
– Я сделал свое дело. Мне было приятно работать под вашим началом, Лорд. И последний штрих.
Он повернулся к Коту и протянул к нему руку.
– Это к Петруччо, – заволновался воришка, пятясь от эльфа. – Ни руку ни сердце не отдам. Я предпочитаю разнополые браки.
– Киса, верни по‑хорошему что взял, – ласково попросил Стив.
Кот выудил из трусов пузырек и нехотя отдал его эльфу. Тот вытряхнул из него таблетку, проглотил ее и рухнул на пол замертво.
– Ни хрена себе, – ошарашенно пробормотал Стив.
Все уставились на бездыханное тело профессора.
– Знал, что в касте Непримиримых сплошные психи, но чтоб до такой степени… – Собкар был потрясен.
Дверь в комнату распахнулась и внутрь ворвалась Эмма с ворохом одежды. Как ни странно, но возлюбленного она сразу узнала в новом облике.
– Стиви, беда, переодевайтесь скорее, у нас проблемы… – Девушка увидела голого Петруччо и застыла как вкопанная. – Та‑а‑ак, Стиви… я немного ошиблась… у тебя сейчас будут БОЛЬШИЕ ПРОБЛЕМЫ… Я на сносях, а ты… да я вас сейчас всех…
– За что всех? – всполошился Кот.
– За групповуху! – свирепо прорычала принцесса.
– Эмма, – попытался достучаться до жены юноша, – у нас тут профессор Эльфир загнулся, а ты о каких‑то глупостях!
– Да черт с ним! – продолжала бушевать принцесса, – Через неделю очнется, ничего помнить не будет, и все дела! А ты…
Стив схватил девушку за плечи, повернул ее лицом к своей команде.
– Коль меня признала, может, еще кого опознаешь?
Только тут принцесса заметила в руке белокурой красавицы нож.
– Петька, ты? – опомнилась она. – Прикройся! Не позорь нас, женщин! – Эмма швырнула в артиста ворох одежды. – А вы‑то что на нее уставились, извращенцы? Слюни подобрали и тоже переодеваться, быстро!
Сердито фыркнув, разгневанная девица выскользнула в гостевую. Стив поспешил следом. Ему переодеваться не было нужды. Заклинание Хамелеона вместе с телом почему‑то трансформировало и его наряд. Он, как и Муэрто из его сна, был облачен во все белое.
– Есть две новости.
– Подозреваю, что одна хорошая, другая плохая, – нахмурился Стив. – Какая хорошая?
– Подельники Ленона «Дети цветов» нашлись.
– Отлично, а плохая?
– Они напали на стражу твоего отца и исчезли вместе с государственным преступником графом Орбиладзе.
Лицо Стива вытянулось.
– Приплыли. Ну, что ж, милая, время действительно не терпит. Сейчас мои ребята переоденутся, и срочно сооружай нам портал до Нурмундии.
– Нельзя, – расстроенно вздохнула принцесса. – Я ощущаю мощный магический полог над Вольным Баронствами. Все магические каналы под контролем врагов. Вас сразу засекут. Слуги Муэрто ждут твою команду и тебя, мой Лорд. Кажется, они не поверили в твою смерть. Или просто страхуются на всякий случай.
– Ну, что ж, значит пойдем ножками, – бодро отозвался Стив. – Нам не привыкать. Ждут Лорда, говоришь? – Эмма кивнула головой. – Значит, дождутся. Операцию по спасению Лили и ее королевства так и назовем: «Возвращение Безумного Лорда»!

3

Дорога до границы с Нурмундией измотала всех. Избалованные молниеносными переходами за многие тысячи километров через сооружаемые эльфами, гномами и Эммой порталы, они проклинали все, трясясь в повозке в хвосте дипломатической миссии Аврильяка I. Миссия была затеяна именно для легализации прохода команды Стива через границу, к которой их пристегнули как консультантов по этике и этикету сопредельных государств. Уголовные физиономии некоторых консультантов слегка не соответствовали этой почетной должности, но на мелочи решено было не обращать внимания. Главное – официально пересечь границу, спокойно добраться до Кассилии, а там уже лихой команде предстояло действовать по обстоятельствам.
То, что план этот обречен на провал, Стив понял, как только они приблизились к пограничному городку, зажатому с двух сторон отвесными скалами. Надо сказать, горы были прекрасной преградой, своего рода естественным заслоном, позволяющим соседствующим государствам быть относительно спокойными за безопасность своих границ. Единственные перевалы надежно перекрывали городки‑гарнизоны, вроде того, к которому приблизилась дипломатическая миссия, а по остальным горам армию вторжения провести было просто немыслимо. Нурмундия с Вольными Баронствами всегда жила мирно, а потому демонстративное бряцанье оружием как с той, так и с другой стороны Стива насторожило. Дипломатическую миссию обгоняли войска, похоже, вызванные начальником гарнизона на подмогу, навстречу скакали посыльные, спешащие с донесениями к Аврильяку I.
– Кто такие? – тормознул повозку с командой Стива капитан городской стражи на въезде в город. Он окинул взглядом пеструю компанию «консультантов». Внимательный взор начальника караула затормозился на бандитской физиономии Собкара.
– Мы люди мирные, – успокоил его Стив, протягивая подорожную. – Сопровождаем миссию по поручению короля.
Королевская печать произвела на капитана должное впечатление.
– Прошу прощения, господа, – извинился служака, давая знак своим людям освободить дорогу.
– Что‑то случилось, капитан? – требовательно спросил Стив. – На границе неспокойно?
Капитан молча кивнул головой, затем, решив, что «консультанты» дипломатической миссии должны быть посвящены в курс дела более подробно, тронул поводья и заставил своего коня двинуться рядом с повозкой. Копыта застучали по мостовой приграничного города Ренга.
– Столько лет душа в душу жили. Никаких вопросов не возникало, – пожаловался он. – Да и как иначе – в Вольных Баронствах половина народу выходцы из Нурмундии. Здесь раньше обычная застава была. Для защиты от нечисти по приказу короля Нурмундии поставлена была, а когда Вольные Баронства организовались, оставили этот пункт как пограничный форпост. Постепенно он в городок разросся. С двух сторон рос. С нурмундской стороны, ну и с нашей тоже. Раньше жители практически свободно с одной стороны на другую ходили. Ну, делали, конечно, для проформы досмотр на предмет контрабанды, и двигай себе спокойно. У кого кум, у кого сват на другой половине живет. Мы ж все понимаем, не звери.
– И когда эта идиллия кончилась?
– Где‑то с месяц назад. Одним разом поменялось все гарнизонное начальство на той стороне, все проходы колючей проволокой опутали. Оставили только один пропускной пункт. Рядовым нурмундцам с нами даже разговаривать запрещено. Проход строго по пропускам. Мы в первые дни столько бумаги извели, пропасть! А сейчас и рады бы, да смысла нет. Представляете, селян, мирных жителей к родне на ту сторону не пускают. Какие‑то подозрительные, хмурые личности в черных кожаных плащах в нурмундский гарнизон зачастили. Доходят слухи, ну, вы знаете, у нас свои каналы есть, ищут кого‑то. Тотальные проверки, обыски, облавы. Гарнизон усилили. Целый полк подтянули. Ну, мы тоже решили укрепиться на всякий случай. Может, это их реакция на то, что Вольные Баронства статус королевства обрели? Как ваше мнение?
– Все может быть, – с сомнением пробормотал Стив, – однако не буду задерживать. Благодарю вас, капитан.
Начальник караула отдал честь, развернул коня и помчался обратно к городским воротам.
– Так, господа, – коротко распорядился Стив, поворачиваясь к своим друзьям, – временно сливаемся с мирными жителями.
– Так от дипмиссии же отстанем, – пробасил Ленон. Голос принца, приобретшего новое тело, гудел как чугунный колокол.
– О миссии можете забыть, – успокоил его Стив. – План легального проникновения в Нурмундию накрылся медным тазом. Пройти‑то пройдем, но окажемся под таким колпаком, что о любом нашем чихе будут докладывать приспешникам Муэрто. Выгружаемся. Предлагаю отобедать вон в том симпатичном заведении и не спеша подумать: как быть дальше.
Команда Стива спрыгнула с повозки на ходу и двинулась в сторону трактира. Несмотря на раннее время (до полудня было еще далеко), оттуда до них доносился гомон изрядно подгулявшей публики. Стив взялся за ручку двери, потянул ее на себя, и под ноги друзьям выпало тело. Тело что‑то промычало, развернулось и поползло обратно. Судя по ароматам, исходящим от него, оно было абсолютно никакое.
– Это замечательная идея – отобедать именно здесь, – радостно проворковала Петри (так, во избежание путаницы, друзья решили называть Петьку в новом обличье). – Здесь наверняка подают прекрасные вина.
– Только попробуйте мне надраться до поросячьего визга, мадам! – пригрозил Петруччо Стив.
– Обижаешь, шеф. Я никогда не пьянею!
– Посмотрим, – хмыкнул юноша.
Они деликатно подождали, пока тело не вернулось в трактир, и только после этого зашли сами. Гомон в трактире тут же затих. Все внимательно изучали вновьприбывших. Ни худощавенький Осель, весь в тату скабрезного содержания, ни Собкар с его золотой фиксой, имевший вид матерого уголовника, ни принц Ленон, типичный деревенский увалень под два метра ростом, подозрения ни у кого не вызвали. Глаза завсегдатаев трактира сверлили зверскую физиономию Кота, от которого шли эманации ярого, упертого служаки, и Стива, щеголявшего в роскошном белоснежном камзоле. Ни тот, ни другой доверия публике не внушали. Взгляды же, устремленные на Петри, были исключительно сальные.
– Трактирщик, – щелкнул пальцами Стив.
Пухленький трактирщик колобком выкатился из‑за стойки и замер в ожидании распоряжений.
– Накрой вон тот столик около камина. Подай самого лучшего. Мы отобедать желаем.
– Какие напитки изволите подать? – прогнулся перед Стивом трактирщик.
– Всем по кувшину молока, а даме штоф гномьей водки.
Брови трактирщика от изумления поползли вверх, но, не смея перечить, он засеменил на кухню отдавать распоряжения. Друзья же, не обращая внимания на сверлящие их взгляды присутствующих, двинулись к облюбованному столику.
– Шеф, у тебя с головой все в порядке? – еле слышно шепнул Стиву Собкар, примащиваясь на лавку рядом с ним. – Пьяная баба – это ж жуть!
– Да, шеф, – недовольно прорычал Кот, – хоть ты и мой друг, но ты не прав. А давай наоборот? Нам по штофу, а Петь…
– Петри! – оборвал воришку Стив. – Попрошу не выбиваться из образа.
– Это они от зависти, – жизнерадостно проворковал Петруччо. – Жаба мучает, что я никогда не пьянею.
Видя, что вновь прибывшие тихо‑мирно беседуют, завсегдатаи трактира скоро потеряли к ним интерес, и в зале возобновился привычный для этого заведения гомон полупьяных голосов.
– Так, господа, – распорядился Стив. – Первое, что нам надо сделать, это… все ксивы сюда!
Как только состряпанные во дворце Аврильяка I документы оказались у Стива в руках, он добавил к ним подорожную и небрежно швырнул всю кипу в камин.
– Шеф, что ты делаешь? – ужаснулся в очередной раз Собкар.
– Уничтожаю то, на чем мы в первую очередь засыплемся, – спокойно пояснил Стив. – Теперь, когда мы сожгли за собой мосты, жду от вас гениальной идеи, как пробраться на ту сторону, минуя официальные каналы, и не вляпаться в дерьмо.
– Эх, если б не рожа моя бандитская, – затосковал Жанэр, – подключил бы одного человечка… давно у меня здесь внедрен.
– Так скажи Коту пароль, он его подключит, – предложил Стив.
– Нет пароля. Глубоко законспирированный агент. Еще ни разу не задействованный. Начнет работать только при личном контакте. Я его берег на тот случай, если Вольные Баронства в дурь попрут. Он меня в лицо знает.
– Это кто ж такой? – заинтересовался Стив.
– Ага, так я и сдал своего агента принцу Вольных Баронств, – возмутился Собкар. – Шеф, ты зачем обо мне так плохо думаешь?
– Не бойся, я его не трону, – успокоил Жанэра Стив. – Мне просто интересно. На ушко шепни.
Собкар похлопал глазами, вздохнул и прошептал на ухо шефу:
– Начальник гарнизона.
– Фьють… – присвистнул Стив. – А ты по мелочам не работаешь. Ну, вот, умница, Собкар, – Стив погладил подопечного по голове. – Теперь только вякни, я тебя за шпионаж тут же сгною.
– Думаешь, опять меня как лоха развел? – хмыкнул Собкар. – Фигушки. Никого ты не сгноишь. Я тебя уже давно расколол. У тебя совести не хватит. А ежели что‑нибудь подобное надумаешь, я на тебя обижусь, подам в отставку и уйду в монастырь! Буду там с амвона проповеди читать о том, какая ты аморальная личность.
– Рекомендую в женский, – облизнулся Кот.
– Фи, мальчики, – жеманно пожала плечиком Петри, наполняя свой кубок гномьей водкой из принесенного слугой штофа, – вам что, здесь дам не хватает?
Весь трактир с любопытством проводил взглядами кубок, который очаровательная блондинка поднесла к своим губам… Девица не успела сделать даже глотка. Крутые ароматы гномьей водки коснулись ее ноздрей, и бедняжку чуть не вывернуло на стол от одного только запаха.
– Что со мной? – На глазах красавицы выступили слезы.
– Ну, за трезвый образ жизни! – жизнерадостно сказал тост Стив, поднимая свой кувшин молока.
– Да, Петри, – посочувствовал циркачу Собкар, – подложил тебе свинью профессор Эльфир.
– Ни за какие коврижки бы с тобой шкурой не поменялся, – передернулся Кот.
– Так, господа, порезвились и хватит! – прервал дебаты Стив. – Трактирщик! Кувшин молока нашей даме! – небрежно кинул он хозяину заведения, и его приказание было выполнено молниеносно.
Надо сказать, что новый облик Стива резко поменял весь его образ. Безукоризненные черты лица, идеальный белоснежный костюм, белые льняные волосы, ниспадающие на плечи, поигрывающая в руках элегантная белая трость, внутри которой скрывалась шпага, – все внушало почтение и желание повиноваться. Еще там, в Вольных Баронствах, попытка натянуть на Стива одежду другого цвета не имела успеха. Она тут же меняла колер и фасон, как только оказывалась на юноше.
– Итак, господа, – начал совещание Стив, как только все насытились, – приступим. – Юноша обвел взглядом зал и, убедившись, что на них уже не обращают внимания, посмотрел в упор на Кота. – Колись, Киса. Есть у тебя здесь подвязки?
– На предмет чего?
– На предмет нелегального перехода через границу.
– Нет. Я в Вольных Баронствах впервые.
– Досадно. Я начинаю в тебе разочаровываться, мой вороватый друг. – Стив не скрывал огорчения.
– Зато рожа одна знакомая есть, – невозмутимо сказал Кот, допивая свой кувшин молока, – и если у этой рожи нет выхода на местных авторитетов, я его придушу лично, как только он окажется в Герессе. Вот где найду, там и придушу.
– Кто такой? – оживился Стив. – Как его найти?
– Рыхлый. Кликуха такая у него. На гоп‑стопе тут подрабатывает. А искать его нечего. За твоей спиной, у самого окошка сидит.
Стив, чтоб внимания не привлекать, даже оборачиваться не стал.
– Прекрасно, Киса. Узнаем, сколько берут за проход, и с Богом. К утру мы должны быть на той стороне. Берем его в оборот.
– Издеваешься, шеф? – разозлился Кот. – Как я с такой рожей в оборот его брать буду? Либо сбежит сразу, либо согласится, а потом в первой же подворотне перо в бок вставит и смоется. От меня ж полицейским за версту несет.
Стив выразительно посмотрел на Кота, и тот немедленно заткнулся.
– Не считай своего шефа идиотом. Естественно, в оборот его будет брать Собкар, которому ты сольешь сейчас все данные Рыхлого и его связи, а заодно с кем из общих знакомых Рыхлого ты мог пересекаться.
– Чтоб я своих корешей сдал ему? – зашипел Кот, вызверившись на Собкара. – Ни за что!
Уговаривали Кису долго. Его воровская честь ни в какую не соглашалась на предательство. В конце концов, договорившись, что Собкар поклянется полученные сведения не применять против корешей Кота, они подсели друг к другу поближе, и воришка начал инструктировать бывшего капитана тайной полиции Бурмундии, еле слышно шепча ему что‑то на ухо. Собкар, типичный уголовный авторитет, на котором пробы ставить негде, кивал головой в такт его словам.
– Этого знаю, лично допрашивал… Этого тоже, видел в тюряге… – бормотал он себе под нос, – …Этого тоже знаю… короче, всех твоих знаю. Ладно, я пошел.
– Погоди, – тормознул его Стив. – Раз мы теперь под уголовников косим, надо соответствующие кликухи придумать. Ты, Петька, как и договаривались, Петри будешь. Кот, вид у тебя довольно неподходящий для уголовника. Так что легенда у тебя будет такая: бывший полицейский. Спалился на взятках. Бежал из тюряги, прибился к нам. Погоняло – Репа.
– Что!!? – взвился Кот. – Да ты знаешь, кого на зоне Репой кличут?
– Для бывшего полицейского самое то, но ты у нас доверие завоевал. Так что все нормально. Собкар, вид у тебя для этой братии достаточно представительный. Будешь Хрипатым. Осель. Судя по тату, на тебе пробы ставить негде. Будешь Пестрым. Ленон – Ленивец.
– А себе какую кликуху придумал? – сердито спросил Кот.
– Мне как вашему боссу имя нужно звучное. Как вам насчет Саши Белого?
– Не звучит, – авторитетно заявил Собкар. – Не по‑нашему.
– Тогда Красавчик Стив.
– А вот это самое то, – одобрил Жанэр, поднялся и вразвалочку, походкой уверенного в себе матерого уголовника, двинулся на переговоры.
Переговоры с Рыхлым много времени не заняли. Вид у Собкара был подходящий, а знание уголовной среды позволило ему быстро завоевать доверие гоп‑стопника, промышлявшего в этих местах.
– Так, господа, – энергично произнес Собкар, возвращаясь обратно к друзьям, – дело на мази. Нам повезло. У Рыхлого есть надежный канал. Только смотрите, я за вас поручился. Трактирщик! Три штофа лучшей водки и бутылок десять эльфийского вина!
Все опасливо покосились на Стива, но тот сидел с невозмутимым лицом. Лишь спросил понимающе:
– На презент?
– Угу. Заправляет здесь всем Копченый. Он сейчас в одном злачном месте зависает. Рыхлый обещал провести. Ему, конечно, отстегнуть надо, но не это главное. Рекомендовал лишних движений не делать. Намекнул, что ежели среди нас окажется стукачок, всем кранты.
– Неужто прямо на малину приведет? – изумился Стив.
– Скажи Коту спасибо. Его братва здесь уважает.
Польщенный Кот буквально раздулся от гордости. Нагрузившись корзинами с подарками для местных авторитетов, друзья расплатились с трактирщиком и покинули его гостеприимное заведение. Рыхлый уже ждал их на улице. Кивком головы дал знать, чтоб они следовали за ним, и нырнул в ближайший проулок. Друзья поспешили следом. Извилистая улочка скоро привела их к невзрачному одноэтажному строению со скромной вывеской «ЛАВКА МЕНЯЛ», около которой ошивалась пара угрюмых личностей такой бандитской наружности, что Стиву сразу стало ясно – для того и стоят, чтоб нормальный человек понял с одного взгляда: здесь ему делать нечего, валюту лучше разменять в другом месте.
– Это со мной, – небрежно кинул им Рыхлый.
Хмурые личности подозрительно осмотрели компанию Стива.
– Они с самим Котом дела перетирали.
– А‑а‑а… Крутой авторитет.
Мордовороты расступились, освобождая проход. Рыхлый распахнул дверь, сделал приглашающий жест и первым скрылся внутри. Следом шагнул Кот, затем Собкар… довольный блеск в глазах мордоворотов насторожил Стива, который шел последним. Дальше он действовал интуитивно. Руки его вцепились в патлы охранников, рванули что есть силы, и они, стукнувшись лбами, осели у его ног.
– Засада!
Внутри лавки раздались глухие удары, после которых до Стива донесся истошный визг.
– Меня, за интимное!!? – Голосовые связки видоизмененного Петруччо выдали такой ультразвук, что, спасая свои барабанные перепонки, за уши схватились все – как нападающие, так и их жертвы.
Команда Стива опомнилась первая, и шустро скрутила бандитов, которых в лавке менял засело целых восемь штук, не считая тех, что стояли у входа.
– Вот вам и надежный канал, – сердито прошипела Петри.
– Похоже, Кота здесь не очень уважают, – усмехнулся Стив.
– А чего с этим делать‑то? – прогудел Ленон, держа Рыхлого в воздухе, как кутенка, – за шкирку, одной рукой.
– Брось на пол эту гадость, – посоветовал жутко разобиженный на местную братву Кот. – Я его пинать буду. Остальных тоже.
– Вот только не надо никаких зверств, – заволновалась Петри, доставая из‑под юбки нож. – Отдайте их мне. Я убиваю не больно. Так, какая сволочь мне грудь помяла?
Вид при этом у красавицы был такой добрый и ласковый, что у некоторых бандитов закатились глазки, и они разбили бы себе головы, рухнув в обморок, но, к счастью, уже лежали на полу. Сознание их, к жуткому недовольству разгневанной девицы, отключилось абсолютно безболезненно, без всякого членовредительства.
– Не расстраивайся, моя лапочка, – успокоил Петри Стив, – мы тебе Рыхлого отдадим.
– За что!!? – забился в истерике гоп‑стопник.
– За то, что Кота не уважаешь, – внезапно поразил команду Стива Собкар.
Ленон от неожиданности разжал руку, и Рыхлый грохнулся на пол.
– Я к тебе от серьезного человека пришел, – сверкнул золотой фиксой, склоняясь над Рыхлым, Собкар, – а ты корешков самого Яшки Лимончика чуть на перо не поставил. Нехорошо это. Гересская братва недовольна будет. Что с ним делать, Красавчик? – повернулся Собкар к Стиву. – Сами его того… – Жанэр выразительно чиркнул себя ребром ладони по горлу, – или Копченому сдадим? Все же его человечек.
Стив с таким удовольствием наблюдал этот спектакль, что чуть не прозевал свою реплику. Бывший капитан тайной полиции был действительно классный профессионал.
– Копченому, Копченому меня!!! – заверещал Рыхлый, от страха покрываясь холодным, липким потом.
– Как скажешь, – равнодушно пожал плечами Стив. – Веди. – Юноша обвел глазами остальных повязанных по рукам и ногам бандитов. – Заткните кляпами им рты, чтоб раньше времени не вякали, – распорядился он. – Ежели с Копченым договоримся, его люди их освободят, ну а если нет, разберемся с фраерком по понятиям, а на обратном пути и этих кончим.
Это так обрадовало бандитов, что те, кто еще не был в обмороке, тут же последовали за теми, кто уже был, облегчив задачу команде Стива, которая уже заталкивала им срочно сооруженные из половой тряпки кляпы в рот. Рыхлому рот затыкать не стали.
– Дорогу показывай, – прогудел Ленон, – да больше не балуй.
Рыхлый покорно тряхнул головой и повел друзей в соседнюю комнату, придерживаясь за стенку. Там он молча кивнул на коврик, лежавший в углу. Собкар откинул коврик в сторону. Под ним оказался люк.
– Нам сюда, уважаемые, – проблеял Рыхлый.
Собкар откинул крышку, а Ленон, недолго думая, скинул Рыхлого вниз, заставив пересчитать своими ребрами все ступеньки. Судя по мату, засады там не было, ибо исходил этот мат только от одного лица.
– Все чисто, – добродушно прогудел Ленон, и хотел, было, первым спуститься вниз, но Собкар, как всегда ему не дал.
– Только после меня, Ваше… э‑э‑э… Ленивец.
Собкар деликатно оттер принца в сторону и торопливо простучал каблуками вниз по лестнице. Следом поспешила вся остальная команда Стива.
Подземный ход, в котором они оказались, вел друзей все ниже и ниже. Скоро деревянные крепи, поддерживавшие земляной свод, кончились, и они оказались в подземной галерее, прорубленной в сплошной гранитной скале. Прорубила ее не рука человека или гнома, а одна из четырех стихий. Стив тронул отполированный бурным потоком камень стены. Они шли по пересохшему руслу подземной реки. Путь их освещали факелы, развешанные вдоль стен; это говорило о том, что пользовались этой дорогой достаточно часто.
Шли долго, похоже, наматывая на сапоги километры. Часа через полтора впереди послышались голоса. Русло подземной реки вывело их в огромный грот. На этот раз все было без обмана. Рыхлый привел их на малину, где зависала уголовная братва славного города Ренга.
– Неплохо устроились, – хмыкнул Стив.
Раскиданные между сталактитами и сталагмитами столики обслуживали шустрые официанты. Повизгивали девицы легкого поведения, которых тискала во всех углах загулявшая братва. Играла музыка. Два бугая, обливаясь потом, крутили ручку гигантской шарманки – последнего изобретения гномов. При виде ввалившейся в грот команды Стива все замерли. Музыка стихла.
– Кто из них Копченый? – ледяным голосом вопросил Стив Рыхлого, которого держал за шкирку Ленон.
Рыхлый кивнул в сторону столика, за которым сидел пожилой мужчина, вольготно развалившись в кресле, и тут же съежился под его злобным взглядом. Копченый согнал пристроившуюся на его коленях разбитную полуголую девицу и вызверился на пришельцев.
– Кто такие? Чего надо?
– Люди мы серьезные. А чего надо, сейчас узнаешь, – спокойно ответил Стив, направляя стопы к Копченому. – Только очень прошу: скажи своей братве, чтоб не дергались раньше времени. А то ребятишки у меня нервные, да еще и отмороженные на всю голову… как бы чего не вышло. – Стив сел напротив Копченого, закинул нога на ногу и начал постукивать своей белоснежной тросточкой по колену. – Ну, что? Поговорим о делах наших скорбных?
Копченый смерил взглядом юного нахала, осмелившегося вторгнуться без приглашения в его владения с горсткой людей, посмотрел ему в глаза и вдруг звериным чутьем матерого преступника почуял, что эта добыча ему не по зубам.
– Поговорим. С чем пришли, люди… как ты сказал? Серьезные?
– Серьезные, – кивком головы подтвердил Стив.
– Так в чем проблемы, люди серьезные?
– Должок за тобой, уважаемый.
– Это кому чего я должен? – зарычал Копченый.
– Нам, любезнейший, нам, – вздохнул Стив. – Шли мы к тебе с делом от уважаемых людей, собирались заплатить хорошо. Твой человечек, – кивнул Стив на Рыхлого, мелко трясшегося от страха, – посодействовать обещал, с тобой свести, а вместо этого на перо нас поставить пытался. Нехорошо это. Ой, как не хорошо. Гересская братва очень сильно обидится. Нам рекомендации сам Яшка Лимончик давал. Ну, так как? Признаешь свой должок или нет?
Копченый откинулся на спинку кресла, задумчиво пожевал губами.
– Ну, положим, человечек мой делал все правильно. Всех подозрительных я велел крутить и ко мне на разбор волочить, а очень подозрительных сразу кончать. Значит, не глянулись вы ему. Да и мне, честно говоря, тоже. Уж больно видок у вас… странный. Особенно у тебя, – Копченый уставился на Кота.
– Что ж ты хочешь от бывшего сыскаря. В тайной полиции когда‑то служил. Правой рукой самого Собкара был, – пожал плечами Стив. Лицо Кота при этих словах вытянулось. – Видишь, как его перекосило? Самому теперь, небось, стыдно, но, что поделаешь, из песни слова не выкинешь. Вместе с шефом попал в опалу, послал все к черту, прибился к нам, понял вкус настоящей жизни, и обратно на службу его теперь калачом не заманишь. Даже под страхом смерти туда не пойдет. Верно, Репа? На службу обратно не тянет?
Копченый заржал. Погоняло бывшего полицейского ему понравилось.
Кот зарычал. В глазах его вспыхнули опасные огоньки, которые вовремя заметил Собкар, и успел перехватить ринувшегося на Копченого карманника. Кот затрепыхался в его мускулистых руках.
– Бешеный он у вас какой‑то, – поперхнулся своим смехом Копченый.
– Ему как про старое место работы напомнишь, он сразу расстраиваться начинает, и всем в морду пытается заехать. Бьет, как правило, с ноги, если, конечно в руках чего потяжелее не окажется. Буйный товарищ.
– Ну, а сам‑то ты кто такой?
– Красавчик Стив. Не слыхал?
– Нет.
– Это потому что я человек тихий, скромный, дешевой рекламы не люблю. Давай на этом и остановимся. Твои аргументы насчет внешности принимаются. Махача не будет. Ленивец, – дал Стив команду принцу Ленону, – отпусти Рыхлого. Мы его прощаем. Беги, родимый, – теперь уже Стив обращался к гоп‑стопнику, – приведи в чувство остальных.
Почуявший свободу Рыхлый, не дожидаясь разрешения Копченого, на полусогнутых бросился выполнять распоряжение Стива.
– Мы там в твоей лавочке порезвились слегка, – пояснил Копченому Стив, – но все пока живы.
– Я так понял, претензий никаких? – на всякий случай переспросил Копченый.
– Нет, – спокойно подтвердил Стив.
Копченый незаметно перевел дух.
– И зачем ты меня искал?
– Надо мне с моими ребятишками на ту сторону смотаться. Сам понимаешь, неофициальными каналами. Дел у нас в Нурмундии много накопилось. У тебя, по слухам, туда тропа протоптана. Не врут слухи?
– Не врут, – подтвердил кивком головы Копченый и щелкнул пальцами.
Лавируя между сталактитами, к нему подскочил половой.
– Накрой вон тот столик господам. Все, что они пожелают. За мой счет.
Уголовники, сидевшие за указанным Копченым столиком, сдернули с него свои бутылки и поспешно ретировались.
– Вот это другой разговор, – Стив сделал Собкару знак, и тот, сообразив, что от него требуется, начал выгружать содержимое корзинки на стол перед Копченым. – Когда к нам по‑хорошему, то и мы со всей душой.
Копченый посмотрел на галерею бутылок, выставленных в качестве презента, хмыкнул.
– Потолкуем.
– Потолкуем.
Переговоры начались. Пока высокие договаривающие стороны торговались о стоимости нелегального перехода через государственную границу, команда Стива делала заказ половому.
– Жаркое из свежей говядины и кувшин молока, – мрачно буркнул Кот.
– То же самое, только жаркое из свинины, – тяжко вздохнул Осель.
– А мне и того и другого, и два кувшина первача, – прогудел Ленон.
– Ленивец, – сердито прошипел Собкар, – побереги свои нейроны. Мне тебя еще папаше живым и невредимым сдавать.
– А что такое нейроны? – полюбопытствовал принц Ленон.
– Шеф потом тебе объяснит. Два кувшина молока ему, – распорядился Собкар.
– Что пожелает дама? – согнулся перед Петри половой.
– Молочный коктейль, – сердито буркнул Петруччо.
– Э‑э‑э… не поделитесь рецептом? – осторожно спросил половой.
– Полкувшина молока на полкувшина эльфийского вина. Тщательно перемешать и подать сюда! – ткнула пальчиком красавица на стол. Никогда не пьянеющий Петруччо просто так без борьбы не сдавался. Он найдет оптимальный состав, который позволит и дальше радоваться жизни. Друзья с уважением посмотрели на циркача.
– И свежую прессу сюда! – добавил Собкар.
– Вам какую? Вольных Баронств или нурмундскую? – потребовал уточнения половой.
– И нурмундская есть? – обрадовался Жанэр.
– Разумеется.
– Тогда и ту и другую!
Свежую прессу им предоставили немедленно, и друзья стали лениво листать ее в ожидании заказа, краем уха прислушиваясь к переговорам. Стив косил под крутого парня так здорово, что сомнений ни у кого не вызывало: два крупных уголовных авторитета перетирают важные вопросы.
– Ну, значит так, Красавчик, по пять золотых с носа, и считайте, что вы уже там, в Нурмундии. За товар, разумеется, придется платить отдельно.
– Какой товар?
– Контрабандный.
– И сколько за товар? – усмехнулся Стив.
– Смотря что везете.
– Себя и свои идеи.
– Это еще дороже, – задумчиво потер подбородок Копченый.
– В смысле?
– Идеи обычно хорошо оплачиваются. Кстати, кто вас финансирует?
Стив понял, что с этим пройдохой надо держать ухо востро. Он поднаторел на торговле такого рода, и каждое лишне слово оппонента тут же превращает в драгоценный металл.
– Даю за идею еще пять золотых и предлагаю на этом остановиться.
– Вообще‑то можно договориться и без презренного металла. Оставишь нам свою девчушку на пару деньков, – Копченый покосился на Петри, облизнулся, – и мы в расчете.
«Девчушка» внезапно зарычала. Неведомо откуда взявшийся в ее руках нож с размаху вонзился в столешницу, пригвоздив газету к столу.
– Беру свои слова обратно, – заторопился Копченый. – Вместе с идеями по десять золотых с носа, и вы уже в Нурмундии.
– Договорились, – согласился Стив, тревожно поглядывая на Петьку. – Петри, девочка моя. Не надо горячиться. Товарищ пошутил. Мы все уладили…
Собкар, который, как и Петруччо перед этим, тоже листал газету, поднял мрачные глаза на Стива.
– Здесь да, а вот в Нурмундии нет. Читай.
Он неспешно подошел к столу криминальных авторитетов и протянул Стиву газету. В центре страницы в веселой рамочке красовалась корреспонденция.

ГАБАРДСКИЕ НОВОСТИ 

ВОРЫ КАРМАННИКИ ПОЙМАНЫ С ПОЛИЧНЫМ!  

Вчера, на приеме у графа Лекуа, градоначальника нашего замечательного города, была разоблачена пара мошенников, проникших на бал под видом гранда Труссарди, путешествовавшего по Нурмундии со своей очаровательной дочкой Лизеттой. В самый разгар бала Лизетта, танцевавшая с графом Лекуа, внезапно умудрилась вывернуть содержимое своего желудка на камзол нашего любимого градоначальника. При этом из‑за корсажа и из‑под юбки очаровательной леди посыпались драгоценности и украшения, в которых только что щеголяли многочисленные гости графа. Бросившийся ей на выручку отец был немедленно скручен подоспевшей стражей. При обыске у гранда был обнаружен целый арсенал заточек, пилочек и прочих приспособлений, говорящих о том, что полиция Габарда имеет дело с искусным уголовником, который попался по чистой случайности. Его дочь была на третьем месяце беременности и не справилась со своими воровскими обязанностями. По решению суда преступников решено предать казни через повешение при большом скоплении народа в первый ярмарочный день. 

– Блин!!! – грохнул кулаком по столу Стив.
– Твои люди? – спросил Копченый.
Юноша молча кивнул головой.
– До Габарда от границы далеко? – спросил он.
– Километров восемьдесят.
– Когда у них ярмарка?
– Через три дня.
– Так, Копченый, – Стив выдернул из кармана кошель, кинул его на стол, – здесь полторы сотни. Тридцатку накидываю за скорость. Быстро нас на ту сторону!
– Надеешься своих дружков из тюряги вытащить? – пожевал губами Копченый. – Там такая охрана…
– Мы своих людей не бросаем.
Копченый отодвинул кошель.
– Не надо. Уважаю. – Криминальный авторитет славного города Ренга набухал себе полный бокал гномьей водки, поднялся. – Смотрите и учитесь! – рявкнул он притихшим уголовникам. – Вот так надо! Настоящие пацаны за своих всем глотки порвут! За тебя, Красавчик Стив! – Копченый одним махом опорожнил бокал.
– Благодарствую, – поднялся юноша. – Так как бы нам на ту сторону? Время не терпит.
– Косой, открой им дверь. Нет, я сам! Ребята свои в доску. Вы, ежели чего, обращайтесь. – Криминальный авторитет славного города Ренга стукнул себя кулаком в грудь, на глазах появились слезы пьяного умиления. – Правильным пацанам завсегда помощь окажу.
Копченый лично провел команду Стива к двери, искусно замаскированной в глубине грота. Каменные ступеньки вывели их на склон горного хребта… со стороны Нурмундии. И только тут до них дошло, что приграничная малина территориально располагалась уже не в Вольных Баронствах, а в соседнем королевстве. Путь по пересохшему руслу подземной реки был долог…

4

На этом благодеяния Копченого не закончились. Проникнувшись важностью момента, он подробно объяснил маршрут, рассказал, как обойти засады и рекомендовал заодно отдохнуть по дороге в маленьком городке Сурьен, расположенном в двадцати километрах от пограничной зоны. Гарнизон там небольшой, люди приветливые, так что в местном трактире, если скажешь нужное слово, встретят по полной программе, распинался пьяный авторитет славного города Ренга. Как понял Стив, трактир и был перевалочной базой контрабандистов.
Следуя его инструкциям, друзья к полудню достигли Сурьена, без проблем, тайным лазом, проникли внутрь и расположились в рекомендованном Копченым трактире. Нужное слово, подкрепленное парой золотых, обеспечило им шикарные апартаменты на втором этаже.
Как только трактирщик накрыл им стол, Стив знаком приказал ему удалиться. После того как друзья утолили голод, юноша начал совещание.
– Итак, господа, наша задача усложнилась. Придется спасение Нурмундского королевства отложить на неопределенный срок и заняться освобождением возлюбленной нашей Петри и ее тестя. Обалдеть, – хмыкнул, не удержавшись, Стив. – Скажи мне раньше кто, что от однополого брака еще и дети появляются, оборжал бы да еще и плюнул в рожу, а вот поди ж ты…
Петри зарычала.
– Не волнуйся, девочка. Вытащим мы твоих родственников. Какие будут предложения? Что нужно сделать в первую очередь?
– Купить лошадей и галопом до Габарда! – сердито прошипела Петри. – Пока мы тут штаны просиживаем…
– Кое‑кто и юбки, – хихикнул Кот, но Петька на него внимания не обратил.
– …беременная женщина в сырой темнице сидит.
– Серьезный аргумент, – согласился Стив. – Тем не менее, сначала надо составить план. Насчет лошадей не возражаю, только к ним нам нужна вместительная карета. Не будем же мы напрягать будущую мамашу, заставляя ее ехать верхом? – Стив до сих пор не знал, с какой стороны подходить к лошади, и, как всегда, выкручивался. – Ну, приехали мы, а что дальше? Лобовая атака на тюрьму с криками ура?
– С местной братвой надо связаться, – предложил Кот.
– В Ренге уже связались, – хмыкнул Стив. – Чуть перо в бок не словили.
– Так не словили же! – заволновалась Петри. – Шеф, я тебя не узнаю, ты что, испугался?
– Не будь ты в данный момент дамой, да еще в перспективе счастливой папой, морду бы набил за такие слова, – спокойно ответствовал Стив. – Спишем это на твою нервозность. Женщины вообще с головой не дружат, а уж когда в положении…
– Я не в положении! – взвизгнула Петри.
– Слава богу, хоть тут повезло. Так что ты там про братву говорил, Репа?
Кот зарычал. Новое прозвище ему явно не нравилось, но перечить не посмел.
– Ежели объяснить братве, кого замели, они все как один поднимутся.
– Так чего ж не поднялись до сих пор? Они уже почти сутки в тюряге, – резонно возразил Стив.
– Смертников обычно в одиночке держат, – вздохнул Собкар. – Думаю, связаться со своими не может.
– Хорошо, возьмем и это на заметку. А что ты думаешь, Ленивец? Как бы ты действовал? – Стив повернулся к принцу Ленону.
– Я бы раздобыл деньжат побольше, купил этот городок на корню, – прогудел гигант, – и пусть тогда без моего ведома кто попробует кого казнить.
– Умница! – Стив вытащил из кармана золотой кулон, усыпанный бриллиантами. – А вот этот ключ мне на дорожку дал Мастер Грим. Он должен открыть путь к нашим счетам. И если вы припомните, он утверждал, что в каждом приличном городке есть гномий банк. На лошадей и карету деньжат у нас хватит. В Габарде снимаем, сколько нужно…
– Не‑е‑е… так не пойдет… – прогудел Ленон‑Ленивец.
– Почему?
– Придем мы в банк, начнем снимать крупную сумму, сразу слухи пойдут, кто‑о‑о… да что‑о‑о… Засветимся. Все дело изгадим.
– Ну, надо же? – удивился Стив. – Я думал, ты только на трубе мастак играть.
– Я ж все‑таки при…
– Ленивец! – оборвал его Стив.
– Ну да… меня во дворце чему только не обучали. И военному делу и бухгалтерскому и политесу…
– Что ж ты такой умный из дворца‑то сорвался? – не удержался Собкар.
– Хотел принцессу не по праву королевской крови, а по любви в жены взять, – вздохнул Ленивец. – Чтоб человека, а не принца полюбила.
– Романтик ты наш, – покачал головой Стив. – Однако насчет банка мысли твои правильные. Нельзя нам в Габарде с этим делом рисоваться.
– И что же делать будем? – заволновалась Петри.
– Рисоваться будем здесь. Надеюсь, в этот городок проникла цивилизация, и гномы тут свой филиал организовали. Так, всем, кроме Репы… Хватит морщиться, привыкай! Итак, всем кроме Репы, оставаться здесь, а мы с ним пойдем за деньгами.
– Почему именно с ним? – возмутился Осель.
– Вряд ли ваш внешний вид внушит доверие местным блюстителям порядка. А у Репы с этим все в порядке.
– Шеф! – взмолился Кот. – Ну дай ты мне другое погоняло. Ну… ну… хоть Репей назови, что ли!
– Гмм… – Стив смерил взглядом Кота. – Репей тоже неплохо соответствует твоему образу. Быть по сему. Двигай за мной, Репей.
Покинув трактир, друзья двинулись по центральной улице Сурьена на поиски банка. Парочкой они были достаточно колоритной. Белоснежные одеяния Стива, благородные черты лица, льняные волосы, рассыпавшиеся по плечам, белая тросточка, которую он небрежно крутил в руках приковывали к нему внимание редких прохожих. Кот рядом с ним явно проигрывал. Он выглядел придатком, нанятым благородным господином для охраны его тела. Местные жители откровенно пялили на них глаза, и Стива это слегка нервировало.
– Вот ей‑богу, Репей, закончим дело, я этого профессора Эльфира лично придушу, – пообещал он Коту. – Это ж надо такую свинью подложить. Мы, бойцы невидимого фронта, должны быть серыми, неприметными личностями. А мне даже замаскироваться невозможно. Что ни напялишь, все в белое превращается. Идеальная мишень для снайпера.
– Что такое снайпер, шеф? – перемена клички на более нейтральную благотворно повлияла на Кота, и он снова был беззаботен и весел.
– Снайпер – это Петька с ножом или эльф с луком. Понял?
– Нет.
– Ликбезом займемся потом. Кажется, я вижу банк. Молодцы гномы. Даже в этом захолустье бизнес бодяжат. Вот только не нравятся мне эти личности в черных плащах, что около дверей трутся. Раньше таких в Нурмундии не наблюдалось. Смотри, как охранники перед ними тянутся.
Банк, как и любое другое заведение в котором крутятся приличные деньги, разумеется, имел свою собственную охрану. Это были крупные, мускулистые воины, вооруженные мечами и арбалетами, но, несмотря на весь свой лихой вид, он явно робели перед парочкой хмурых личностей в черных плащах, лацканы которых были украшены нашивками в виде зигзага желтой молнии. Каждого посетителя они окидывали острым взглядом.
– Шеф, ты только посмотри, – пошептал Кот, затормозив около щита объявлений, мимо которого они в тот момент проходили.
– Ого!
«РАЗЫСКИВАЮТСЯ ОПАСНЫЕ ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ПРЕСТУПНИКИ, ПОКУШАВШИЕСЯ НА ЖИЗНЬ КОРОЛЯ НУРМУНДИИ ЭДУАРДА II» – гласила крупная надпись на плакате, а под надписью красовалась вся команда Стива, с самим Безумным Лордом во главе.
– Нурмундская полиция только что спасла жизнь профессору Эльфиру, – обрадовал Кота Стив. – Если б не его чары, вляпались бы на первом же шагу. Вперед, мой друг. Нас ждут златые горы!
Друзья с независимыми лицами прошли сквозь строй охраны и вошли в банк. Там работа кипела. Кто‑то деньги клал на счет, кто‑то снимал, очереди у касс были солидные. Дела у гномов шил довольно успешно. Стив демократично встал в очередь, и замер в ожидании. Кот же начал шнырять по банку, суя свой нос во все дыры и углы. Карманы его бесформенного одеяния начали постепенно раздуваться. Стив с тревогой следил за его манипуляциями, затем не выдержал, покинул свой пост и перехватил воришку, уже приклеившемуся к какой‑то дамочке, только что снявшей со своего счета деньги.
– Киса, – прошипел он ему на ухо, – будь ласков, верни все, что взял, клиентам обратно, сволочь!
– Шеф, а как же конспирация? Я ведь теперь Репей, – ехидно спросил Кот.
– Все колючки пообрываю, придурок! Мы не за этой мелочевкой пришли.
– По‑крупному работаем?
– Разумеется.
– Уговорил.
Вернуть все Киса не успел. Распространяя вокруг себя винные ароматы, в банк вошел тучный мужчина, живот которого не позволял его хозяину видеть собственные ноги. К нему тут же подскочил расторопный гном.
– Вот сюда, маркиз. Уважаемые клиенты обслуживаются здесь.
Уважаемый клиент грузно протопал в сторону массивной, бронированной двери, на которой вместо дверной ручки виднелось узкое, полукруглое отверстие.
– Кажется, наш маркиз опять проигрался, – прошелестел по залу злорадный шепоток.
– Извольте ваш кулончик приложить. Своей ручкой, – продолжал лебезить перед ним гном.
Тучный маркиз, пыхтя от избытка винных паров и лишних килограммов, вытащил из кармана серебряный кулон и сунул его в прорезь.
– Маркиз Вуайет, – проскрежетал по залу механический голос, – сорок семь лет, женат, имеет трех детей, двух любовниц и кучу долгов. Пока что кредитоспособен. После погашения последнего карточного долга серебряный кулон будет заменен на медный. Идентификация закончена.
Дверь с диким скрежетом распахнулась, и маркиз, недовольно бурча что‑то себе под нос, шагнул в подземное хранилище гномов.
Стив стиснул в кулаке свой золотой кулон, подхватил Кота под руку и потащил к выходу.
– Валим отсюда!
– А денежки?
– Заткнись!
Всю обратную дорогу до трактира, Стив размышлял, хмуря лоб. Притихший Кот, старался не мешать раздумьям шефа.
– Что случилось, шеф? – заволновался Собкар, при виде сердитого лица Стива.
– Ничего особенного, просто операцию по изъятию наших вкладов придется отложить до темноты. Когда народ рассосется. Банк, судя по табличке у входа, работает круглосуточно.
– А почему не сейчас? – возмутилась Петри.
– Там такая забавная система распознавания клиентов, – вздохнул Стив, – что мы в этом банке тут же спалимся. Вот идиоты!
– Кто? – осторожно спросил Осель.
– Гномы. Совсем не умеют работать. Чувствую, до идеи тайных вкладов они еще не доросли. Надо будет при первой возможности холку им намылить. Если бы я сунул наш кулон на идентификацию, их система на весь банк бы заорала: Принц Вольных Баронств, Стивиан Гордый, а то и еще хуже: Безумный Лорд! Кстати, наши физиономии, настоящие, а не те личины, которые мы сейчас носим, расклеены на каждом углу. Мы, братва, оказывается, государственные преступники в Нурмундии. На самого короля покушались, так‑то!
– А я чего‑то не понял, – прогудел Ленон.
– Что не понял? – уставился на него Стив. – Мы ж тебе рассказывали про покушение на Муэрто.
– Не… я про другое. Зачем гномы ночью работают? Все нормальные люди ночью спят…
– Ну, это как сказать, – хмыкнул Кот.
– Начнем с того, – начал пояснять Стив, – что они не люди, это во первых, а во вторых, такой, наверно, у них КЗОТ.
– Чего‑о‑о? – выпучила глаза команда Стива.
– Не знаете? что такое КЗОТ? – удивился Стив/ – Темнота‑а‑а… Ладно, слушайте…
И он вкратце расписал основные принципы взаимоотношений, согласно КЗОТу, между рабочим и его работодателем. К концу лекции, где‑то через три часа, он понял, насколько эти идеи революционны для данного мира: Ленон старательно конспектировал на какой‑то странной бумаге, от усердия высунув язык.
– Ну, что, всем все понятно? – спросил Стив.
– Ага, – дружно ответила слегка обалдевшая команда. – Только ты, шеф, объясни, а на фига этот КЗОТ нужен?
Стив побагровел, набрал в грудь побольше воздуха и… заставил себя успокоиться.
– Ладно, объясню на примере.
– Стив, подожди секундочку, – взмолился Ленон. – Я быстро.
Он бросился к двери с криком:
– Трактирщик! Еще три рулона туалетной бумаги!
– Нет, ну надо же! – возмутился Кот. – Только к самому интересному подошли, а ему приспичило.
Отсутствовал Ленон недолго. Ворвавшись обратно в комнату, он распечатал первый рулон, обмакнул перо в чернила и вновь приготовился писать.
Стив хмыкнул и продолжил лекцию:
– Ну, возьмем для примера… – юноша обвел взглядом свою команду.
– Можно меня? – сунулся вперед Кот.
– Подходящий типаж, – согласился Стив, – хотя для тебя КЗОТ немножко другой. Уголовный Кодекс называется. Тем не менее, под КЗОТ и ты подходишь. Вот, положим, засыпался ты, Кот, на крутом скачке. И загремел на каторгу.
Кота передернуло.
– Не дай бог, шеф.
– Ну, это я к примеру.
– Этот пример неправильный, и я попрошу ко мне его не применять! – возмутился Кот.
На него все дружно зашикали:
– Вызвался быть примером, суши сухари!
Кот спал с лица.
– Ладно, тихо! Я образно говорю.
Кот облегченно вздохнул, но потом опять изменился в лице, когда Стив продолжил.
– Ну вот, мотаешь ты свой двадцатник, вокруг вертухайчики с кнутами бегают. В руках кайло! Каменоломня…
Кот схватился за сердце.
– И вот теперь начинаются все прелести КЗОТа. Вот без него ты куда бы вышел после своего двадцатника?
– Обычно рядом кладбище есть. Туда бы и отнесли, – простонал Кот.
– Видишь, как все мрачно, – обрадовал его Стив. – А с нашим КЗОТом тебе на зоне положено трехразовое питание, медицинское обслуживание, в субботу с воскресеньем выходной, плюс к выходу на волю все, что ты за двадцать лет заработал, на руки отдается. Да к тому же с этой суммы еще и пенсия идет.
– А это что такое? – жадно спросил Кот.
– Ну, вышел ты на свободу с чистой совестью, а государство о тебе заботится. Ручки‑то к старости уже не те, воровать не можешь. Вот оно тебе пенсию и будет платить.
Полностью охреневший Собкар потряс головой и мрачно сказал.
– Шеф, что‑то мне не нравится этот КЗОТ.
– А мне даже очень понравился, – возразил Кот. – Этот КЗОТ – то, что надо! Для нас, для истинных трудяг!
Увлекшийся Стив реплик своих соратников почти не слышал.
– И это еще, не учитывая того, – ораторствовал он, – что ты, как лох, нанял хреновых адвокатов. С хорошими, да с учетом твоей квалификации, ты вышел бы на свободу прямо из зала суда, за недоказанностью улик, а адвокаты тебе еще и немалую компенсацию бы отсудили за моральный ущерб.
– Клево‑о‑о… – глаза Кота замаслились. – Это ж какая статья дохода. Делаю скачок, на вырученные деньги нанимаю адвоката, сам себя сдаю и потом на средства от морального ущерба живу припеваючи до следующего скачка.
– Может и получиться, – согласился Стив, – если прокурор, конечно, тебе дополнительный срок не навесит за попытку мошенничества.
– Вот извини, конечно, шеф, – не выдержал Собкар, – но из всего, что ты наговорил, мне только прокурор понравился.
– А вот это ты зря‑а‑а… – протянул Стив. – Тебе, говоришь, адвокаты не понравились?
– Еще как, – прорычал Собкар.
Команда Стива переводила взгляд с одного спорщика на другого. Единственный, кто не отрывал головы от стола, был принц Ленон. Он старательно конспектировал на туалетной бумаге все мудрые мысли принца вновь созданного государства.
– Ну, давай подумаем, Собкар, насчет адвокатов, которые тебе так не нравятся. Вот в последний раз ты за что оказался в опале?
Собкар молча ткнул пальцем в принца Ленона.
– И что тебе пришлось делать, чтоб не попасть на плаху, или? в лучшем случае? не присоединиться к Коту на каторге? Удариться в бега?
– Ну… да, – вынужден был согласиться Собкар.
– А вот если б мы имели правовое государство, то твои адвокаты доказали бы, что ты ни в чем не виноват, а виновата система, прихлебатели около короля, плохое финансирование, которое не позволило иметь в штате сильного мага. И что это нам даст? Ты на свободе, занимаешь свою прежнюю должность, финансирование твоего отдела увеличивается, и Муэрто, виновник всех твоих бед, оказывается в тюрьме. После этого премии, повышение в звании и должности… короче? все блага.
Собкар задумался.
– Да‑а‑а… с такими адвокатами мы бы быстро в стране порядок навели.
– Вот и я о том же, – радостно поддержал его Кот.
Тут уже загалдели все остальные члены команды.
– А мне это что даст?
– А мне?
– А мне?
– Сейчас подумаем… – Пока Стив думал, остальные члены его команды, обгоняя друг друга, ринулись за туалетной бумагой.
Рассказывал он по каждому члену команды отдельно, красочно и подробно. Не забыл даже упомянуть об отмене смертной казни, как варварского способа утверждения правопорядка, что привело Кота буквально в экстаз. В недоумении команда Стива захлопала глазами только тогда, когда он загнул жутко научную фразу о необходимости профсоюзов.
– А это что такое, шеф? – рискнул спросить Осель.
– Ну, ежели попроще, – охотно объяснил окончательно вошедший в раж Стив, – то представь себе, что ты подрабатываешь грузчиком на какого‑нибудь хозяина в порту. А он зажлобился, сволочь, и не хочет платить тебе твои кровно заработанные деньги, и вообще, зараза, нарушает КЗОТ. Что ты сделаешь?
– В морду дам, – простодушно сказал Осель.
– А там охрана. Не успел размахнуться, скрутили, тебе же морду набили и выкинули без денег.
– Шеф, но это ж беспредел! – разозлился Осель.
– И я о том же. А вот если будут профсоюзы, то их представитель подойдет к такому хозяину, – Стив распустил пальцы веером. – Ты что, фраер, пацанов дельных обижаешь? На неприятности нарываешься? А КЗОТом по сусалам не хочешь? А всеобщую забастовку на пару недель не желаешь? Все корабли в порту застрянут без разгрузки. Без штанов останешься, мальчик! Все что нажил, до последнего медяка уйдет за неустойки.
Потрясенная команда Стива слушала своего шефа, открыв рот.
– Все, ухожу в профсоюзы, – выдавил из себя Осель. – Эта работа по мне. Шеф, подскажи, где КЗОТ потяжелее взять? Я им всех угнетателей рабочих масс уработаю. Кстати, трактирщик, сволочь, так своих половых гоняет…
Стив понял, что с ликбезом пора завязывать, пока его команда не успела сделать революцию в отдельно взятом трактире. Он перевел дух и взглянул на друзей. На столе высились пирамиды мелко исписанной туалетной бумаги.
– По‑моему, мы увлеклись, – нейтрально сказал юноша, возвращая своих соратников на землю. – Нам еще надо успеть выспаться. Так что предлагаю всем лечь и перед делом отдохнуть.

5

Стиву снился кошмар. Его команду окружили приспешники Муэрто. Злобная нечисть, оскалив клыки, надвигалась на его друзей, а они, ни о чем не подозревая, как ни в чем не бывало, пировали на полянке, распивая гномью водку и пиво, не жалея свои бедные нейроны! Стив проснулся в холодном поту.
– Фу‑у‑у… приснится же такой бред.
Юноша спрыгнул с кровати, подошел к окну. Солнце уже ушло за горизонт. Улицы ночного города освещали только редкие газовые фонари.
– Самое то. Пора будить обормотов.
В гостиной его ждал сюрприз. Двери в комнаты его друзей были распахнуты, а самой команды в этих комнатах не наблюдалась. Зато на столе в гостиной лежала лаконичная записка: «СПИ СПОКОЙНО, ДОРОГОЙ ДРУГ! ТВОИ СОРАТНИКИ ПОНЯЛИ ГЛУБИНУ ТВОИХ ИДЕЙ И РЕШИЛИ НЕ ТРАТИТЬ ТВОЕ ДРАГОЦЕННОЕ ВРЕМЯ НА ТАКИЕ МЕЛОЧНЫЕ ПРОБЛЕМЫ КАК БАНК: ОНО ПРИНАДЛЕЖИТ УГНЕТЕННОМУ НАРОДУ НУРМУНДИИ.
Стив, знавший почерки своих друзей, сразу понял, что это писал Ленон, и не на шутку испугался.
– Уй, бли‑и‑ин! Надеюсь, почту и телеграф они брать не будут. Телеграфа здесь точно нет, а вот почту, надеюсь, взять не успеют.
Стив давно уже перестал удивляться диким мыслям, периодически посещавшим его голову. А если начинал их озвучивать, то, как правило, шокировал ими окружающих. Даже Эмму, милую, родную баронессу фон Эльдштайн он порой ставил ими в тупик.
Юноша торопливо натянул на себя сапоги, как ошпаренный, прогрохотал по лестнице и вылетел из дверей трактира, провожаемый изумленным взглядом хозяина злачного заведения.
Стив несся по ночным улицам славного города Сурьена, не подозревая, что зрачки его становятся все шире и шире… И только подлетая к банку, он понял, что мчится в темноте. Во всем квартале не работал ни один газовый фонарь. Их стекла были разбиты.
– Профессионально работают господа‑товарищи, – пробормотал Стив, тормозя у дверей гномьего банка и с разгону, неожиданно для себя, постучал в дверь.
– Кто там? – в двери откинулось окошко и перед Стивом нарисовалась бородатая физиономия Ленона, который старательно всматривался в темноту, пытаясь разглядеть, кто перед ним стоит.
– Налоговая инспекция, – сердито буркнул Стив.
Ленон задумчиво потеребил бороду, повернул ее куда‑то в глубь банка и проорал во всю мощь своих легких.
– Хрипатый! Тут какой‑то мужик пришел, говорит за налогами. Че с ним делать?
До слуха Стива донеслись жаркие дебаты. Команда начала обсуждать его дальнейшую судьбу. Она была незавидная.
– Лучше три ограбления, чем один сборщик налогов! – вопил не кто‑нибудь, а именно Собкар.
– Полностью согласен с вами, господин Хрипатый. – У Стива отпала челюсть, как только до него дошло, что он слышит голос Кота. – Как говорил наш великий учитель: есть человек – есть проблема, нет человека – нет проблемы.
– Только все по закону, господа, – услышал он нежный голосок Петри. – Быстро определяемся, кто у нас прокурор, кто адвокат, а кто судья. Организуем тройку и засудим этого гада по законам военного времени.
– Почему военного? – судя по голосу, вопрошал Осель.
– Потому что шеф объявил войну этому злобному тоталитарному обществу. Всю власть королю и Стиву Великолепному! Вы же видите, ситуация налицо! Низы не хотят по‑старому, а верхи не могут по‑новому!
Стив не выдержал, одним ударом ноги выбил входную дверь из косяка, выдернул из‑под нее Ленона и вместе с ним подмышкой, со словами «всю власть учредителю собрания», вошел внутрь. Первое, что бросилось ему в глаза: четыре гнома, аккуратно разложенных вдоль стенки. Веревками они были замотаны аж до бровей.
– Если все гномьи банки так охраняются, надо срочно изымать наши вклады, – хмыкнул Стив, ставя Ленона на ноги.
– Именно этим мы и занимаемся, – успокоил его Кот. – Ребята, все в порядке. Это наш шеф.
– А насчет охраны ты зря, – успокоил его Собкар. – Мы их полчаса в подвал стаскивали. Эти просто не уместились.
Стив прошел мимо развороченных сейфов и уставился на ряд ног, торчащих из пола.
– А это что такое?
– Это и есть подвал, – подала голос Петри.
– А утрамбовывать не пробовали?
– Это идея, – оживился Ленон.
Из подвала послышалось мычание. Ноги задергались.
– Отставить! – коротко скомандовал Стив, – О транспорте позаботились?
– Обижаешь, шеф!
– Тогда грузимся и валим отсюда, – Стив не удержался и вполголоса матюгнулся. – Наворотили дел, декабристы хреновы! И расписку не забудьте оставить. Мы все‑таки не воры.
– Уже готово, шеф, – вылез вперед Кот. – Во, смотри!
На стене красовалась надпись: «ЗДЕСЬ БЫЛ КРАСАВЧИК СТИВ И Кє». Рядом был нарисован угольно‑черный кот.
– А это что такое? Автопортрет?
– Я так подписываюсь, шеф.
– С вами все ясно. На выход!
Команда Стива, опасливо косясь на шефа, начала торопливо выволакивать из банка туго набитые мешки. Последним шел хмурый Стив, сердито напевая себе под нос: «Глеб Жеглов и Володя Шарапов, за столом засиделись вы зря…»

* * *

Ночной Габард встретил их выпученными от изумления глазами стражников, которые сразу бросились открывать городские ворота. После этого встали по стойке смирно и застыли в почетном карауле. Кот невозмутимо подхлестнул лошадей, даже не повернув в их сторону головы.
– Что‑то я сомневаюсь, что мы едем в почтовой карете, – пробормотал Стив, как только они удалились на безопасное расстояние.
– Извини, шеф, забыли сказать, – заторопился Собкар. – Почтовых карет не было. Эту Кот от ворот градоначальника Сурьена увел.
Стив высунул голову наружу и только тут в свете уличного фонаря разглядел две желтые молнии на дверце кареты.
– Да… с вами не соскучишься. Репей!
– Что, Красавчик?
– Гони к ближайшей лавке старьевщика. Будем делать первое целевое вложение средств в недвижимость.
Кот чуть не упал с облучка.
– Шо‑о‑о!!?
– Гони, я сказал!
Кот послушно погнал. Собкар из кареты давал ему советы, когда в какой проулок сворачивать, так как в силу своей профессиональной подготовки заочно неплохо знал топографию города.
– Все, приехали.
Стив вылез из кареты и огляделся. На небе гасли последние звезды. Надо было спешить, пока город не проснулся. Он оглядел добротный одноэтажный домик с вывеской над дверью «ЛАВКА СТАРЬЕВЩИКА» и довольно улыбнулся. Ему очень понравился просторный двор, огороженный высоким забором, примыкающий к дому.
– Хозяин, открывай! – грохнул он кулаком в дверь.
– Шеф, да на фига нам домик в деревне? – не выдержал Ленон.
Стив повернул к нему голову и ответил, не переставая стучать в дверь:
– Скоро поймешь Ленивец. Хозяин, открывай! К тебе счастье стучится.
– Если б оно не стучалось мне в лоб, – просипел чей‑то недовольный, прокуренный голос, – я б еще больше обрадовался.
Стив повернулся на голос и понял, что дверь уже открыта, а стучит он, действительно, по лбу хозяина. Перед ним стоял плотный, коренастый, бородатый мужичок среднего роста.
– Извиняюсь, увлекся, – Стив на мгновение задумался и постучал уже по открытой двери. – До чего же звук похож!
– Ну, чего приперлись, на ночь глядя? – Хозяин задумчиво постучал себя по лбу, а затем по двери. – Не‑е, брешешь, – довольно сказал он, – у меня гульче звучит.
– Вот и я о том, – согласился Стив. – Кстати, утро уже на дворе. Так что с добрым утречком вас. Будем знакомы. Я ваш новый хозяин.
Старьевщик от такой наглости обалдел. Стив сдернул с пояса заранее заготовленный туго набитый кошель и плюхнул его в руки старьевщика.
Старьевщик освидетельствовал содержимое. В первых лучах солнца монеты червонного золота переливались так игриво, что у него подкосились ноги.
– Хозяин! Прости нерадивого! Не признал сразу!
– Тачку в гараж, – начал отдавать команды новому работнику Стив, – помыть, перекрасить, номера перебить.
Глаза старьевщика стали квадратными. От Стива это не ускальзнуло.
– Карету оприходуй, по‑быстрому!
– А‑а‑а… – до старьевщика дошло. – Будет сделано, хозяин!
Новый работник оказался очень понятливым. Он распахнул ворота, схватил лошадей под уздцы и загнал карету во двор. Похоже, подобными операциями он занимался уже не первый раз.
– Слышь, шеф, – дернул Стива за рукав Кот, – а что с кучером и бывшим хозяином кареты делать?
– Что‑о‑о? – протянул Стив.
– Да некогда мне было с ними торговаться!
И только тут юноша заметил, что на запятках слабо шевелятся два огромных пыльных мешка, надежно принайтованных веревками к карете.
– Нет, Репей. Своей смертью ты не помрешь.
– Почему?
– Потому что я тебе когда‑нибудь за самодеятельность голову сверну… хотя… языки сейчас будут кстати. Хрипатый, займись пленными. Остальным разгружать карету.
Пока его команда выполняла приказание, Стив двинулся знакомиться с новым работником. Тот уже деловито отдирал от дверец кареты гербы Нурмундии и пробовал на зуб. Глаза его радостно сверкали.
– То, что надо… червонное…
Сунув гербы подмышку, мужичок шустро нырнул в пристройку и вернулся уже без них. В руках его была малярная кисть и банка с краской. В глазах горел фанатичный огонь истинного художника. Обмакнув кисть в банку, старьевщик занялся творчеством. Выволакивающие из кареты мешки с золотом друзья Стива едва успевали уворачиваться от его шаловливой кисти, из боязни перекраситься в тот же мышиный цвет, которым теперь могла похвастаться карета. Работал старьевщик так шустро и расторопно, что к концу разгрузки сумел покрыть экипаж свежей краской в три слоя. На этом старьевщик не успокоился. Метнувшись обратно в пристройку, он приволок еще одну банку и принялся за коней. Изначально серые жеребцы недовольно заржали, когда на их крупы стали ложиться первые мазки.
– И как будет называться эта композиция? – поинтересовался Стив.
– Серые в яблоках.
– Я в тебе не ошибся. Как твое имя?
– Зови меня, как все: Борода.
– Я понимаю, что Борода, а как твое настоящее имя… – Стив внезапно перешел на гномий язык: – …подземный сын высоких гор?
Кисть выпала из рук старьевщика.
– Откуда знаешь?
– Металл хорошо чуешь. Уж как гербы медной амальгамой ни покрывали, а ты под ней червонное золото почуял. Человеку это не дано. Хотя с виду ты процентов на семьдесят натуральный человек.
– Че обзываешься? – возмутился Борода. – Сам‑то на гномьем без акцента говоришь, а я чую, что ты на сто процентов человек, хотя от человека у тебя лишь только оболочка.
Стив похлопал глазами, пытаясь осмыслить эту фразу, потом сообразил, что оболочкой является наведенный профессором Эльфиром то ли мираж, то ли еще черт знает чего, и немножко успокоился.
– Ладно, колись, с гномами контакты есть? – приступил к делу Стив.
– Ну, допустим…
– А с эльфами?
– Ты что, издеваешься? Меня и гномы то с трудом терпят, расисты! А ты об ушастых речь завел.
– За что ж к тебе такая немилость?
Борода сердито засопел и отвернулся от хозяина.
– Да ладно уж, колись до конца…
– Мама у меня человеком была.
– Ну и что?
– Как что? Как что? Если б мама‑гномиха меня в подземных рудниках родила, все ясно: гном я, пусть даже на пятьдесят процентов, но гном! А тут мама‑человек! Докажи теперь, что она с гномом согрешила!
– Сочувствую, но это все лирика. У меня к тебе есть дело…
Изложению дела помешал выбежавший из дома старьевщика Собкар.
– Шеф, что делать? Он молчит, собака! Первый случай в моей практике! Все! Подаю заявление на увольнение, в связи с профнепригодностью!
– Может, еще и на пенсию рассчитываешь, тунеядец? Как тебя вообще в разведку взяли? А еще в ученики просился. Мне такие бездари не нужны!
– Понял, шеф. Если заговорит, берешь в ученики. Вот в себя придет и сразу мне все расскажет, – Собкар засучил рукава, и Стив понял, что языка надо срочно спасать. Его будущий ученик не собирался ждать, когда подследственный придет в себя.
– Не дергайся. Тебе, наверное, впервые идейный попался. Лучше кучера пощупай. Может, он попроще, – посоветовал Стив. – Начальство возил, глядишь, чего и услышал.
Лицо Собкара просветлело.
– Понял шеф. Сейчас все сделаю, – Собкар обаятельно сверкнул золотой фиксой, рванул на себе рубаху, и со словами «Век воли не видать!» нырнул в подвал, где в отдельной секции его ждал трясущийся от страха кучер.
Не успел Стив повернуться к Бороде, как перед ним материализовался Кот с огромным мешком на плече.
– Шеф, я тут свининку прикупил, в соседнем огороде… э‑э‑э… в соседней лавке. Ты ее разделывать не умеешь, случайно?
– Не пробовал, – растерялся Стив. – Вот на петуха однажды охотился, было дело…
– Шеф, это примерно одно и то же. Только размер побольше.
И тут мешок на плече воришки заворочался и истошно заверещал.
– А ну‑ка, покажь! – насторожился старьевщик.
Кот продемонстрировал свою «покупку».
– Это ж соседская свинья! – всполошился Борода. – Вы отсюда уедете, а мне здесь дальше жить… Хотя, с такими деньгами кто в таких трущобах живет? И вообще, чего на всякую нищету внимания обращать? Но разделывать все равно будем в подвале.
Старьевщик еще не знал, что подвал уже занят. Там, аккуратно прикрытая старой дерюгой, уже отдыхала в нокауте первая идейная жертва полицейского произвола. Не знал об этом и Кот. Он нырнул в подвал, чуть‑чуть там пошебуршился, а потом сквозь дикий визг свиньи оттуда послышался его сердитый вопль:
– Ну, и что мне с этой тварью делать?
Собкар, который находился в соседней секции того же подвала, поплотнее прикрыл дверь и мрачно сказал кучеру.
– Вот видишь, что бывает с теми, кто молчит. Я ведь с тобой пока по человечески, а вот если тот придет, то тебе уже ничто не поможет. Он же садист. Слышишь, как твой шеф орет?
Из‑за стены опять раздался дикий вой, вперемешку с азартным визгом, и глухие удары.
– Мой шеф ждет отчета о проделанной работе, – продолжал внушать Собкар, – а у меня сердце доброе, ведь если мой напарник сейчас придет с окровавленным ножом, так я же на тебя и сблевану… я его так боюсь…
В этот момент в стену что‑то ударило. Дом пошатнулся. Сверху, посыпалась пыль. Со скрипом приоткрылась дверь, из‑за которой послышался дикий вопль Кота.
– Да я ж тебе сейчас печень голыми руками вырву, сволочь!
Кучер понял, что пора колоться…
– Всех сдам, все расскажу, что знаю… и что не знаю, тоже!!!
Кололся кучер так усердно, что взмыленный Собкар еле успевал записывать.
Где‑то через час Собкар выжал из языка все! Дольный, он на всякий случай связал его, заткнул рот кляпом, сооруженным из его же собственной портянки, и пошел на доклад к шефу. Путь его лежал через соседнюю секцию подвала, где по‑прежнему зверствовал Кот. И стоило ему переступить порог, как он тут же покатился по земле, сбитый несчастной хрюшкой, за которой с воплями несся воришка, размахивая ржавыми граблями с обломанным посередине черенком. Кот был весь в синяках и шишках зато на свинье ни одной царапины.
– Не хочешь быть шашлыком, так я из тебя отбивную сделаю! Но это больнее!
Спасая с таким трудом добытые разведданные, Собкар мелкими перебежками, периодически уворачиваясь то от свиньи, то от граблей Кота, добрался до лестницы и пулей вылетел наверх.
– Шеф, есть две новости: одна хорошая, другая плохая, – отдуваясь, сообщил он только что вошедшему в дом Стиву.
– Ну, начинай с хорошей.
– Языка я расколол. Многое проясняется, – порадовал шефа Собкар, протягивая ему бумаги.
– Ладно, с этим разберемся вместе на общем совещании, а плохая?
– Шашлык ушел в глухую оборону. Завтракать будем в ужин, если, конечно, Репей победит.
– Все ясно. Петри, девонька, сгоняй на рынок, что‑нибудь похавать принеси.
Стив плюхнулся на лавку около стола и начал изучать протокол допроса под непрекращающиеся акустические удары из подвала. Анализировал документы Стив вдумчиво, а потому долго. К тому времени Петри уже успела вернуться с рынка и вместе с Собкаром накрыть на стол, но Стив очнулся от размышлений не от дразнящего запаха пищи, а от грохота откинувшегося люка подвала, из которого вылетела свинья, запрыгнула на лавку рядом со Стивом и начала деловито чавкать из его миски. Пока команда Стива с недоумением наблюдала, как «шашлык» пожирает завтрак шефа, из подвала послышалось кряхтение, и оттуда выполз грязный, измордованный Кот.
– Где эта сволочь? – прохрипел он.
– Доедает мой завтрак, – мрачно сообщил Стив.
– Не только твой, шеф, – жалобно сказала Петри.
Действительно, свинья уже дожирала третью миску. Тут все опомнились, вскочили, стол перевернулся, и веселье пошло по новому кругу.

* * *

К вечеру, когда порядок в их новых владениях был наведен, все наконец‑то позавтракали и собрались на долгожданное совещание. В целях обеспечения секретности, бывшего хозяина услали заделывать пролом на соседний участок, через который ушла‑таки наглая сытая свинья, умудрившаяся подожрать не только то, что было в доме, но и на огороде бедного старьевщика. Он был теперь перепахан вдоль и поперек, как перед посевной.
– Итак, господа, – Стив сыто икнул, – задача наша усложняется. Пока мы с вами развлекались турнирами и охотой на Муэрто, он при помощи своих соратников сделал практически все, чтобы подготовить революционный переворот. Если быть точнее, то переворот уже произошел, только король об этом пока не знает. Под его юрисдикцией осталась только столица.
– Как?
– Не может быть!
– Да ерунда, шеф!
Команда была ошарашена. Только один Собкар внимательно смотрел на Стива, пытаясь сообразить, что такого особенного тот выловил в показаниях кучера.
– И какая свинья тебе это нашептала, шеф? – подозрительно спросил он.
– А ты самокритичен, хотя и грубоват в выражениях. Эти данные ты добывал сам. – Стив кинул ему обратно помятые бумаги.
– Ну и подумаешь, кого‑то за взятки сняли, кого‑то поставили, – хмыкнул Собкар, – что тут особенного? Ну, управление новое создали… как там его, Агентство Нурмундской Безопасности. Зато смотри, как увеличились притоки в казну. Воровать теперь опасаются. А то на периферии давно уж этим балуются.
– Особенное тут то, что возглавляет это новое управление наш «лучший» друг лорд Велингрок. А он, как я помню, самый преданный слуга Муэрто, да и молнии на обшлагах их формы кое‑какие мысли навевают. Знаешь, как называются элитные отряды этого нового агентства? СС – Служба Самому! Не королю, учтите, не канцлеру, а Самому! На очень грустные мысли это наводит. Короче, периферия уже в их руках. Есть еще одна приятная новость. Я связал тут пару фактиков: наши физиономии на плакатах около гномьего банка и показательную казнь наших друзей. Вам не кажется, господа, что нас там ждут?
– Ловушка, – сообразил Собкар.
– И что ж здесь приятного? – прогудел Ленон.
– Мне очень приятно будет утереть им нос, – пояснил Стив. – Завтра денек будет напряженный. Сейчас я дам вам инструкции, после чего все пойдете спать, а ко мне позовите Бороду. Хрен с ним, с забором. Борода мне нужен для более важных дел.
И Стив начал инструктировать свою команду…

6

Карета мышиного цвета стучала по булыжной мостовой в сторону городской тюрьмы. На козлах сидел закутанный в монашескую рясу Борода, внутри кареты покачивался в такой же рясе, только из более дорогого материала, Стив. Под рясой скрывались амулеты и артефакты, закупленные за бешеные деньги у эльфов и гномов. Борода не подвел. Главное, что радовало юношу, это то, что ряса, в отличие от обычной одежды, не превращалась в белоснежные доспехи.
– На благое дело идем, – радовалась душа Стива, – корешей с кичи выручать. Даже Господь нам помогает!
Это воодушевляло. При звуках гномьего мата Стив выглянул из кареты и с удовлетворением обозрел несколько телег, наглухо блокировавших тюремные ворота. В результате столкновения у повозок подземных рудокопов слетели колеса. Около вцепившихся друг другу в бороды коротышек потешались стражники.
– Ты, кобольд косорукий! Кто тебя учил лошадьми править!!?
– Как ты меня назвал, мелочь безбородая? Это я кобольд?
Оскорбление было страшное. Гномы начали кататься по земле, мутузя друг друга пудовыми кулаками.
Все шло пока по плану. А эльфы здесь? Стив начал озираться в поисках ближайших к тюрьме деревьев. Деревья были, эльфов не было. Стив укоризненно посмотрел на кучера. Тот понял хозяина с полуслова и заорал во всю глотку на гномов.
– Ну, вы, эльфийские выкидыши, освобождайте дорогу святому отцу!
В ответ на эти слова зашумели деревья, хотя ветра не было.
– Молоток! – одобрил действия нового слуги Стив и вышел из кареты.
– Не ссорьтесь, дети мои! – величаво сказал он. Его бархатистый голос эхом разнесся по узким улочкам, примыкавшим к тюрьме.
Замерли не только гномы, но и стражники торопливо поправили свою амуницию и склонились перед святым отцом. Стив переступил через лежащих в пыли гномов и двинулся прямо к воротам.
– Э‑э‑э… святой отец, туда нельзя… – засуетился перед ним начальник тюремной стражи.
– Здесь ли содержатся преступники, приговоренные к смертной казни? – смиренно спросил его Стив.
– Здесь, но к ним никого пускать не велено.
– Сын мой, даже последняя падшая душа имеет право на исповедь. Ибо все мы дети Божьи и перед смертью должны иметь возможность покаяться в грехах своих. А уж там дело Господа – простить нас грешных, аль помиловать, – Стив задумался. Кажется, он что‑то сказал не так, но загипнотизированный его величественным голосом начальник караула уже торопливо отпирал двери.
Борода, проводив взглядом Стива, начал разворачивать карету, готовясь к плановому отступлению на заранее подготовленные позиции. Стив же, оказавшись на тюремном дворе, застыл, благостно сложив ручки на груди.
– Ну, и где эти несчастные? – вопросил он начальника караула, торопливо запиравшего тюремные ворота изнутри.
– Одну секундочку, святой отец, – пробормотал стражник. – Если позволите, я начальнику тюрьмы о вас доложу.
Стив неспешно, сквозь щелочку капюшона рясы, начал обозревать тюремный двор. От тюрьмы столицы Нурмундии эта отличалась только размерами. Они были гораздо меньше, но зато охраны здесь было гораздо больше. Куча стражников, вооруженных мечами и арбалетами, была рассеяна по всему двору. Здесь явно кого‑то ждали.
– Ну, что ж, сын мой, докладывай, а я пока этих рабов Божьих благословлю.
– А может, отче, сначала как всегда? – начальник караула выразительно шлепнул себя по горлу тыльной стороной ладони. – Мы сейчас быстренько стол организуем.
– Не возражаю, сын мой, – смиренно кивнул головой Стив, – но сначала дело, дабы потом не отвлекаться от богословских бесед с уважаемыми людьми этого прекрасного заведения, где наставляют на путь истинный заблудшие души.
Начальник караула понимающе закивал головой.
– Ко мне! – шикнул он на ближайшего охранника.
Тот, придерживая на бегу ножны с мечом, звеня кольчугой, подбежал к начальству.
– Отведи святого отца в камеру смертников, – приказал подчиненному начальник караула, а сам помчался на доклад к начальству, унося в кармане подкинутый Стивом артефакт.
– Веди меня, сын мой, – нарочито устало вздохнул Стив, всем своим видом показывая, как ему надоела мирская суета.
– Извольте за мной, святой отец.
Стив молча шел по мрачным казематам габардской тюрьмы, старательно запоминая дорогу. Вскоре они остановились около камеры смертников. Охранник начал доставать ключи. И тут из‑за поворота подземных казематов вывернулась фигура в черной мантии мага и направился в их сторону. Стив напрягся.
– Это кто?
– Маг, – прошептал охранник.
– И что он здесь делает? – громко спросил Стив, перегораживая дорогу противнику.
– Прикреплен к опасным государственным преступникам, – залепетал охранник, понимая, что если сейчас эти двое схлестнутся, то шансов у него нет. Либо в рай, либо в ад уйдет прямым ходом прямо отсюда. Ему приходилось видеть, какие чудеса творили святые отцы в храме Божьем, и какие страсти творили маги в угоду своим амбициям.
– Отойди, святоша, – прошипел маг, – одно дело пока делаем.
– Святая церковь с вами дела не имеет, – ледяным тоном ответил Стив.
– Ну, как знаешь. – Маг развернулся и пошел в обратную сторону. – Не пожалей потом, отче. – Фигура в черной мантии скрылась за тем же поворотом откуда пришла.
– И какого… ему тут надо? – скрипнул зубами Стив.
– Следы магии ищет, артефакты зловредные, которые освободить преступников могут, – перевел дух стражник. – Ну и вообще, подновляет защитные заклинания всякие.
Стив слегка спал с лица. Гномы его честно предупреждали, что подсунутый им артефакт сделан в связи с недостатком времени буквально на коленке и сработает при первом же сканировании магии.
– Да? Ну, тогда открывай скорее, болван! Мне еще исповедь успеть принять надо! – взвыл Стив, торопливо активизируя под рясой нейтрализатор подкинутого им артефакта.
Охранник загремел ключами. Стив зашел в камеру и понял, что успел… активизировать защиту. Там две личности – одна мужского, другая женского пола – уже устроили яростную схватку около местного санузла. В пылу битвы за заветное очко из‑под юбки «Лизетты» выскользнула подушка, которую они тут же растоптали.
– Преждевременные роды, – пробормотал Стив, – даже скорее выкидыш, хотя больше похоже на аборт.
Здесь ему делать больше было нечего. Это была явная подстава. Ничего общего с Труссарди и его дочкой эта парочка не имела.
Стив брезгливо зажал нос и двинулся в обратный путь, обходя стражников, которые не успели добежать до туалета. Задерживать его никто даже не пытался.
Выйдя на улицу, Стив немного растерялся. Группа прикрытия отсутствовала. Не было ни гномов с телегами, ни эльфов с деревьями, ни даже кареты с Бородой. Стив не мог понять только одного: куда делись деревья? Все остальное было логично. Тяжело вздохнув через рот, Стив послюнявил палец и, определив направление ветра, помчался ему навстречу. К счастью их новые апартаменты находились с подветренной стороны.

7

Вылетев из зоны поражения артефакта, Стив перешел на шаг, с трудом перевел дух и задышал полной грудью через нос. План лобового удара с треском провалился, хотя был в этом и один плюс. Теперь он точно знал, что смертников держат в другом месте, и действовать придется все‑таки по плану, изложенному его друзьям. Радовало и то, что тюремный гарнизон на некоторое время был выведен из строя. Единственное, что огорчало, – это изгвазданные башмаки и жутко пропахшая тюремными миазмами ряса. Стив прибавил шагу, спеша домой, чтоб поскорее переодеться. Около лавки старьевщика его ждал сюрприз: Хотя дверь в лавку и была закрыта, его чуткое ухо уловило доносящийся оттуда подозрительный стук и чье‑то тихое мычание. А он точно знал, что внутри в данный момент никого не должно быть: лично разослал всех на задание. Вот разве что там Борода. Вернулся, а теперь мучается… Но зачем же в доме? На это есть сортир!
Возмущенный Стив рванул дверь, но внутри никого не оказалось. Юноша прислушался. Звуки шли из подвала. Черт! Пленные! Они там – что, успели освободиться? Если так, то почему не сбежали? И вообще, чем они там занимаются. Тут из подвала опять раздался стук, и двойное радостное ржание. Наверное Бороду так припекло, что до сортира не добежал. Прямо в подвале пристроился, а эти двое теперь над ним ржут. Стив навострил уши и отмел эти предположения. Один радующийся голосок был явно женский. Мысли полезли одна за одной, но все они были скабрезные. Юноше надоело гадать, и он откинул крышку люка. Открывшаяся картина впечатляла. Такого даже на картинах сюрреалистов не увидишь. Петри оттачивала свое цирковое мастерство. В очередной раз свистнул нож, и с прикованного к стене подвала кучера, стоявшего в позе распятого Христа, слетела последняя деталь одежды. Прикованный рядом в той же позе его господин радостно загыгыкал. Ржать в полную глотку ему мешал кляп. Абсолютно голый кучер извивался в цепях, стремительно краснея всем телом и пытаясь прикрыть интимную часть ногами. Больше прикрывать было нечем.
– Не дергайся, скотина, – хихикнула Петри, извлекая из воздуха ее любимый нож на эльфийской веревочке. – Сейчас займемся интимной стрижкой.
Кучера затрясло.
– Трясись отчетливей, – ласково попросила Петри, – а то что‑нибудь нужное случайно отрежу. Что ты там промычал? Говоришь: не надо? Ну, извини, мне тренироваться надо, а волос у тебя больше уже нигде нету.
Только тут Стив заметил, что кучер был уже абсолютно лысый. А под ним вперемешку с клочьями одежды лежали и клочья волос. Кучер, отчаянно извиваясь, начал кивать головой на своего хозяина.
– Пожалуй, ты прав, – согласилась красавица. – Здесь еще работы непочатый край. Есть где развернуться воистину творческой личности.
Волосы на голове хозяина кучера встали дыбом.
– Умница, – одобрила Петри. – Так работать легче.
Нож замелькал с неуловимой для глаз скоростью – от Петри к пленнику и обратно. Как только красавица затормозила на мгновенье, чтоб оценить созданный ей шедевр, Стив начал ржать как сумасшедший, чуть не рухнув вниз.
– Дали отдыхает, – прорыдал он сквозь смех.
– Кто такой Дали, не знаю, но если он творил нечто подобное, то у него есть вкус. Неплохо получилось, шеф? – повернулась к нему Петри.
– Изумительно, – одобрил Стив, разглядывая шикарный ирокез на голове пленника. Потом перевел взгляд на его одежду, состоявшую из кружевных рюшечек да бантиков, в которые превратился камзол, и все‑таки рухнул в подпол, где начал кататься, дрыгая руками и ногами от избытка чувств.
– Шеф, не желаешь подстричься? – ласково проворковала Петри, рассматривая буйную шевелюру Стива.
Юноша сразу посерьезнел:
– Так, дорогая, быстро наверх. Есть разговор.
Петри послушно застучала каблучками по лестнице вверх. Стив сунулся, было, следом, но, случайно задрав голову, покраснел и торопливо отскочил в сторону. Подступиться к лестнице вновь он решился, лишь только когда юбка Петри исчезла из квадратного проема люка.
– Слышь, Петри, может, мы тебя все‑таки мальчиком переоденем? – пробурчал Стив, закрывая люк.
– Ни за что! – проворковала Петри. – Ты знаешь, какой фурор я произвожу в этом облике, особенно когда по привычке захожу в мужской туалет?
– И долго они бежали? – мрачно спросил Стив, только теперь поняв, почему она не на задании.
– Долго, но быстро. Не догнала я их, охальников. Это ж надо такое невинной девушке показать? И как вы, мужики, умудряетесь со спущенными штанами бегать?
– Петька! – не выдержал Стив, и постучал красавице по лбу. – Не будь полной блондинкой. Вспомни, как сам от своего тестя удирал, когда он тебя с Лизеттой застукал.
Петруччо задумался.
– Прости, шеф. Слишком хорошо в образ вошел. Но ты не думай, задание я все‑таки выполнила. Только извини, нормальных плотников не было. Пришлось гномов нанять, хотя они, гады, куда дороже берут! И тупы‑ы‑е‑е‑е… Я им три часа объясняла, что подземный ход надо прорыть от сих до сих! А они мне все о какой‑то проектной документации, смете. Достали, гады! Короче: я им втридорога заплатила, лишь бы отстали. Все равно потом счета им же предъявим.
– Это ты правильно сообразила, милочка. Ладно, спроворь на стол, будем ждать остальных, а я пойду помоюсь и переоденусь.
К вечеру в резиденцию Красавчика Стива начали подтягиваться остальные члены его команды. Первым появился Кот с толпой абсолютно никаких стражников, долго обнимался и целовался с ними около забора, вспоминая облавы, задержания, ночные дежурства, засады и долбаное начальство, которое ни хрена не смыслит в сыскном деле. Как только сопровождающие гересского вора скрылись в соседнем переулке, азартно давя песняка, Стив за шиворот втащил Кота в лавочку. Отнял у него платочек, которым вор махал страже вслед, и грозно уставился на него.
– Шеф, – дыхнул на него крутым перегаром Кот, – ты не поверишь, какие душевные пацаны оказались. Прямо как мы, деловые. Представляешь, когда твои представительские кончились, остановили первого попавшегося в темном переулке на предмет проверки документов, а потом на его нетрудовые доходы… ну, все, которые нашлись в карманах… продолжили банке… э‑э‑э… наше задание!
Стив зашипел. От немедленной расправы Кота спасло появление в дверном проеме Собкара.
– Надеюсь, хоть ты меня порадуешь, – мрачно обернулся на стук открываемой двери Стив.
– Упс… – Собкар вывернул голову за спину. – Пацаны, папик не в духе. На этой малине мы с девочками отдыхать не будем.
Собкар, которому было поручено вести переговоры с местной братвой, попытался удрать, но был втянут внутрь лавки мощной дланью Стива. С улицы раздался испуганный вопль.
– Линяем, братва! Красавчик не в духе!
Под хохот и повизгивание разбитных девиц братва скрылась в том же переулке, что и стражники.
– Хрипатый, – ласково обратился к Собкару Стив, – ну, Кот, хрен с ним, но ты то! Докладывай, короче!
– Усе путем, шеф! – Мутные глазки Собкара радостно смотрели на Стива. – Сперва посидели на одной малине, потом на другой, потом на тре…
– Твою мать! – не выдержал Стив. – Ты о деле говори!
– Так я и говорю. После третьей замутились в тюряге, но там, шеф, такой запаха‑а‑ан … Короче, долго мы на киче не усидели. Стопки по три, и пошли в баньку отмываться. Короче, все на мази. За Труссардини братва завтра всех будет ставить на перо. Только с утреца у Хромого на малине здоровье поправим и сразу на дело!
Стив схватился за голову.
– Кодировка у меня ни к черту. Напрочь забыли про нейроны.
– Гнилой базар гонишь, шеф, – пьяно икнул Собкар, плюхаясь на лавку рядом с Котом. – Ради такого скачка никаких нейронов не жалко. На святое дело идем. Своих выручать.
Стив грустно посмотрел на бывшего капитана тайной полиции Бурмундии.
– Слава Богу, хоть Оселю не дал денег, – пробормотал юноша, – чтоб сильно не выделялся среди нищей братии.
Зацокали копыта. Стив кинулся к окну. Около лавки старьевщика затормозила шикарная карета, из которой выпал Осель и, пошатываясь, с трудом направился к дому. Следом из кареты начали выползать какие‑то странные оборванные личности с пухлыми мешками. Ввалившись в комнату, Осель ткнул в самый центр ее и коротко распорядился:
– Мужики, выгружайте здесь!
Мешки были тяжелыми. Падая, они трескались по всем швам, и скоро около ног Оселя образовалась довольно приличная горка золота. Последним вошел одноногий горбун, с костылем под мышкой, волоча за собой сразу два мешка.
– Ну, все, Пестрый, как и договаривались. Ты, главное, про петицию не забудь. Ежели тут не хватит, то завтра после дела еще притараним.
Нищие удалились, причем пешком. Карета так и осталась около лавки старьевщика.
– И как это понимать? – грустно спросил Стив. Он уже устал удивляться.
– Ребята решили спонсировать наше дело, – небрежно махнул рукой Осель.
– Чего‑о‑о? – выпучил глаза Стив.
– Они говорят: любое хорошее дело требует инвестиций. – Видя, что глаза шефа стали еще круглее, смачно сплюнул. – Деревня необразованная! Финансовых вливаний! – Осель похлопал глазами и, решив, что Стив не въезжает, на мгновение задумался. – Шеф, а про инвестиции это не ты недавно нам заливал?
– Какие вы способные ученики, – ехидно прошипел Стив. – Где Ленон, гады! Я боюсь даже представить себе, с чем он сейчас припрется.
– Да хрен с ним, с Леноном, – икнул Собкар, введя Стива в окончательный ступор. – Видали мы его с корешами в… – Стив замер, прикидывая, куда Собкар пошлет своего принца, – …соседней харчевне. С ремесленниками какую‑то песню разучивает.
– Пестрый, а что, у нищих это столетние накопления?
– Не‑а, – лениво отозвался Осель, – это они недельную выручку презентовали. О! Че вспомнил‑то! Мы ж на послезавтра «Золотого Дракона» арендовали на целый день. – Собкар нервно икнул. Это был самый дорогой кабак для знати. – Отмечать успех нашего завтрашнего дела будем. Только вот, шеф, они небольшую просьбишку на бумаге изложили. Читай!
Стив развернул мятый лист бумаги с каллиграфическим текстом:

«Уважаемый Красавчик Стив. После того как с нашей помощью Вы займете свое законное место короля Нурмундии, нижайшая просьба, согласно кодексу законов о труде, обеспечить нам нормальные условия работы. А именно: 

1. Установить на папертях, около базаров и в других многолюдных общественных местах специальные лавочки с навесами от снега и дождя, дабы не вредить здоровью нашему. 

2. Избавить нас от гонений и поборов стражников и других власть имущих супостатов, ибо труд наш тяжек и горестен. С хлеба на воду перебиваемся. А дабы не было ущемления казне королевской, мы, как и все порядочные подданные твои, налоги платить готовы в виде десятины от прибыли. 

С уважением, 
Подпольная гильдия нищих славного города Габарда. 

P. S. 
Очень хотелось бы легализоваться.»   

Эта петиция заставила Кота и Собкара протрезветь.
– Хрипатый, – прошептал пораженный Кот, – ты представляешь, какой бизнес можно в Герессе замутить?
– Да какая Гересса, – постучал ему по лбу Собкар, – по всей Бурмундии дела крутить можно. Крышевать будем, как говорил наш шеф. Из десяти процентов любой согласится.
– Какие десять, пять за глаза!
Развить эту идею им не удалось. Дверь распахнулась, и в комнату вошел мрачный Борода, распространяя вокруг себя неприятный душок общественного туалета.
– Тебе петиции, хозяин, – сердито пробурчал он, протягивая бумаги Стиву. – Одна от гномов, другая от эльфов. С какой начинать?
– А ты с какой предложишь?
– Ну… эльфы, они обычно выражаются культурней.
– Тогда начинай с эльфов.
Борода уткнулся носом в свиток.
– Ну… ага… вот такого выражения даже я не знаю, а вот это хоть записывай, сразу не запомнишь… – Борода торопливо листал страницы. – Хозяин, по‑моему, их словарный запас кончился. Они перешли на гномий. Я всегда говорил, что эльфийский язык бедноват.
– Так чего они хотели‑то? – заинтересованно спросил Стив.
– Не знаю, хозяин, тут одни выражения… А!!! Нашел! В самом конце. Короче, они говорят, что бы ты на них больше не рассчитывал. Даже за золото.
– Ну, а гномы что пишут?
Борода взвесил в руке увесистую пачку бумаг…
– Можно даже не переводить, я и так знаю, что наш язык более богатый. Давайте сразу в концовку заглянем?
– Давай, – согласился Стив.
Борода пошуршал бумагами.
– Во! Это вполне переводимо. Короче, они пишут, цитирую дословно: «Засунь свое золото себе в… – Борода покосился на Стива, поперхнулся, – …и больше к нам не обращайся.
Стив стоял посреди комнаты, оглядывая очумелыми глазами друзей. Среди них нехватало только Ленона. Если и он подведет…
И, словно откликаясь на его мысли, в комнату вошел абсолютно трезвый Ленон во всю глотку распевая: «Вихри враждебные веют над нами…»
Он обвел фанатичным взглядом истинного революционера команду Стива и строго сказал:
– Товарищи, завтра объявляю всеобщую забастовку. Будем свергать временное правительство.
– Какое временное? – с трудом выдавил из себя Стив. – Нурмундская династия сидит на престоле уже триста лет.
– А я про что? Кончилось их время. Посидели, дайте посидеть другим. Послезавтра тайным голосованием будем выбирать нового короля, согласно КЗОТу. Красавчик, ты у нас главный кандидат. Конкурентов не бойся. Когда я своей партячейке рассказал про твою судьбу, она обещала ими заняться.
И тут до Стива дошло.
– Господи, да я же просто сплю. Обычный ночной кошмар, и нечего его… Только, мамочка, не выключай свет, пожалуйста, я боюсь спать в темноте.
Стив нетвердой походкой удалился в соседнюю комнату и плюхнулся на кровать.
– Так, фонарь в его комнате не тушить, – пробасил Ленон, – а мы будем заседать тайно в темноте. Конспирация должна быть на первом месте!
Дверь за Стивом аккуратно прикрыли. Последнее, что он услышал, уходя в спасительное небытие, внушительный голос Ленона:
– Не пора ли распределять министерские портфели, товарищи?

8

– Эммочка, какой ужас мне приснился! – пожаловался Стив, открывая глаза. – Эти сволочи надумали устроить революцию.
Комнату заливал яркий солнечный свет, жены рядом не было и… Стив подскочил на кровати. Неужели все, что ему привиделось, правда? Вылетев из спальни в торговый зал, он кинулся проверять наличие дара нищих. Мешков с золотом на месте не оказалось.
– Фу‑у‑у… – облегченно выдохнул Стив. – Это был все‑таки сон…
Обрадованный этим приятным фактом, юноша пошел искать своих друзей. В лавке старьевщика их не обнаружилось, и он успокоился окончательно, так как солнце было уже достаточно высоко, а согласно его инструкциям в это время они уже должны были быть на задании. Облачившись в монашеский наряд, надежно скрывавший его белоснежный камзол, он сдернул со стола бутерброд, оставленный ему заботливыми друзьями, и, уминая его на ходу, двинулся на исходную позицию.
Быстрым шагом он шел по улице, лавируя между разряженными, по случаю открытия ярмарки горожанами, и вскоре оказался на рыночной площади, где около эшафота уже шумел народ. Ежегодная ярмарка всегда начиналась с какого‑нибудь представления. На этот раз представлением была смертная казнь особо опасных преступников. Стив протолкался к самому подножью эшафота и застыл в скорбной позе, одной рукой поглаживая массивный серебряный крест, спускавшийся к животу на золотой цепи, другой ощупывая завязки пояса, сделанного из волосяной веревки, на концах которой были закреплены тоже кресты, не менее увесистые.
Под бой часов на ратушной башне, возвещавшей полдень, на эшафот вывели Труссарди с Лизеттой в окружении шести серых личностей в кожаных плащах с отличительными эмблемами на отворотах в виде двух золотых молний. Следом за ними поднимался палач. У него молнии были не только на отворотах, но и на рукавах и на колпаке с двумя прорезями для глаз. Стив начал оглядываться в поисках своей команды, но, как назло, в поле зрения никто не попадался. Пока юноша искал своих соратников, серые личности деловито накинули на шеи приговоренных веревочные петли и застыли в ожидании приказа.
С боковой улицы выехало странное сооружение, которое тянула шестерка лошадей, запряженных цугом. Чем‑то оно напоминало маленькую передвижную сцену. На ней сидели в удобных креслах разряженные в пух и прах вельможи, среди которых в своем черном плаще, как белая ворона (Стив невольно ухмыльнулся), выделялся маг. Градоначальник славного города Габарда робко повернул голову в его сторону, тот небрежно кивнул, и представление началось.
Одна из серых личностей, стоявшая перед этим на эшафоте недвижно, как памятник, встрепенулась, выступила вперед и хорошо поставленным голосом зачитала приговор.
Стив почерпнул из этой речи много нового. Во‑первых, он узнал, что Служба Самому является не горем, как утверждают злые языки, а великим благом для нурмундского народа; во‑вторых, – какие все‑таки приговоренные и их пока еще не пойманные сообщники совершали преступления в Нурмундии: кроме покушения на жизнь Самого, им приписывали попытку изнасилования принцессы в особо извращенной форме на центральной площади при большом скоплении народа.
Тут раздался чей‑то недоверчивый голос.
– Да ладно, загинаешь! От добровольных помощников отбиваться замучаешься.
Недоверчивого товарища тут же уволокли с площади серые личности, шнырявшие в толпе, после чего обвинитель продолжил оглашение списка преступлений Труссарди и Лизетты.
Через полтора часа, полностью опухшие от полученной информации жители славного города Габарда уже не задавались вопросом, как эти злодеи могли вчера ограбить гномий банк, если они уже три дня сидят за решеткой. Обличитель, наконец‑то, выдохся, посмотрел обиженным взглядом на градоначальника, потом на колдуна, и не найдя поддержки, буркнул странные слова:
– Никто ничего сказать не хочет? А то мы казнить начинам.
В ответ ему была гробовая тишина. Колдун скрипнул зубами и дал отмашку. Серые личности на эшафоте дружно схватились за веревки, перекинутые через перекладину. Согласно протоколу подобных операций, серая личность, только что зачитывавшая список преступлений и приговор, охрипшим голосом вопросила приговоренных:
– У вас есть последнее желание?
– Ага, – сказал Труссарди.
– Ну, слушаю?
– Мы гномий банк ограбили? – спросил Труссарди.
– Да! – уверенно ответила серая личность.
– И много взяли?
– Да!
– Тогда отдайте пятьдесят процентов гномам, а все остальное народу.
Стив тут же понял, что великий Труссарди одной гениальной фразой изгадил все. Не менее гениальный план Стива не просто рухнул, а буквально с треском провалился вместе с частью эшафота. К счастью, кое‑кто из команды Стива был уже на посту. Веревки даже не успели толком натянуться. Свистнул нож Петруччо, и приговоренные рухнули вниз. Из‑под эшафота появилась возмущенная борода гнома и заорала во всю мочь:
– Это какие пятьдесят процентов с наших кровно заработанных?
Народу это сильно не понравилось. Толпа заволновалась и рванула к эшафоту отстаивать свое у обнаглевших гномов. Маг, вращавший головой в поисках команды Стива, на которую и была рассчитана эта очередная ловушка, мгновенно переместился на уцелевший край эшафота, поднял руки, и толпа отшатнулась от взметнувшейся перед ней стены пламени. Стив сорвал с пояса веревку с серебряными крестами на краях и начал раскручивать ее, целясь в колдуна. Импровизированное боло обязано было сдернуть его с эшафота. Но в тот момент, когда это оригинальное оружие приготовилось сорваться в полет, за спиной раздался трубный глас Ленона. Стив от неожиданности сбился с ритма и зарядил себе одним из крестов в лоб, после чего, естественно, задумчиво свел глаза к переносице и начал внимать гласу народа, покачиваясь из стороны в сторону.
– Товарищи граждане! Смотрите на этих тиранов! Мало того что они обворовывают вас каждый день, загружают непомерными налогами, так они готовы отобрать последнее. Эти святые люди, раскаявшись, перед смертью завещали вам неправедно нажитые эксплуататорскими классами нетрудовые доходы…
Стив потряс головой, пытаясь прийти в себя и повернул голову в сторону оратора. Ленон в робе кузнеца толкал зажигательную речь с повозки, на которой сидел градоначальник, яростно размахивая молотом у его носа.
– И как вы думаете? Отдадут они их вам?
Подсказывать ответ народу славного города Габарда не было нужды: они прекрасно знали – не отдадут ни за какие коврижки.
– А вот если б у власти стоял такой радетель народа как Стив Великолепный…
В этот момент его кто‑то дернул за робу. Ленон скосил глаза, посмотрел на Собкара, выразительно стучавшего себе кулаком по голове, и тут же поправился.
– …по прозвищу Красавчик Стив…
Собкар схватился руками за голову.
– Так наш Красавчик не то что пятьдесят процентов, все бы отдал народу!
Площадь забурлила. Неведомо откуда возникли плакаты с лозунгами: «ВСЯ ВЛАСТЬ СТИВУ ВЕЛИКОЛЕПНОМУ!», «ДА ЗДРАВСТВУЕТ КРАСАВЧИК СТИВ!» Ленон продолжал еще что‑то вещать, но Стива отвлек от его пламенных речей двойной стук. Это гном вместе колдуном рухнули в обморок, заставив рухнуть остатки эшафота под их телами. Пыль над площадью поднялась столбом. Именно это и привело окончательно в чувство Стива. Он вспомнил, зачем здесь находится, и ринулся вперед спасать Труссардини с дочкой. Расплата за это благое дело была немедленной. Он с размаху вмазался головой в массивную дверь. Когда искры из глаз перестали сыпаться, а пыль осела, Стив осознал, что стоит у закрытого входа в подземелье, над которым перед этим был сооружен эшафот. Над входом красовалась надпись: «ЭКСПРЕСС‑КАРЕТА ГАБАРД – ВОЛЬНЫЕ БАРОНСТВА».
Стив не поленился потянуть на себя дверь и обнаружил за ней уходящий вдаль широкий туннель, а у входа кучку гномов, яростно споривших о стоимости проезда. Как Стив понял, они не сошлись во мнении о стоимости билетов первого класса.
Подземный ход гномы соорудили капитальный. Дорога была размечена как приличное скоростное шоссе с двухсторонним движением. Стены, выложенные мрамором, были украшены искусными барельефами, и все это великолепие освещали многочисленные газовые фонари. В специальных стойлах уже стояли наготове запряженные четверками лошадей кареты. И тут около ног Стива зашевелился маг. Он выполз из‑под рухнувших на него досок эшафота и ринулся к гномам.
– Почем билет до Вольных Баронств?
– Триста золотых! – азартно сунулся вперед какой‑то гном.
Маг молча плюхнул ему в руки мешочек.
– Здесь тысяча! – С этими словами он прыгнул в карету, и кучер хлестнул лошадей.
– Приезжайте еще! – радостно крикнул гном. – И карету можете не возвращать!
– Нашли дурака! – донесся до них ответ. – Здесь уже не бунт, а революция! Ежели победит, хана! Мне здесь делать нечего!
А вокруг уже начиналась серьезная буча. Похоже, градоначальник был то ли излишне трусоват, то ли очень предусмотрительный, но в город вступал один из полков регулярной нурмундской армии. Воодушевленный пламенной речью Ленона, народ яростно накинулся на душителей свободы и демократии. Разложенная пропагандой изнутри, первой в бой вступила городская стража. К ней присоединились ремесленники. В воздух взметнулись обломки булыжной мостовой. Это взялись за дело нищие. А когда к революционному процессу подключилась гильдия воров, начался настоящий хаос, так как они, пользуясь моментом, подрезали кошельки у всех подряд, невзирая на партийную принадлежность. Однако регулярная армия есть регулярная армия. Войска начали теснить бунтовщиков. Видя творящийся вокруг беспредел, гномы поспешно стали перекрывать вход в подземелье, но Стив не позволил, заблокировав дверь своим телом.
– Что с приговоренными? – рявкнул он на них.
– Да чего им будет? – заверещал гномик, пытаясь вытолкнуть Стива обратно на площадь, – уже едут в Вольные Баронства с рекомендательным письмом для короля.
Стив перевел дух и позволил коротышкам забаррикадироваться. Как только дверь за ними закрылась, около Стива затормозила карета. Оттуда выглянул взъерошенный Ленон.
– Шеф, ну тебя долго ждать? Сваливать пора!
– А как же революция? – хмыкнул Стив.
– Какая на хрен революция? Шкуру надо спасать!
Стив запрыгнул внутрь, где его уже ждали друзья.
– Сорвалось, – расстроенно взъерошил волосы Ленон. – И как это мы про армию забыли? Ладно, не получилось в этом городе, получится в другом. В Нурмундии городов много. Твои идеи, шеф, мы все‑таки воткнем в массы!
Стив не выдержал и все‑таки внес свою лепту в революцию, зарядив в добродушное деревенское рыло принца Бурмундского со всей своей «пролетарской» ненавистью.
– За что? – изумился Ленон.
– За революцию. Если тебе так приспичило, делай ее в своей Бурмундии.
– Мы насчет революции в Бурмундии не договаривались, – схватился за набухающий фингал под глазом принц Ленон.
– А с кем ты, королевская морда, насчет революции в Нурмундии договаривался?
– Шеф, ну ты же сам про КЗОТ рассказывал, – укорил Стива Собкар, переживавший за своего непутевого принца.
И Стив понял, что с его командой базар надо строго фильтровать, чтобы потом не нарваться на неприятности.
– Шеф, – встрял в разговор Кот, – надо в следующем городке на партийные нужды финансами разжиться, а то уходили налегке, по‑быстрому, все деньги на революцию ушли… – Увидев, как скривился Стив, Кот торопливо поправился: – … ну, это… на спасение Петриных родственников, а в соседнем городке, говорят, такой хороший банк у гномов, и охрану всю к Габарду стянули, ждали нас, видать. Так что возьмем без хлопот.
– Значит, так, – ледяным голосом процедил Стив. – До имения моей супруги без остановок. Нечего делать из меня нового крестного отца. И так слава на всю Нурмундию… за всю жизнь не отмоешься. Лучше у Эммы займу. И попробуйте мне только что‑то вякнуть против, декабристы хреновы!
Его команда поняла, что шеф не в духе, и послушно заткнулась.

9

Замок баронессы фон Эльдштайн встретил команду Стива поднимающимся мостом. Эльфы и гномы толпились на стенах, бряцая оружием. Оттуда доносились их всполошенные возгласы:
– Как они прошли через заставы?
– Чем занимались пограничные разъезды?
– Срочно пошлите за управляющим!
Стив молча вышел из кареты, почесал изрядно отросшую за неделю грязную бороду – У них война, или они от нас так забаррикадировались?
Его друзья недоуменно пожали плечами.
– Ладно, с этим потом разберемся. Ну, что, ребята? Сразу берем штурмом или сначала вежливо постучимся?
В связи с его запретом заезжать по дороге в любой населенный пункт, команде Стива пришлось несладко. Они ночевали у костра, питались подножным кормом и дичью, зажаренной на углях без соли, а потому были очень трезвые, злые и предложение войти без стука приняли единогласно.
Откуда‑то сбоку, из леса, вынырнул эльфийский разъезд.
– Кто такие? По какому праву без приглашения проникли в частные владения?
– Кто главный? – хмуро спросил всадников Стив.
– Я!
Седовласый эльф тронул поводья и выехал вперед.
– Нагнись!
Эльф нагнулся, свесившись с коня.
– Вот мое право, – сунул ему кулак под нос Стив.
Эльф отшатнулся. Его команда мгновенно натянула луки.
– Шеф, да ты не с той руки объясняешь, – пожурил начальника Осель, вертя заточку в руке.
– Ах, да, извиняюсь, наклонись еще раз, – потребовал Стив.
– Я и отсюда неплохо вижу, – отказался эльф.
– Ну, смотри, – продемонстрировал ему юноша другой кулак.
Эльф впился глазами в перстень на его указательном пальце с гербом баронессы фон Эльдштайн. Два дракона, золотой и черный? причудливо переплелись то ли в смертельной схватке, то ли в любовном экстазе.
Глава эльфийского разъезда почтительно склонил голову.
– Опустить мост! – крикнул он защитникам крепости, еще раз почтительно поклонился и скрылся вместе с всадниками в лесу. Загремели цепи. Массивный металлический мост плавно поехал вниз. Как только он перекинулся через ров, открылись ворота, и друзья двинулись вперед. Ворота за ними захлопнулись.
У порога замка их встретилb хмурый управляющий и высокомерный дворецкий, застывший у дверей.
– У вас есть рекомендательные письма? – надменно спросил управляющий, брезгливо шевеля ноздрями.
Стив, конечно, понимал, что после всех тягот пути от него пахнет отнюдь не розами, но терпение его кончилось, и он молча зарядил печаткой Эммы в лоб наглецу. Тот рухнул, как подкошенный, под ноги дворецкому.
– Вот наше рекомендательное письмо, – отведя душу, сообщил Стив управляющему. – Можешь рассматривать его в зеркале. А тебе рекомендации предъявлять надо? – повернулся он к дворецкому.
Тот невозмутимо освидетельствовал оттиск печатки на лбу управляющего.
– Никак нет, сэ‑э‑эр, – с достоинством ответил дворецкий, – мы одно на двоих прочитаем.
– Тогда озаботься выделить моим гостям лучшие апартаменты и обеспечить всех горячей ванной, чистой одеждой, сытным ужином и постелью.
Этой фразой он ясно дал понять, что пришел сюда не гостем и даже не доверенным лицом баронессы фон Эльдштайн, а хозяином, слово которого отныне закон.

* * *

– Прошу прощения, сэ‑э‑эр, но за время отсутствия хозяйки накопилось немало дел. Не изволите ли разобрать почту, сэ‑э‑эр?
Сытый распаренный Стив уставился осоловелыми глазами на пухлую кипу бумаг, выложенных перед ним на столик.
– Вы что, сами не могли разобраться? – простонал он, откидываясь на мягкую спинку дивана.
– Мелкими вопросами, связанными с управлением хозяйством, мы госпожу ни когда не тревожили, сэ‑э‑эр.
– Ладно, посмотрю, – вздохнул Стив и начал перебирать бумаги.
Чего там только не было! Жалобы эльфов на гномов, жалобы гномов на эльфов, жалобы людей на гномов, эльфов и друг на друга. Судя по всему, самой склочной из всех рас, населявших земли баронессы фон Эльдштайн, были именно люди.
– Тоска смертная, – зевнул Стив. – Вот приедет барин, барин нас рассудит. И что, баронесса вникала во всю эту мутоту?
– Да, сэ‑э‑эр. Баронесса фон Эльдштайн считала, что только мудрый и справедливый суд сохранит на ее землях мир и порядок. Что мне сообщить просителям? Когда вы рассмотрите их дела?
– Считай, что уже разобрал, – отмахнулся Стив. – Баронесса мне как‑то говорила, что за смерть существа любой расы на ее землях виновный немедленно приговаривается к смерти и казнится. Это верно? Кстати, как тебя зовут?
– Все верно, сэ‑э‑эр. А зовут меня Бэрри.
– Не звучит. Нарекаю тебя Бэрримором. Так вот, Бэрримор, на далекой родине ее мужа… – из Стива как всегда полезли обрывки знаний, невольно выдернутые им когда‑то из магического зеркала Муэрто.
– Баронесса вышла замуж?
– А кому еще она могла дать этот перстень, болван? – Стив ткнул печатку баронессы под нос дворецкому. – Так вот, на моей далекой родине есть такое выражение: доносчику первый кнут. Моей дражайшей супруге он так понравился, что она повелела возвести его в ранг закона. Так что верни эту макулатуру жалобщикам и сообщи им о новом законе.
– Может, проще сразу отдать распоряжение заплечных дел мастеру? – задумался дворецкий.
– Не увлекайся, Бэрримор. Сначала надо проверить, как работает новый закон. Делай, как я сказал. Что‑нибудь еще?
Бэрримор забрал кипу бумаг, а вместо нее выложил на стол аккуратную черную папку.
– Светская переписка, сэ‑э‑эр. Приглашения на балы, светские рауты, званые обеды…
– Свободен. Сам разберусь.
Бэрримор отвесил учтивый поклон и с достоинством удалился. Стив начал лениво перебирать почту. Одно письмо его заинтересовало. В изящном конверте с нарисованным сердечком, пронзенным стрелой, лежало приглашение на королевскую охоту, подписанное… канцлером Эдуарда II лордом Велингроком! Кроме приглашения, там еще лежало письмо от канцлера, написанное в довольно фривольном тоне, пронизанное такими прозрачными намеками на увеселения в его замке, который он предлагал баронессе навестить после охоты, что поначалу Стив ревниво закипел и только потом, сообразив, какие перед ним открываются возможности для выполнения заказа Дарьяла XV, успокоился.
Робкое покашливание за спиной отвлекло его от размышлений.
– Что тебе еще, Бэрримор? – недовольно спросил Стив, не соизволив даже повернуть голову.
– Прошу прощения, ваше сиятельство, кхе… кхе… – перед юношей появился молоденький гномик, боязливо теребивший свою пока еще жидкую бороду. – Не знаю, как к вам обращаться…
– Зови пока просто: ваше сиятельство, – успокоил его Стив, мысленно прикидывая, что эту проблему пора таки решать. Называться настоящим именем было рискованно, однако сколько ж можно крутиться на «вашем сиятельстве»? Для всех он здесь все‑таки муж Эммы! – Чего хотел?
– Вы, как мужчина мужчину должны нас понять, – залепетал гномик. – Ну не можем мы оставить это дело безнаказанным! Не можем, и все!
– Челобитная на эльфов? – усмехнулся Стив. – С людьми что‑то не поделили? Успокойся. Все решится само собой. Скоро до вас донесут новый закон о кнуте, и кляузы строчить друг на друга охота сразу отпадет.
– Мы не насчет кляуз, – заволновался гномик, – мы насчет ограбления хотели с вашим сиятельством поговорить.
– Каком ограблении? – навострил уши Стив. – Имение моей жены ограбили?
– Никак нет, ваше сиятельство. Это нас, гномов, ограбили. Появился какой‑то Красавчик Стив. Раньше никто о нем ничего не знал, но он уже взял лихим налетом один наш банк, чего раньше до него не удавалось еще никому. Вы не могли бы решить для нас эту проблему? Если мы не найдем грабителей, репутация наших банков, как самых надежных хранилищ в мире, так упадет, что мы еще долго не оправимся. Убытки будут колоссальные! Пока мы пытаемся держать все это в строжайшей тайне, но слухи уже ползут! Если об этом узнают ушастые, то все! Мы пропали! Они давно пытаются вытеснить нас из этого бизнеса.
– У эльфов тоже есть банки? – удивился Стив.
– Есть, – понурился гномик. – Правда не такие надежные, как наши… да и сеть филиалов у них поскромнее… Ваше сиятельство! Эльдштайны всегда выручали наши кланы в трудную минуту, как и мы вашему роду всегда во всем помогали. Мы бы хорошо заплатили…
Стив изобразил высокомерное изумление, вскинул брови.
– Мы понимаем, что для вас это мелочи, не стоящие внимания, но ведь если этот Красавчик Стив и дальше будет грабить наши банки и раздавать деньги народу, мы будем разорены! Мы вам в десять больше заплатим, чем эти мерзавцы взяли в Сурьенском банке, если вы сумеете их поймать, разумеется.
– Я попробую вам помочь, – милостиво кивнул Стив. Как только он узнал цену, идея поймать себя самого сразу показалась ему привлекательной. – Свободен.
Как только гном удалился, Стив вновь начал перечитывать письмо лорда Велингрока. В дверь деликатно постучались.
– Прошу прощения, сэ‑э‑эр.
– Входи, Бэрримор. Опять какие‑то срочные дела?
Дворецкий вошел в апартаменты Стива и застыл около двери.
– Дело очень деликатного свойства, сэ‑э‑эр. Вы позволите быть откровенным?
– Я тебя слушаю, Бэрримор.
– Перед тем как джентльмены, прибывшие с вами, отправились принимать ванну, сэ‑э‑эр, мы с управляющим опечатали все склады и погреба.
– И что?
– Происходит что‑то странное, сэ‑э‑эр. Управляющий говорит, что все печати на месте, а вино исчезает.
– Если печати на месте, как он определил, что вино исчезает?
– Он поставил там счетчик, сэ‑э‑эр.
– Может, это мыши? – задумчиво спросил Стив.
– Не думаю, сэ‑э‑эр. Столько декалитров за час им не усидеть. У управляющего есть к вам огромная просьба. Не могли бы вы остановить своих друзей, сэ‑э‑эр?
– Горбатого могила исправит, – вздохнул Стив. – А что сам управляющий с этой просьбой не пришел?
Дворецкий покосился на кулак Стива.
– Он стесняется, сэ‑э‑эр.
– Ладно. Будь любезен, пригласи сюда гостей.
– Прошу прощенья, сэ‑э‑эр, но хозяйка всегда была против пьяных оргий в ее доме.
– Что!!?
– Прошу прощения, вырвалось, сэ‑э‑эр.
Невозмутимый дворецкий величаво выплыл из комнаты, с поклоном притворив за собой дверь.
Через несколько минут в нее без стука завалилась счастливая, довольная жизнью команда Стива, распространяя вокруг себя винные ароматы. Относительно трезвым выглядел только Петруччо. Похоже, смена пола повлияла на него благотворно в этом плане.
– Теряешь квалификацию, Киса, – укорил воришку Стив, как только его друзья расселись вокруг стола и радостно уставились на шефа в ожидании продолжения банкета.
– С чего ты взял, шеф? – всполошился воришка.
– Мне уже доложили, что из винных подвалов исчезло несколько десятков литров вина.
– Ничего не слышал, ничего не видел, ничего никому не скажу, – тут же ушел в глухую несознанку Кот. – А как они заразы догадались?
– Прогресс на месте не стоит, а учет здесь строгий, педантичный, как у истинных арийцев. Фрицы в этом отношении молодцы…
– Какие фрицы? – выпучила команда Стива глаза на шефа.
– Не обращайте внимания, мысли вслух, – опомнился юноша. – Короче, так, Киса. Походы в погреба отменить! Слуги Эммы на вино там счетчик поставили. Ясно?
– Говорил же тебе, попадемся, – протянул расстроенный Собкар. – Видал, с каким умным видом дворецкий расхаживал?
– Так, свернули дебаты, господа, – поднял руки Стив, привлекая внимание. – Я собрал вас не для этого. У меня есть две новости. Одна хорошая, другая очень хорошая. С какой начинать?
– С хорошей, – прогудел Ленон.
– Нам обещали много денег за одно маленькое простенькое дельце.
– Какое? – радостно подалась команда Стива вперед.
– Нужно поймать банду Красавчика Стива. Чем‑то он сильно досадил бедным гномам.
Физиономии у его друзей вытянулись.
– Нет, шеф, хоть ты меня режь, а на это я пойти не могу, – грохнул по столу кулаком Собкар.
– Шеф, мы тебя не сдадим! – пьяно мотнул головой Кот.
– А при чем здесь я? – искренне удивился Стив. – Уж не хотите ли вы сказать, что я имею что‑нибудь общее с этим презренным уголовником?
Стив поднялся, расправил плечи. Льняные волосы рассыпались по плечам. В своем белоснежном камзоле он выглядел так представительно…
– А как же мы тогда… это… – растерялась Петри, – денежки на гномах заработаем.
– Есть у меня тут одна идейка. Думаю, мы заставим гномов раскошелиться. Но об этом позже. Пора приступать к очень хорошей новости.
Команда Стива замерла, уставившись шефу в рот.
– У нас появилась возможность на законных основаниях проникнуть в окружение Нурмундского короля. Основная нагрузка ляжет на меня. Вы все будете играть роль моей свиты. Все ясно?
Друзья дружно кивнули в ответ головой.
– Выезжаем завтра рано поутру. Поэтому много не пить!
– Когда мы тебя подводили?
– Шеф, ты же нас знаешь!
– Потому и предупреждаю, что знаю! Заранее побеспокойтесь о багаже. Подумайте, что нам потребуется в этой экспедиции, и, как соберетесь, сразу отбой. Все ясно?
– Ясно шеф!
– Не подведем!

10

Друзья не подвели. Когда хорошо выспавшийся Стив выбежал после легкого завтрака во двор, вся его команда уже была на боевом посту. Она мирно дрыхла в знаменитом гигантском экипаже Эммы, источая такие ароматы, что юноша невольно стиснул кулаки.
– Кажется, придется вас по‑новому кодировать. Забыли вы про свои нейроны, расслабились.
Рядом с экипажем стоял дворецкий, от невозмутимости которого не осталось и следа. Он дикими глазами смотрел на свой блокнот, изучая какие‑то цифры, и тряс головой.
– Что, у вас с управляющим опять не все слава Богу? – спросил юноша.
Дворецкий молча кивнул головой.
– Что на этот раз, Бэрримор?
– Вы понимаете, сэ‑э‑эр, стоило вам поговорить со своими друзьями, и счетчик закрутился в обратную сторону! Мы уже в прибыли, сэ‑э‑эр. Вот только не пойму, откуда столько вина взялось в наших подвалах? До сбора урожая еще далеко… и что интересно, мы с управляющим простучали некоторые бочки. По‑моему они абсолютно пусты, сэ‑э‑эр.
– Кто бы сомневался, – усмехнулся Стив.
– Кстати, сэ‑э‑эр, у меня есть одно поручение.
– Какое?
– Перед тем как вы отправитесь в дорогу, не соизволите надеть это?
Дворецкий щелкнул пальцами, к нему подбежал слуга и передал Бэрримору какую‑то странную металлическую конструкцию на петлях с большим амбарным замком.
– Что это такое?
– Пояс верности, сэ‑э‑эр. Вы такой представительный господин, с вами дама, а мы против того, чтобы у нашей хозяйки росли рога, сэ‑э‑э…
Договорить он не успел. Стив вырвал из его рук пояс верности, натянул его на голову дворецкому, защелкнул замок и запустил ключи в полет. Они финишировали где‑то далеко, в зеленой травке аккуратно подстриженного газона.
– Трогай! – крикнул юноша кучеру, запрыгивая в карету, посмотрел на Бэрримора и невольно рассмеялся. Пояс верности сидел на нем как причудливый рыцарский шлем.

* * *

Стив заглянул в ближайшую спальню, где вповалку лежали его соратники, принюхался и понял, что это надолго. Серьезный разговор придется отложить на вечер. Убедившись, что все на месте, он вернулся в комнату отдыха, выполнявшую по совместительству роль то ли столовой, то ли ресторана, плюхнулся в кресло и уставился на единственного трезвого члена своей команды.
Петри манерно подтачивала ноготки, привычно доводя их до состояния лезвия бритвы, и с видом скучающей придворной дамы посматривала в окошко кареты на проплывающий мимо горный пейзаж.
Стив хмыкнул и от нечего делать развернул столичную прессу. Скользнув небрежным взглядом по светской хронике, он внимательно прочитал статью о предстоящей царской охоте, пошевелил губами, запоминая список приглашенных, и задумчиво стал листать газету дальше. Рубрика «Уголовно‑политические новости» тоже привлекла его внимание.
– Как тонко подмечено: уголовно‑политические! Эх, все мы одним миром мазаны.
Стив углубился в статьи. На левой странице разворота газеты шли уголовные новости, на правой – политические.
– И что там интересного пишут, шеф? – раздался невинный голосок Петри.
Стив не поднимая глаз, прочитал статью вслух:
«Полиция Нурмундии разыскивает особо опасную банду под предводительством некого Красавчика Стива, организовавшего дерзкий побег известного криминального авторитета Труссарди, приговоренного к смертной казни за неслыханное по своей наглости и дерзости ограбление герцога Ламейского и его гостей. Напоминаем нашим постоянным читателям, что на приеме в тот день инкогнито со своей любовницей и свитой присутствовал сам король. Помимо всего прочего, небезызвестный Труссарди покушался на нашего сюзерена и его невинную дочь, прекрасную принцессу Лили, в день празднования ее совершеннолетия. Банда Красавчика Стива вызвала бурю народного возмущения города Габарда тем, что зверски избила их любимого градоначальника графа Лекуа, разнесла до основания городскую тюрьму и скрылась в неизвестном направлении, прихватив с собой городскую казну.»
Стив поднял глаза на красавицу.
– Городская казна – ваших рук дело?
– Шеф, с каких пор ты веришь желтой прессе?
Стив посмотрел на страницы газеты. Они действительно были желтыми.
– Ладно, окунемся в политику, – Стив перевел взгляд на правую страницу желтой прессы.
« Озабоченный возникшей напряженностью в отношениях между Вольными Баронствами и Нурмундией, Эдуард II отдал приказ направить регулярные войска на усиление приграничных районов, соседствующих с этим, недавно созданным государством, во избежание недоразумений, которые могут возникнуть при становлении нового королевства.»
– Как интересно! – Стив откинул в сторону газету. – Красиво излагают, сволочи. Здесь все ясно. Из искры разгорелось пламя. Будем надеяться, что мы успеем выполнить заказ, пока это пламя не превратилось в пожар.
Стив взял в руки следующую газету:
– «ГЛАМУРНЫЕ НОВОСТИ», то есть дворцовые сплетни. Это любопытно. Надеюсь, хоть здесь про нас ничего порочащего не будет.
– Читай вслух, шеф, – проворковала Петри.
Даме Стив отказать не мог.

« Из неофициальных источников стало известно, что светская львица баронесса фон Эльдштайн, не пропускавшая до сих пор ни одного светского раута, обзавелась любовником сомнительного происхождения. По одним источникам, ее избранник безземельный виконт без права наследства, по другим, – обычный проходимец, выгодно использовавший свою незаурядную внешность. Наш источник сообщает, что баронесса со своим кавалером уже целый месяц путешествует в поисках новых ощущений. А ведь когда‑то она отвергла лучших ловеласов королевства и даже притязания самого короля! Другие источники сообщают, что она просто укрылась в своем замке, предаваясь любовным утехам. Газета склоняется к последнему предположению. Высший свет уже делает ставки: покажет ли неприступная баронесса своего протеже на королевской охоте или опять проигнорирует приглашение?»

Стив кинул газету на стол и заинтересованно посмотрел на Петри.
– Не отвлекайся, шеф, это так интересно! – проворковала красавица.
– Петри, ну‑ка, оголи плечики.
Петри оголила одно плечо.
– Я сказал плечики, а не плечо, и шнуровку распусти, чтоб декольте откровеннее выглядело.
Петруччо взялся за шнуровку…
– Шеф, ты че? Я ж все‑таки мужик!
– У каждого свои недостатки. Выполняй! Гм‑м‑м… ничего. Так, выйди на середину. Юбочку чуть повыше. Еще чуть‑чуть. Я сказал выше, а не снимать ее совсем.
– Шеф, может, ты просто скажешь, че тебе надо?
– Иди сюда.
Стив прошептал ей что‑то на ухо.
– А, – облегченно выдохнула красавица, – так бы сразу и сказал. Я сейчас.
Петри помчалась в свою спальню. Стив погрузился в размышления, выискивая слабые места в зародившемся в его голове плане. Раздумья прервал деликатный стук в дверь.
– Кто там еще?
– Ваше cиятельство, где прикажете накрывать на стол? – На пороге в почтительной позе застыл лакей.
– Ты прав. Пора подкрепиться. Накрывай здесь и разбуди моих друзей. Хватит им дрыхнуть.
– Что сначала: разбудить или накрыть?
– Сначала накрыть. И без вина!
– Слушаюсь. Заносите!
В комнату отдыха вплыли вереницей слуги с подносами, заставленными яствами, и начали накрывать на стол. Из другой двери показалась Петри.
– Ну, как я тебе, шеф?
– Оу‑у‑у… – выпучил глаза Стив.
Раздался грохот падающих тел. Юноша с трудом оторвал от обольстительницы глаза и перевел их на лакеев. Они лежали с удовлетворенно‑офигевшим выражением лица, прижимая к груди опустевшие подносы.
– Вы просто сногсшибательны, мадмуазель, – одобрил Стив. – Только умоляю: не разлагай мою команду. Ребята работать не смогут!
– Сам же заказывал девицу легкого поведения.
– Но не до такой же степени! Тут тебе не нудистский пляж. Мы едем в приличное общество! Хоть что‑нибудь на себя надень!
– Понял, шеф.
Петри, сверкая белыми ягодицами, удалилась походкой от бедра, а Стив принялся приводить в чувство лакеев, проверенным методом энергичных пощечин. Они с трудом поднялись и, шатаясь, двинулись к выходу, пытаясь попасть в створ дверей. С первого раза это ни у кого не получилось. Тем не менее, они все же вышли. Пока Стив с ними возился, Петри успела одеться и продолжила парад мод.
– Что скажешь теперь, шеф?
Петруччо подошел к зеркалу и критическим взглядом обозрел свои прелести, едва прикрытые тонкими полупрозрачными тканями, усиливающими эффект.
– Лучше б ты остался голым, – простонал Стив. – Ладно, садись. Проверим на остальных. Если они тебя сразу не изнасилуют, то…
Петри как ветром сдуло. Минут через пять она вышла развязной походкой куртизанки, шурша длинными цветастыми юбками. Глубокое декольте, подведенные сурьмой брови, сверкающие сережки в ушах…
– Можешь, когда хочешь! – одобрил последний вариант Стив. – А уж макияж… Ей‑богу, если бы не знал, что ты наш Петька… Петька, а это ты?
– Я, шеф.
– Хвала аллаху.
– А это кто такой?
– Не имеет значения. Садись.
Петруччо расположился напротив шефа. На этот раз циркач постарался. Боевая раскраска изменила его лицо до неузнаваемости.
В этот момент за дверью послышались недовольные голоса. Опухшая со сна и дикого бодуна команда Стива шла на обед.
– Садитесь, болезные, – вздохнул Стив.
Его команда плюхнулась в кресла, с надеждой обозрела стол и, не найдя на нем вина, укоризненно посмотрела на Стива.
– А что, похмелиться нечем? – страдальчески просипел Кот.
– Нет, – жестко отрезал Стив, – и не будет. В наказание за неспортивное поведение в замке моей супруги, приходить в себя будете естественным способом.
– Шеф… это называется… как его…
– Садизьм, – подсказал Коту Собкар.
– Во‑во.
– И откуда вы слов‑то таких мудреных набрались? – поинтересовался Стив.
– От тебя, шеф.
– От тебя, родимого.
На Петри страдальцы не обращали внимания. Им всем было не до того.
– Шеф, – просипел Кот, – я, пожалуй, пойду ополоснусь. А то глазыньки мои света белого не видят.
– Давай, только быстро.
– Шеф, мы тоже еще руки не мыли! – всполошились остальные члены его команды.
Кот по стеночке побрел в ванную. За ним потянулись остальные. Если читатель помнит, карета баронессы фон Эльдштайн имела не только с десяток спален, ванную, душ и туалет. В ней был даже тренажерный зал, и тащила это чудо гномьей техники упряжка аж из тридцати лошадей. Использовала баронесса ее только на своих землях, дабы не давать повода соседям удавиться от зависти. Планы Стива были прямо противоположны: пусть давятся сволочи, пусть слюной исходят, но он, муж баронессы фон Эльдштайн, въедет в высший свет с шиком! Главное – правильно пустить пыль в глаза, так, чтоб никто сразу не смог опомниться и начать задавать глупые вопросы, типа: кто ты да что ты, и вообще, откуда ты такой взялся? Гномам перед отъездом Стива из замка Эммы пришлось потрудиться над переоборудованием ряда спален. Они превратили их в бронированные сейфы, в которых лежало золото на текущие расходы. Около них круглосуточно дежурили боевые гномы со своими огромными топорами. Справа, слева, спереди и сзади мелькали конные разъезды эльфов, сопровождавших новоявленного барона. Стив не стал отказываться от их помощи, резонно полагая, что лес – это их вотчина, и на королевской охоте они лишними не будут.
Если месяц назад дорога от Кассилии до замка баронессы заняла больше недели, то обратный путь оказался гораздо короче. Как понял Стив из объяснений эльфов, подозрительных гостей Эмма везла извилистым путем, давая тем самым возможность лесным жителям проверить: нет ли за ними хвоста, и если таковой обнаруживался, эльфийские стрелы его деликатно обрубали. Эмма. Баронесса фон Эльдштайн. Загадочная красавица, с которой Стива свела судьба. Повелительница, которую боготворят как эльфы, так и гномы…
От раздумий Стива оторвал Кот, ввалившийся в комнату со свежим выхлопом, но зато заметно посвежевший.
– Теперь можно и закусить, – радостно потер он руки.
– Чего‑чего? – насторожился Стив.
– Перекусить, – поправился воришка, плюхнулся в кресло рядом с Петри и только тут соизволил обратить на нее свое внимание.
– Шеф, что же ты не предупредил, что у нас на завтрак будут дамы? – облизнулся он. – Мадмуазель, разрешите представиться: герцог Коттиани.
– Шеф, нас тоже познакомь! – Это в комнату отдыха вернулись остальные члены команды, чем‑то жутко довольные, и радостно уставились на красавицу.
Юноша обвел их внимательным взглядом.
– Так, колитесь, гады, где заначку прячете?
– Какая заначка, шеф?
– Как можно?
– Мы за трезвый образ жизни!
– Как ты завещал…
– Ясно, – скептически хмыкнул Стив. – Пойду‑ка я тоже освежусь.
– Зачем? – испугался Осель.
– Ты и так неплохо выглядишь шеф, – заискивающе улыбнулся Собкар, сверкнув золотой фиксой. – Весь чистенький, беленький.
Стив молча встал и пошел обыскивать ванную. Посмотрел везде, простучал стенки, выглянул в окошко на предмет того: а вдруг снаружи что подвешено? Заглянул даже в туалетный бачок. Все было чисто.
– Куда ж вы заначку задевали, подлецы?
Стив вернулся обратно и уставился на своих друзей. Те в ответ смотрели на него честными невинными глазами.
– Что, шеф, нет ничего?
– Вот видишь!
– На ваше счастье, нет, – усмехнулся Стив.
– Почему на счастье? – Кот, решив, что пронесло, пододвинул к себе жаркое.
– Если вы помните, – невозмутимо начал пояснять Стив, – вчера управляющий с дворецким недосчитались некоторого количества вина в погребах моей супруги.
– Шеф, но мы же здесь абсолютно ни при чем! – опять заволновалась его команда.
– Вот и я сказал, что это были мыши.
– Правильно сказал шеф!
– Дворецкий с управляющим очень расстроились, – сочувственным голосом продолжил пояснения Стив, – объявили погреба карантинной зоной и добавили в вино столько мышьяка, что им дракона завалить можно.
Команда Стива начала белеть.
– Что? – дрожащим голосом переспросил Кот. – Чего добавили?
– Мышьяка. Так что можете не волноваться. Мышам в подвалах баронессы пришла хана!
Его команда сменила колер с белого на зеленый и дружно ринулась к окнам кареты.
– Что с вами, господа? – участливо спросил Стив, и тут его озарило. Он сдернул со стола кувшин. – Сейчас я вам водички принесу.
Его предположение оправдалось на все сто процентов. Стоило ему открыть кран в ванной, как оттуда хлынула тугая, темная струя элитного эльфийского вина, как минимум столетней выдержки.
– Вот сволочи! – восхитился юноша, наполнил кувшин и понес «водичку» друзьям.
Те уже откатились от окошек и дрожащими руками вытирали рты чистыми батистовыми платочками.
– Не хотите освежиться?
– Нет! – шарахнулась от него его команда.
– А зря. Хорошая вода. Пахнет вкусно. – Стив поднес кувшин к губам.
– Шеф, ты что делаешь!!? – завопила его команда. – Не пей! Оно отравлено!
Осель ринулся отнимать у юноши кувшин.
– Шеф, мы помрем, хоть ты останешься! Надо ж кому‑то заказ выполнить.
– А‑а‑а… Так это вино? – «догадался» Стив.
– Вино, – начала сдаваться его команда.
– Мы ж не знали…
– Шеф, мы ж со всей душой…
– Надеюсь, это поможет усвоить вам одну простую истину, – усмехнулся Стив, – на чужой каравай рта не разевай.
С этими словами он сделал длинный глоток из кувшина, который Осель у него не успел отнять.
– Так это ты…
– Ты что, нас обманул?
– Не обманул, а дал два маленьких урока: во‑первых, вредно много пить, а во вторых, если пьешь неизвестно что, можно нарваться на неприятности.
Стив сделал еще один глоток из кувшина.
– А вы знаете, господа: ваша детская выходка натолкнула меня на одну идею. Первоначальный план мы, пожалуй, слегка подкорректируем. Кстати, сколько вы в емкости для воды вина вбухали?
– Пять бочек, – судорожно вздохнул Кот.
– Это прекрасно. Пододвигайтесь сюда и слушайте внимательно. Говорить буду тихо, чтоб нас не подслушали.
Пять голов послушно склонились над столом, и Стив что‑то азартно им зашептал. Как только он закончил, Кот взвился чуть не до потолка.
– Шеф, дай я тебя расцелую! Такое задание… да мы со всей душой! А девушка тоже в этом участвует? – Кот, словно ненароком, якобы по‑дружески, погладил коленку соседки.
– Вообще‑то это не девушка…
– Что!!? Я не девушка!!? – взвилась красавица.
– В смысле – это наша Петри, – поспешил уточнить Стив.
– Петька! Сволочь! Предупреждать же надо. – Кот отдернул руку и брезгливо вытер ее о скатерть.
– Так, тихо! – прикрикнул на них Стив. – Разминка окончена. Запоминайте: как только выедем за пределы нашего баронства, ко мне обращаться только официально: барон фон Эльдштайн, или ваше сиятельство. Ни в коем разе не Стив, а тем более Красавчик Стив. В исключительных случаях можете называть меня шефом. Все ясно?
– Так точно! – дружно гаркнула его команда. Друзья поняли, что прощены, сияли ослепительными улыбками и были готова к новым свершениям.

11

Шикарный экипаж баронессы предоставлял практически все необходимые удобства пассажирам, а потому делал остановки только для смены лошадей. Тем не менее, на третий день пути команда Стива взбунтовалась.
– Шеф, ну сколько можно?
– Хоть ноги размять чуток.
– Тоска зеленая!
Около заветного крана в ванной комнате по приказу Стива теперь дежурил бородатый гном с огромным топором, и все попытки друзей его подкупить успеха не имели. Возможно, именно поэтому протрезвевшая команда Стива начала беситься от скуки.
– Уговорили. В ближайшем городке разомнемся в каком‑нибудь трактире, – дал добро Стив, которого дорожная скука тоже достала.
Бунт не поддерживал только Собкар. Он как истинный профессионал даже пытался отговорить Стива от этого неразумного шага.
– Шеф, следующий город Мабадан. Там столько отребья! Рядом рудники, каторга, беглых пропасть! Проститутки, цыгане…
– Так это же прекрасно! – радовался Кот. – Я так давно в приличном обществе не вращался!
Собкар отмахнулся от воришки.
– И вообще, шеф, твой план, может быть, и гениальный, но я не понимаю: какая может быть работа по пьянке?
– Помнится, ты просил поделиться с тобой секретами мастерства?
– Ну? – оживился Собкар, вытаскивая записную книжку, и схватился за перо.
– Записывай, Жанэр. Если пьянка мешает работе…
Собкар торопливо заскрипел пером.
– …надо ее к чертовой матери бросать!
– Чего? Пьянку?
– Работу.
Команда Стива дружно заржала, а Собкар со злости сломал перо.
– Нет, ну ты опять издеваешься, шеф! То у тебя пьянка мешает работе, то работа пьянке, я тебя совсем не понимаю!
– И это прекрасно! Если даже такой профессионал, как ты, запутался, то враги тем более ни черта не поймут. Но запомните главное! – строго обвел взглядом Стив свою команду. – Как только дойдет до дела, пить поменьше, а всем другим наливать побольше! И – уши. Уши торчком держать!
К Мабадану подъехали уже затемно. Экипаж Стив распорядился оставить в лесу под охраной эльфов и гномов. Петри, во избежание сексуальных домогательств местных аборигенов тоже оставили на их попечение.
– Нам надо решить ряд проблем по‑тихому, не привлекая к себе особого внимания, – пояснил Стив возмущенной красавице. – С тобой это не получится.
– Какие еще проблемы? – сердито наседала на него Петри. – Нет таких проблем, которые я не решила бы с помощью ножа!
Девица полезла под юбки за своим оружием. Стив, недолго думая, схватил ее в охапку и затолкал обратно в карету.
– Чтоб она оттуда ни ногой! – строго сказал он эльфам. – Головой отвечаете!
– Будет исполнено, ваше сиятельство.
Эльфы окружили экипаж со всех сторон, перекрыв все входы и выходы.

* * *

Городок оказался маленький, соответственно, выбор питейных заведений тоже был невелик. Наиболее респектабельным выглядел трактир «Окосевшая ива». Оттуда раздавались шум, смех, вопли, звуки ударов. Народ веселился вовсю.
– Думаю, нам сюда, – азартно потер руки Кот.
– В драки не ввязываться, – приказал Стив, – и пить чисто символически. Больше вид делайте.
– А зачем мы тогда вообще сюда пришли? – расстроился Осель.
– Хочу кое‑кого нанять, – пояснил Стив.
В этот момент из дверей трактира вышла группа монахов.
– Ой… – Осель втянул в голову в плечи и бесшумной тенью метнулся за угол трактира. Страх перед монастырской братией сидел у него в подкорке. Когда‑то он сделал ноги из монастыря боевого ордена, так и не доучившись, и теперь панически боялся, что его загонят обратно, дабы принять сан. Со страху он забыл, что в нынешнем обличии его никто не опознает. Испарился он так профессионально, что ни Стив, ни его друзья ничего не заметили.
Тем временем какой‑то пьянчужка, двигаясь строго по синусоиде, проломился сквозь строй святых отцов и чуть ли не кубарем вкатился внутрь трактира, споткнувшись о ступеньки, но каким‑то чудом удержался на ногах. Его появление трактир одобрил громовым хохотом.
– Жизнерадостный народ живет в славном городе Мабадане, – одобрил Стив, открывая трактирную дверь.
Как раз на его слова один из жизнерадостных жителей славного города Мабадана, словно невзначай, уронил арбузную корку под ноги пьянчужке и тот, пытаясь сохранить равновесие, сделал элегантное па и грохнулся на пол, вызвав очередную бурю восторга посетителей.
– А вот юморок у местных жителей подкачал, – хмыкнул Стив.
– Нормальный юмор, – отмахнулся Кот, – добротный, непритязательный.
Сил подняться у пьянчужки уже не было, и он просто пополз куда‑то вглубь трактира, не обращая внимания на пинки непритязательных юмористов.
– Идем туда, – разглядел Собкар свободный столик в углу зала, – Ленон, не отставай.
Бывший капитан тайной полиции Бурмундии по‑прежнему опекал королевского отпрыска, хотя к двухметровому детине, в которого превратился принц Ленон, приставать желающих не было. Друзья двинулись в указанном Собкаром направлении. Сидевший в окружении четырех собутыльников юморист дожевал очередную дольку арбуза, окинул быстрым взглядом команду Стива, задержал глаза на Собкаре, имевшем самую уголовную внешность, мгновение подумал… и развлекать публику новым бесплатным представлением не стал.
– Мудрое решение, – одобрил Стив, проходя мимо. – Считай, что спас свой глаз. Я б его тебе на жопу натянул, а потом полюбовался, как ты его оттуда извлекаешь.
Забавник слегка спал с лица.
– Трактирщик!!! – завопил Кот, как только все расселись за столом. – Быстро сюда всего самого лучшего!
– Еще раз предупреждаю, – прошипел Стив, – не вздумайте нажраться.
– Шеф, имей совесть! – возмутился Ленон.
– Это же репетиция! – согласился с ним Собкар.
– Вот именно, – подтвердил Ленон, – надо потренироваться. Я не Петруччо, который никогда не пьянеет.
– Да, пить не пьянея – это искусство, и его надо оттачивать! – мечтательно промурлыкал Кот.
Стив только рукой махнул, – Горбатого могила исправит. Да, а где Осель?
– Блин, Оселя потеряли! – опомнились остальные.
Тут дверь трактира отворилась, и на пороге нарисовался Осель. Хоть на дворе и наступила ночь, но лето было такое жаркое, что духота стояла неимоверная, а потому камзол, так не соответствующий его уголовной внешности был распахнут, и из‑под него выглядывали многочисленные татуировки на волосатой груди. Хоть в новом обличии Осель и выглядел неказистым, но походка бывалого то ли уголовника, то ли моряка вызвала у присутствующих почтение.
У всех, кроме местного юмориста. Тот небрежно подкинул ему под ногу арбузную корку.
– Твою м‑а‑а‑ать!!! – Осель грохнулся на пол, упруго вскочил, засучил рукава…
– Есть предложение выяснить наши отношения в другом месте, – встал из‑за стола шутник и показал на дверь. Следом поднялись его дружки.
– Я вас, задохлики, в любом месте, – прошипел белый от ярости Осель. – А ну, вперед!
И он погнал юмористов к выходу, взбадривая их на ходу пинками.
– Уважаемый, не стоит переигрывать… – донесся до Стива голос одного из шутников.
Дверь за ними закрылась. Команда Стива посмотрела на шефа. Тот невозмутимо молчал. В этот момент к ним подкатился трактирщик.
– Что изволят благородные господа?
– Тебе ж сказали, все самое лучшее, – сердито шикнул на него Кот, кидая пару золотых в качестве задатка. – Мы в средствах не стеснены.
Трактирщик помчался выполнять заказ.
– Шеф, может пора спасать? – осторожно спросил Собкар.
– Кого? Оселя?
– Да нет, этих охламонов.
– Сами виноваты, – отмахнулся Стив.
– А вдруг они его уделают? Как‑то неприлично оставлять друга в беде, – прогудел Ленон.
– Ты когда‑нибудь видел монаха воинственного ордена, включившегося в боевой режим? – усмехнулся Собкар.
– Нет, – честно признался Ленон.
– Можешь выйти посмотреть, – разрешил Стив, – но я думаю, что все уже кончено.
Словно в подтверждение его слов, в трактир вошел Осель, прижимая к груди увесистый мешочек. Трактир встретил его бурными овациями. Осель небрежно раскланялся и двинулся к друзьям.
– Ну, дела… – плюхнул он мешочек на стол и пристроился на лавке рядом с Леноном.
– Надеюсь, они живы? – поинтересовался Стив.
– Знаешь, даже рука на них не поднялась, – признался Осель.
– Учитесь, Ваше Высочество, – прошептал Собкар Ленону. – Одними ногами работал.
– Главное, отпечатков пальцев не будет, – одобрительно кивнул Кот.
– Совершенно верно, – согласился Стив, – теперь он смело может утверждать, что даже пальцем их не тронул.
– Да вы че, мужики, я их только попинал немножко.
– Вот и мы про то…
– Ну, а если серьезно, что там произошло? – потребовал отчета Стив. – Кстати, что это ты приволок? Надеюсь не их уши на память?
Ленон позеленел. Осель распустил завязки мешка.
– Золото! – ахнул Кот. – Шеф, можно я их догоню? Да за такие деньги… Шеф, можно я пойду их тоже попинаю?
– Стоп, – поднял руку Стив. – Осель, с этого момента поподробней. Ты их что, ограбил?
– Да нет, сами дали.
– Рассказывай.
– Чего там рассказывать… Вышел, хотел морду набить, а тут выплывает какой‑то хмырь, весь в черном. Очень рад, говорит, что вы прибыли заранее. Нам очень понравилось, как вы сказали: «Твою ма‑а‑ать!». Натурально. Сразу видно профессионала. Сколько вы хотите за это дело? А сколько вы готовы предложить? – спрашиваю. Мне вот этот мешочек в руки плюхнули. Ну, говорю, если это задаток, то согласен. Этот, во всем черном, обрадовался. Мы в вас не ошиблись, говорит. Прибудете по этому адресу, – Осель вынул из кармана смятую записку. – Инструкции, говорит, получите на месте. И попытайтесь проникнуть туда естественно.
Стив разгладил на столе скомканный комок бумаги. На нем значилось: «Графство Муррей. Охотничья резиденция короля Нурмундии Эдуарда II.»
– Нам повезло, господа, – присвистнул Стив. – Кажется, я знаю, кого там собираются валить.
– А я знаю, кто должен был валить, – обрадовал шефа Собкар, глядя куда‑то за спину Стива.
Юноша обернулся. По проходу пробиралась мрачная коренастая личность, озираясь по сторонам и пытаясь рассмотреть что‑то на полу. Татуировок на нем было чуть ли не больше, чем на Оселе.
– Секач, – ответил Собкар на вопросительный взгляд Стива. – Наемный убийца. Неплохо орудует ножом и другими режуще‑колющими предметами. Мастер удара исподтишка.
Секач, наконец, увидев на полу искомую арбузную корку, наступил на нее и демонстративно плюхнулся на пол.
– Твою мать! – отчетливо сказал он и обвел взглядом трактир.
– Нам конкуренты не нужны? – спросил Стив.
– Нет, – дружно ответила его команда.
– Кто берет его в оборот?
– Я! – вскочили все, даже Ленон.
– Наследниками рисковать не будем, – вынес решение Стив. – Ты, Осель, уже развлекался, у Кота слишком нехарактерная внешность…
– Дай его мне, – взмолился Собкар. – Я за этим гадом по всей Бурмундии в прошлом году гонялся.
– Твою мать! – сердито повторил киллер.
– Бери, – разрешил Стив.
Собкар выскочил из‑за стола.
– Это чью мать ты обидеть собрался? – вкрадчиво спросил он, приближаясь к наемнику. – Уж не мою ли?
– Твою, твою, – обрадовался киллер. – Пойдем выйдем.
– Пошли.
Вернулся Собкар минут через пять, чем‑то очень и очень довольный.
– Хорошо ножками махал.
– Так ты уговорил его отказаться от заказа? – потребовал уточнения Стив.
– Я нет, оглобля да. Против такого аргумента он не устоял. Ничего, через полгодика оклемается.
За окном трактира раздался шум, топот коней и звон гитар.
– Табор прибыл, – поморщился Собкар, – сейчас цыганить начнут.
– Так это же прекрасно, – лучезарно улыбнулся Стив. – Это тот самый последний штрих, которого мне не хватало. Кот, давай их сюда!

12

Графство Муррей, родовое гнездо короля Нурмундии Эдуарда II. Когда‑то, во времена великой смуты, его предок граф Честер огнем и мечом прошелся по Нурмундии, выметая с нее вторгнувшиеся в страну орды варваров. Королевская семья была полностью вырезана захватившими Кассилию дикими племенами, и когда борьба за свободу была закончена, новым королем единогласно выбрали гениального полководца, спасшего страну. С тех пор прошло триста лет. Потомки графа Честера стали использовать родовое гнездо как охотничий домик, так как рядом располагалась великолепные заповедные леса, кишащие дичью. Охотничьим домиком величественное строение можно было назвать лишь условно. Замок давно уже был превращен в натуральный дворец. Ежегодно в него съезжался весь цвет нурмундской знати на королевскую охоту.
Под испуганный визг разбегающейся прислуги, к главному входу королевского дворца подкатило несколько карет. Дворецкий с надменным видом взирал на происходящее без особого удивления. Голубиная почта предупредила его заранее, что ко дворцу движется кортеж одного из гостей.
Из первой кареты выскочил не совсем трезвый господин, одетый в дорогой камзол, который явно не соответствовал его наружности.
– Этому господину больше подошел бы мундир полицейского, – презрительно шепнул дворецкий подошедшему к нему начальнику дворцовой стражи.
Дальнейшие действия «полицейского» повергли их шок.
– Так, быстренько, быстренько, ковровую дорожку! Папик на подъезде. Главное, чтоб все было красиво!
Из другой кареты высыпали гномы и начали деловито раскатывать желтую ковровую дорожку с черной окантовкой по краям. Они достигли ступенек и начали укладывать ее на них, двигаясь прямо на дворецкого. Тот нервно икнул. К нему тут же подскочил «полицейский».
– А‑а‑а… это… – выпучил глаза дворецкий.
– Уйди, морда! – оттолкнул его Кот. – А ты, – обратился он к ошалевшему начальнику дворцовой стражи, – не забудь открыть дверь перед папиком с поклоном. Девочки! – заорал воришка, шустро сбегая по лестнице вниз. – Ваш выход!
Из третьей кареты вывалился целый табор, с гитарами, скрипками и прочей атрибутикой. Цыгане начали настраивать скрипки, цыганки, шурша юбками, пританцовывать.
– Хватит разминаться! Быстренько встали в круг. Запомните, папик въезжает, вы его ждали… А где водка? Где гномья водка? Кто спер водку?
Один из цыган что‑то занюхал рукавом.
– Зачем шумишь, ромалэ? Разбилась.
– Что!!? Все три ящика?
– Вдребезги! – хором подтвердил табор.
– Вместе с закуской? – разъярился Кот.
– Как ты догадался, брыльянтовый? – удивилась какая‑то цыганка.
– Гномы!!! Резервный вариант! Ничего нельзя доверить этой долбаной богеме! Хлеб‑соль сюда быстро!
Из первой кареты вышел белобородый гном с подносом в руках. На подносе лежал каравай, сверху стояла солонка. За ним, слегка покачиваясь, вышел еще один гном с серебряным подносом, на котором стояла стопка граммов на пятьдесят.
– Отцы, – простонал Кот, – вы что, издеваетесь? Вы кого встречаете, короля, что ли? Папик едет!
Дворецкий от этих слов застыл в ступоре, пытаясь сообразить, кто может быть выше короля в этом государстве. Начальник дворцовой стражи, в отличие от слуги, насторожился. Он начинал из низов, а потому знал, кого в этом государстве так встречают. Жестом подозвав к себе стоявшего у входа лейтенанта, начальник дворцовой стражи что‑то коротко шепнул ему на ухо. Тот лихо откозырял и опрометью бросился во дворец.
Из первой кареты вышли четыре гнома, с натугой неся на плечах огромный поднос, на котором лежал не менее внушительный каравай, а на нем громадная солонка. Вокруг солонки на каравае лежали: колбаска копченая, сальце соленое, огурчики малосольные и прочее, прочее, прочее…
– Вот это другое дело! Молодцы! Лишние кареты долой! Папик уже на подходе!
Как только кареты отъехали, на королевский двор въехал шикарный СВ‑экипаж баронессы фон Эльдштайн. Вот тут‑то челюсти у слуг и стражи, действительно, поотвисали. Такого чуда техники им видеть еще не приходилось. Золоченая дверца кареты, украшенная гербом баронессы, распахнулась, и оттуда вышел господин, один вид которого заставил начальника стражи схватиться за шпагу. Хоть он тоже был одет в роскошный камзол, но выглядел настолько уголовно, что служака окончательно утвердился в своих подозрениях. Однако команду страже ощетиниться не отдал.
– Черт их знает, этих политиков, – пробормотал он, нервно сжимая эфес шпаги. – Вчера бандит, сегодня барон, а завтра приказы мне отдавать будет.
К его огромному облегчению, вышедший из кареты уголовник, бароном не оказался. Освидетельствовав подозрительным взглядом окружающую среду, он почтительно склонился перед кем‑то внутри кареты, сверкнув золотой фиксой:
– Папик, все спокойно. Можно выходить.
Из кареты вышел молодой человек в белоснежном камзоле, тряхнул головой, заставив льняные волосы рассыпаться по плечам. И тут грянул хор:

Выпьем за барона, барона дорогого
Свет еще не видел красивого такого.

Вперед выступила юная цыганка, с золотым кубком граммов на триста. Барон, поигрывая белоснежной тростью, взял емкость из ее рук. Он с улыбкой посмотрел на пританцовывающую перед ним цыганку, поднес кубок к губам.
Пей до дна, пей до дна, пей до дна… –
Заголосил цыганский хор. Стив одним длинным глотком опорожнил кубок, грохнул его о булыжную мостовую, схватил цыганку за талию, смачно поцеловал ее в губы, извлек из‑за пояса кошель, и распустил завязки. Цыганка с готовностью оттянула ворот платья, обнажив юную грудь. За корсет посыпались золотые монеты.
– Ваше сиятельство, король ждет! – подкатился к нему Кот.
– Подождет, – небрежно отмахнулся Стив.
Вновь грянула музыка, и юноша пустился в пляс в окружении цыган, лихо наяривавших что‑то зажигательное на скрипках и гитарах. К нему тут же присоединились Осель, Собкар, Ленон и Петри, высыпавшие из кареты. Следом потянулись перегруженные бутылками гномы.
На крыльцо вышел лорд Велингрок в сопровождении взвода арбалетчиков.
– Мужики, – радостно заорал Стив, – комитет по встрече прибыл. С почетным караулом! За мной!!!
Гуляки гурьбой, с шутками и прибаутками двинулись вперед.
– Стоять! Кто такой? – грозно спросил Велингрок.
– Я? – удивился Стив. – А, ща… – он вынул из кармана приглашение, пошевелил губами, вчитываясь в прыгающие перед глазами строчки. – Во! Барон фон Эльдштайн! С кем имею честь?
– Лорд Велингрок, – последовал холодный, высокомерный ответ.
– Да ну? – Стив опять уткнулся в приглашение. – Есть такой. Ты приглашение подписывал? – Юноша сунул бумагу лорду в руки.
– Я… – растерялся Велингрок, – но я приглашал баронессу.
– Не смогла, – радостно развел руками Стив. – У супруги это… красные дни календаря… не, не так… критические дни… короче, не приехала. Я за нее.
– Значит баронесса действительно вышла замуж, – задумчиво пробормотал лорд.
– Ага. За меня, – радостно сказал Стив, – я теперь барон.
– А кем были раньше? – поинтересовался Велингрок.
– Ну, скажем так… – распустил пальцы веером авантюрист.
– Все ясно, – усмехнулся лорд, – а она вам не говорила, что баронский титул через жену не передается? Вот если бы барон женился на простолюдинке, тогда другое дело. Она имела бы полное право называться баронессой.
– Кто придумал такой дурацкий обычай? – возмутился Стив.
– Поверьте мне, не я, господин не барон, – с издевательской вежливостью сказал лорд.
– Этот обычай дурацкий, и попрошу ко мне его не применять, – строго сказал Стив.
Велингрок неопределенно хмыкнул.
– А кто это с вами? – глаза лорда скользили по окружению разгульного самозваного барона.
– Мировые ребята, – пьяно качнулся Стив. Он был абсолютно трезв, но захмелевшего гуляку разыгрывал очень натурально. – Вот эта морда, – ткнул он в Кота, – начальник моей охраны. Это, – Стив шлепнул по заду игриво хихикнувшую Петри, – моя фрейлина… э‑э‑э… что я говорю… моей жены фрейлина. Нужная вещь в дороге. Это, – указующий перст Стива ткнулся в Собкара, – ну… скажем так, мелкий порученец. Оказывает иногда кое‑какие услуги.
Собкар заискивающе улыбнулся, выставив напоказ золотую фиксу, и лорд сразу «догадался», какого рода поручения выполняет при Стиве этот уголовник.
– А этот кто такой? – перевел взгляд Велингрок на Ленона.
– Это наш бард, – гордо сказал юноша. – Такие песни поет, закачаешься! Вы не смотрите на его ряху. Как поет, как поет! Ну‑ка, парень, изобрази!
Цыгане ударили по струнам, и Ленон изобразил, взревев во всю мощь своих легких:

По тундре! На оленьей упряжке
Я сорвал с рудников…

– Тихо ты! – всполошился Стив, ткнув его в бок. – Здесь приличное общество. Я ж тебя насчет репертуара предупреждал, придурок.
Лорд Велингрок усмехнулся, перевел взгляд на Оселя, и глаза его сверкнули.
– А это тоже ваш человек?
– Спрашиваешь! Он у меня, правда, недавно, по дороге прибился, – доверительно сообщил Стив. – Но как работает ножом! Как он им орудует! Как закуску режет! Наверное, бывший повар. Профессионал. Уважаю!
Лорд Велингрок благосклонно кивнул Оселю.
– Пропустите… господина барона, – отдал он приказ начальнику стражи.
– Но, ваше сиятельство, – запротестовал, было, старый служака.
– Я сказал: пропустить! – нахмурился Велингрок. – Всех пропустить! И к этому уважаемому человеку обращаться только официально: барон фон Эльдштайн.
– А ты мне нравишься, – панибратски хлопнул его по плечу Стив.
Лорд поморщился, но смолчал.
– Господа, извольте следовать за мной!
Цыгане вновь ударили по струнам, заголосили скрипки, и друзья, лихо отплясывая, двинулись за Велингроком, не побрезговавшим лично довести шумных гостей до королевской трапезной. Лорд строго посмотрел на дворецкого, тот послушно распахнул двери.
– Барон фон Эльдштайн со своей свитой! – торжественно провозгласил слуга.
Гуляки ввалились внутрь и замерли на пороге. Музыка стихла. Открывшаяся картина к веселью не располагала. За огромным столом, во главе которого сидел король, царила гробовая тишина, нарушаемая только постукиванием вилок и ножей по тарелкам. Придворные и гости сидели мрачные, с пасмурными лицами.
– Я что‑то не понял, – громогласно изумился Стив. – Кого‑то поминаем? Так надо было предупредить. Я бы соответствующие одежды нацепил, о веночках с ленточками позаботился, цветочки б притаранил.
Эдуард II угрюмо посмотрел на Стива.
– Дело в том, – сделал траурное лицо лорд Велингрок, – что сегодня мадам Клико предсказала, что Его Величеству и его прекрасной дочери принцессе Лили грозит смерть. Родовое проклятие графов Честеров, – лорд указал на старинный портрет, изображавший первого короля Нурмундии из рода Честеров, висевший в пиршественном зале на стене, – должно сбыться в ближайшие дни. А затем она предсказала гибель всего человечества, которое наступит после смерти нашего сюзерена.
– Всего лишь? – насмешливо хмыкнул Стив.
– Вы не поняли, барон, – холодно сказал лорд Велингрок, – дело в том, что предсказания мадам Клико всегда сбывались.
– Да? А меня она вам тоже предсказала?
– Нет, – пожал плечами лорд.
– В том‑то вся и фишка, – радостно сказал Стив. – Я – неучтенный фактор. А родовое проклятие – тьфу! Знаете, кто лучший специалист по родовым проклятиям, Ваше Величество? – вопросил он короля, направляясь к нему.
– Нет, – ошеломленный напором, пробурчал король.
– Я! А ну, подвинься, – распорядился юноша, бесцеремонно отодвигая какого‑то графа, и сел рядом с королем по правую руку. Мадам Клико, сидевшая по левую руку от державного, возмущенно посмотрела на юного нахала, но тот ее взгляд проигнорировал. – Родовое проклятие, это – тьфу! Вот моя бабушка, помнится, та еще ведьма… э‑э‑э… волшебница, любое проклятие снимала. Достанет свою магическую книжку, забодяжит какой‑нибудь отварчик, там порошочек сыпанет, там брызнет, и все! Мышам… в смысле духам всяким и проклятьям родовым сразу наступает хана! Все поднимают лапки кверху и просят прощения.
– А у вас есть эта замечательная книга? – оживился король.
– Спрашиваешь! Эй, человек! – кивнул юноша Коту. – Волшебную книгу моей бабушки сюда!
– Папик, сделаем сей момент!
Кот опрометью бросился к карете, на чем свет стоит проклиная шефа. Он понимал, что Стив действует экспромтом, но где, черт побери, ему достать в столь короткий срок эту волшебную книгу? Ворвавшись в карету, он кинулся в отсек, отведенный для библиотеки, окинул взглядом корешки книг и, не найдя ни одной подходящей, в отчаянье взял первый же попавшийся том. Вернувшись бегом назад, он молча плюхнул его в руки Стива и отскочил от него на безопасное расстояние, от греха подальше. Мельком взглянув на обложку, Стив поспешно раскрыл ее на столе, чтоб никто не мог прочитать название, и многообещающе посмотрел на друга.
– В этой древней книге столько рецептов, столько заклинаний, что бояться какого‑то родового проклятия теперь просто смешно, – уверенно заявил он королю.
– Вы это серьезно? – с надеждой спросил Эдуард II.
– Абсолютно!
– Мадам Клико, – повернулся к фаворитке король, – вы не могли бы проверить этого молодого человека на знание предмета, так сказать? Если у него и впрямь есть те способности, о которых он говорит, то…
– Сейчас проверим, Ваше Величество, – поджала губы оскорбленная в лучших чувствах предсказательница. – Будьте добры, зачитать хоть одно заклинание из этой книги.
– Пожалуйста, – с готовностью зашуршал страницами аферист. – Вот, например, великолепный рецепт от мадам Жульен…
Мадам Клико вздрогнула и впилась глазами в Стива. Она до сих пор с дрожью вспоминала лихую перевербовку, устроенную ей юным нахалом месяц назад. Именно он дал ей этот псевдоним, но этот белокурый красавец внешне не имел ничего общего с тем пройдохой.
– Зачитываю, – продолжил меж тем Стив. – Сухие грибочки кладем на жаровню и нюхаем, нюхаем, нюхаем…
Мадам Клико начала бледнеть.
– Затем добавляем на жаровню мак, коноплю, еще раз нюхаем, и все в порядке, родовые проклятия рассыпаются в прах. Правда, если перенюхать, появляются новые. Но я профессионал и свою дозу знаю четко.
– Позвольте мне взглянуть на эту книгу, – дрожащим голосом попросила предсказательница.
– Извольте, – Стив вскочил со своего места, обогнул кресло короля и положил раскрытую на нужной странице книгу перед мадам Клико.
Предсказательница увидела самую обычную книгу о вкусной и здоровой пище, а в ней – рецепт приготовления жульена.
– Да, это сильное заклинание, – одобрила она, кивком головы давая понять, что сообразила, от кого пришел барон. – Надеюсь, вы унаследовали способности своей бабушки.
– На все сто процентов! Человек, убери! И распорядись, чтоб к ней приставили охрану.
– Все сделаем, ваше сиятельство! – Кот метнулся к столу, схватил книгу и поволок ее обратно.
Стив вернулся на свое место.
– Короче, Ваше Величество, все будет тип‑топ! У меня тут есть эльфийское, трехсотлетней выдержки.
– Вы что со своим вином пришли? – удивился король.
– Хорошие гости обязаны стучать в дверь ногами, – наставительно заметил Стив.
– Почему?
– Потому что руки должны быть заняты подарками. Давай по‑нашему, по‑нурмундски, хряпнем по стаканчику!
– А давай! – бесшабашно махнул рукой король. – А вы что встали? – повернулся он к свите Стива. – Все за стол!
К королю тут же подскочили гномы с бутылками, грянула музыка, и веселье началось…
Через два часа королевскую трапезную было не узнать. Гудеж и галдеж стояли такие, что уши закладывало.
– Хор‑р‑роший ты мужик, барон, – пускал пьяные слюни король, пытаясь перекричать визгливые звуки скрипок. – Ежели от проклятья избавишь… графом сделаю. Веришь?
– Верю! – не менее пьяно тряхнул головой Стив, украдкой наблюдая за своей паствой.
Его команда, как и сам Стив, была трезвой как стеклышко, старательно делая вид, что пьяна до изумления. Гномья водка в их бокалах мгновенно превращалась в легкое эльфийское вино, благодаря магии сопровождавших их эльфов. От юноши не ускользнуло, что к Оселю подошел слуга, что‑то прошептал ему на ухо, и тот, молча кивнув головой, встал из‑за стола и нетвердой походкой направился к выходу. Игра начиналась…
– Завтра дочка приедет, – продолжал тосковать король, – уй, что буде‑е‑ет…
– А что такое? – навострил уши Стив.
– Знал бы ты, как она меня последнее время достает! Месяц назад у нее день рождения был. Совершеннолетие. И черт меня дернул устроить представление в ее честь! Был там в труппе Труссарди один артист. Принца Датского играл. Как увидела она его – все! Такая стер… э‑э‑э… неласковая стала. Подавай ей этого принца Датского и все дела! А где я ей его возьму? Сбежал, подлец! Замучила, проходу не дает! Ни тебе по б… б… по банному делу сходить. Ни… – король шмыгнул носом, – чуть что – сразу в слезы, в истерику. Посуду бить начинает.
– Ну, государство не обеднеет, – философски хмыкнул Стив. – Пусть бьет.
– Так она ее об наши головы бьет. Об мою и… ухажеров.
– А много их? – поинтересовался Стив.
– Кого?
– Ухажеров.
– А то! Все норовят в принцы пролезть.
– Ваше Величество, как специалист по сглазам и родовым проклятиям, могу смело утверждать: ваша дочь заболела!
– Чем? – испугался король.
– Она хоть раз за это время улыбнулась?
– Какое там!
– Синдром царевны Несмеяны, – уверенно заявил Стив. – Но есть одно хорошее средство.
– Ну‑ка, ну‑ка… – заерзал от нетерпения король.
– Вые… – Стив поперхнулся.
– Не расслышал, повторите, пожалуйста, – захлопал глазами Эдуард II.
– Развеселить.
– А ты сможешь?
– Я – нет. А вот мой менестрель запросто. Закроем их в комнате на пару дней без свидетелей и дело в шляпе.
– Не, не пойдет, – король опрокинул в себя очередной кубок с гномьей водкой. – Опасно.
– Вы за принцессу не бойтесь. Мой бард – ого‑го! Облико‑морале!
– Да я не за дочку, за барда боюсь. Такой талантливый, ему еще жить и жить. Я ведь через окошко слышал, как он про оленей пел. Так душевно выводил! Жалко парня.
Король опять потянулся к кубку.
– Ваше Величество, а вы не заметили, как на вас пялится соседка? Не подбить ли вам к ней клинья?
– А действительно! – обрадовался король, поворачиваясь к уже изрядно окосевшей прорицательнице, которой усердно подливал в кубок Кот. – Мадам, позвольте представиться: король!
Стив мысленно потер руки. Все пока шло точно по плану. В родовые проклятия он не верил – он верил в себя и в свою верную команду.

13

Осель оказался в темном помещении, освещенном лишь одной‑единственной свечой, стоявшей на подоконнике. Лицо человека, сидевшего к ней спиной, скрывали полумрак и капюшон сутаны, в которую он был закутан.
– Присаживайтесь.
Осель сразу узнал этот голос. Перед ним был заказчик. «Убийца» небрежно развалился в кресле напротив.
– Надеюсь, вы догадываетесь, какого рода заказ вам придется выполнять?
– Разумеется, – пожал плечами Осель, – Судя по задатку, либо графа, либо барона какого пришить требуется. Случайно не того, с которым я прибыл?
– Нет, это все мелкие сошки.
– Значит, герцога или лорда. Так… герцогов здесь нет, лорд только один. Велингрок. Это будет вдвое дороже. Когда валить будем?
Заказчик хотел что‑то сказать, но поперхнулся. Откашлявшись, он просипел.
– Нет, вы не угадали. Эта дичь еще крупнее.
– Становится интересно. Вам как, с извращением или без? Смерть наступила от передозировки?
– Вы это про кого? – опешил заказчик.
– Про принцессу.
– Только посмейте ее тронуть!!! – истерично взвизгнул заказчик.
– Во дела, – хмыкнул Осель. – Тогда остается ее папаша. Неужто на короля заказ?
– На этот раз угадали.
– Нет проблем, но это будет стоить в три раза дороже, чем за Велингрока.
– А что, на Велингрока был заказ? – насторожился заказчик.
– Пока нет. Он вам, случаем, не мешает? – поинтересовался Осель. – Могу до кучи и его за полцены завалить. Оптовый заказ всегда дешевле, – доверительно сообщил он заказчику.
– Ни в коем случае! – заволновался заказчик. – Более того, эта достойная личность мне нужна живой и здоровой, и если кто‑то попытается дать на него заказ, свяжитесь со мной через моего слугу, того, который вас проводил сюда, и я вам дам в два раза больше!
– Интересное предложение, – оживился Осель, – сразу три цены за Велингрока! Одна от заказчика, две от вас. По цене короля пойдет. Все, считайте он не жилец.
– Ты не понял, болван! Я две цены дам за того, кто закажет Велингрока!
– Можно и так, – не стал возражать Осель. – За три цены я и Велингрока, и заказчика его завалю.
– Тьфу! – не выдержала темная личность в сутане, – На Велингрока заказ был или не был?
– Я ж сказал: нет.
– Тогда к делу! Мне надо, чтоб вы убрали короля.
Осель вынул из кармана камзола лист бумаги, пододвинул к себе чернильницу, стоявшую на столе, взял в руку перо.
– К делу так к делу. Описывайте клиента: фамилия, имя, отчество, год и место рождения. А также должность, звание, последнее место работы, прописка…
– А что такое прописка? – спросил слегка ошарашенный заказчик.
– Вот темнота! Место постоянного проживания. Еще особые приметы не забудьте.
Как читатель, вероятно, догадался, натаскивал бывшего послушника монастыря лично Стив, готовя к этой беседе. Как ни странно, но лорд Велингрок (а это, естественно, был он), проникся важностью момента, решив, что перед ним действительно очень крутой профессионал, работающий своими, неведомыми ему методами, и начал честно выдавать все затребованные данные.
– Звать его Эдуард. Папаша тоже Эдуардом был, потому нынешний и зовется Эдуардом II.
– Значит Эдуард Эдуардович, – занес первые данные в досье короля Осель.
– Насчет фамилии не знаю, но предки его из этих земель вышли. Они когда‑то графами были.
– Угу. Эдуард Эдуардович Мурреев.
– Годков ему сорок три будет. Пятый десяток пошел. Что еще?
– Должность, звание, – напомнил Осель.
– Король, – лаконично ответил заказчик.
– Особые приметы?
Лорд Велингрок задумался.
– А! Есть примета! Корона на голове!
– Вот теперь он наш! – уверенно сказал Осель. – С такой приметой далеко не уйдет. Можете заказывать панихиду. Как бы его оформить? Яд? Кинжал в бок во время танца? Нет… это скучно. Может, виселицу организовать?
– Это как? – опешил заказчик.
– Ну, как… свергаем его с престола и вешаем при большом скоплении народа.
– Вы и это можете организовать? – поразился заказчик.
– Виселицу? Запросто.
– Да нет! Свержение.
– За ваши деньги, уважаемый, любой каприз! Я, кстати, тут недавно одному… серьезному клиенту помогал. Некто Красавчик Стив. Такие дела в одном городке забодяжили!
– В каком?
– В Габарде.
– Так это ваши дела? – скрипнул зубами заказчик. – Наслышан‑наслышан. Нет, короля свергать не будем. Его надо убрать тихо и аккуратно.
– Нет проблем.
– Кстати, вы, насколько мне известно, прибыли сюда в свите барона. Что можете о нем сказать?
– Я на стукача не подписывался, – возмутился Осель.
На стол перед «убийцей» плюхнулся кошель.
– А за отдельную плату?
– За отдельную плату всегда пожалуйста. – Осель взвесил в руке кошель, удовлетворенно хмыкнул и начал рекламировать своего шефа.
– Скользкая личность. С душком товарищ. Думаю, что его супружница либо уже не живет, либо уже не жилец. Заказа в нашу гильдию такой тип давать не будет. Сам разберется. Я эту породу за версту чую. Что еще? Гуляка, ветер в голове, но не лишен тщеславия.
– Это хорошо. Учтем.
– Однако мы отвлеклись от дела. Поговорим о гарантиях. Задаток я получил четь по чести, но хочу сразу предупредить. Люди, с которыми я работаю, товарищи серьезные. Если по завершении дела попытаетесь меня… скажем так, кинуть… с лошади там упаду или еще чего… вам будет очень больно вспоминать перед смертью о бесцельно прожитых годах. А смерть после этого наступит очень быстро.
– Да вы даже не знаете, кто я такой! – фыркнул заказчик.
– А мне по фигу, кто вы такой. Учтите, это я человек с фантазией, а мои кореша люди конкретные. Кто на королевской охоте был, те и виноваты.
Заказчик в очередной раз поперхнулся.
– Куда после дела деньги доставить? Если пожелаете, могу заранее оплатить.
– Нет, я честный убийца, – гордо сказал Осель. – Деньги в обмен на труп. Так как и когда валить будем? Заказывайте.
– Желательно на охоте, чтоб списать на несчастный случай. Главное, чтоб никто не догадался, что это убийство.
– Можно организовать как случайное самоубийство, – задумчиво пробормотал Осель, – несчастный случай в результате неосторожного обращения с арбалетом. Стрелу куда пускать: в грудь, в бок, в спину?
– Да как же он в спину застрелится?
– Ага, значит, в грудь… А давай по‑другому. У меня тут в лесу есть один знакомый кабан…
– Это интересно, – потер руки заказчик, – а еще какие знакомые у вас есть в лесу?
– Самые разнообразные. Дикие гуси, отмороженные зайцы, обдолбанные медведи… – Осель сам не понимал, что говорил, но действовал точно по инструкциям Стива.
Заказчик тоже ничего не понимал, но, тем не менее, был в полном восторге. Он чувствовал, что перед ним был профессионал, которому можно довериться…

14

Стив проснулся от суматошных воплей за стеной. Во дворце царило нездоровое оживление. Торопливо одевшись, юноша вышел из своих апартаментов, и его чуть не торпедировал в живот пробегавший по коридору дворецкий.
– Что стряслось? – перехватил его за полу фрака Стив.
– Король пропал! – в отчаянье схватился за голову дворецкий. – То ли похитили, то ли еще чего, а тут принцесса приезжает.
– Без паники. За мной.
Дворецкий с надеждой посмотрел на самоуверенного барона и засеменил рядом. Стив первым делом направился в трапезную.
– В спальне смотрели? – поинтересовался Стив у дворецкого.
– Смотрели, ваше сиятельство, смотрели.
– В душевой?
– И там смотрели.
– В сортире?
– В первую очередь, – молитвенно сложил руки дворецкий. – Его Величество так душевно вчера посидели, что сортир мы навестили в первую очередь.
– Вот болваны, как можно потерять своего короля во дворце? – Стив начал немножко волноваться. А вдруг родовое проклятье и впрямь не шутка и не бред чьего‑то больного воображения?
Тем временем они достигли трапезной, и юноша невольно присвистнул. Придворные дамы и господа лежали вповалку по всей комнате в самых живописных позах.
– Ты прав милейший. Хорошо вчера посидели.
– Так где ж его искать? Принцесса с минуту на минуту будет здесь! Ее экипаж уже подъезжает! – дворецкий вновь стал впадать в истерику.
По коридорам носилась вооруженная стража, высматривая по всем углам своего короля.
– А вы под столом смотрели? – на всякий случай спросил Стив.
– Нет.
– Ясно.
Юноша приподнял скатерку и нырнул под стол. Ну, до чего ж вовремя он это сделал! Дверь распахнулась, и в трапезную влетел начальник дворцовой стражи с фаянсовой супницей на голове.
– Ее Высочество принцесса Лили, – доложил он, падая на пол. Уже в полете его догнал половник. К счастью супница послужила прекрасным шлемом, и удар не достиг цели, разнеся вдребезги эту импровизированную каску.
Стив осторожно приподнял край скатерти, и имел возможность наблюдать, как в родовой замок вошла принцесса в сопровождении Вэлэра. Следом топала орда слуг, толкая перед собой тележки, доверху заполненные сервизами и прочей столовой утварью.
– Ну, и где мой отец? – грозно спросила Лили.
Дрыхнувший под столом в обнимку с мадам Клико король мгновенно проснулся, дернулся и пробил бы головой столешницу, не отлови его Стив на взлете.
– Все, мне конец, – прошептал Эдуард II.
– Спокойно, Ваше Величество, – шепнул ему в ответ Стив, – я с вами. Выкрутимся.
– Отмажешь перед дочкой, герцогом сделаю, – жарко зашептал король юноше. – Веришь?
– Отчего ж не поверить хорошему человеку? Верю! – хмыкнул Стив и пополз зарабатывать герцогство, волоча за собой перепуганного короля.
О мраморный пол с грохотом разбилась первая тарелка. Дворецкому повезло. Он сумел увернуться.
– Так вот, Ваше Величество, – словно продолжая начатый разговор, изрек Стив, выползая из‑под стола. В руках пройдоха держал смятую скомканную салфетку, только что поднятую с пола, – как я вам уже говорил: всю ночь бдить над штабными картами, да еще такого стратегического назначения, очень вредно для здоровья, – укорял он державного тыкая пальцем в смятую салфетку. – Тут все так зашифровано, что глаза можно сломать. Ишь, как они у вас опухли!
Король, весь в засосах, покорно кивал головой, давая знать, что полностью согласен с будущим герцогом.
– И я надеюсь, вы немедленно подпишете мирный договор с Вольными Баронствами и отзовете от границ войска. Это провоцирует вашего, пока что доброжелательно настроенного, соседа! Та‑ак… – Аферист сделал вид, будто только что заметил посторонних. – Вам не кажется, Ваше Величество, что для столь секретных переговоров здесь слишком много лишних ушей?
– Кажется, – неосторожно брякнул державный, и в его голову тут же полетела тарелка.
Стив перехватил ее на лету.
– Вы что‑то хотели сказать, мисс?
– Хотела, – зловеще прошипела Лили, – но не тебе. – Принцесса приблизилась вплотную. – Папа, а ну, дыхни, – потребовала она.
– Ни в коем случае! – Стив бесцеремонно подхватил принцессу за талию и оттащил ее от съежившегося папаши. Вэлэр дернулся, было, на помощь но, видя, что Ее Высочеству вреда не причинено, сразу успокоился. – Я так понял, вы и есть прекрасная принцесса Лили? Рад знакомству. Барон фон Эльдштайн, собственной персоной. А вот дышать на вас Его Величеству, по крайней мере, до вечера, строжайше воспрещено.
– Это еще почему?
– Эпидемия гриппа, – строго сказал Стив. – Ящур. Я всю ночь Его Величество и придворных лечил, а от лекарств запах еще тот! Так что давайте сразу в свои апартаменты, там дезинфекцию уже провели.
– Так это они от ящура такие? – Принцесса обвела взглядом разгромленный пиршественный зал и валяющихся по разным углам в живописных позах придворных.
– От него! – уверенно сказал авантюрист.
В этот момент из‑под стола со стоном начала выползать растерзанная мадам Клико, давая возможность обозреть свои прелести, которые практически все были наружу. Король деликатно, ножкой, попытался затолкать ее обратно. Из кармана державного на голову предсказательницы выпали ее собственные трусики.
– Мерси, – пробурчала предсказательница и уползла обратно завершать утренний туалет.
– Видите, как их колбасит? – скорбно повесил голову юный пройдоха. – Это все потому, что скоро грядет конец света. Мадам Клико вчера напортачи… э‑э‑э… напророчила. Но первый удар я, как видите, отвел!
Кто‑то из придворных, откровенно давящих храпака рядом со столом, заворочался, начал нашаривать вокруг себя одеяло, наткнулся рукой на скатерть и потянул ее на себя. Столовые приборы, горы объедков, кубки с недопитой гномьей водкой посыпались на пол и на голову спящего.
– Так! – обрадовался Стив возможности перевести разговор в более безопасное русло. – А почему бездействует прислуга? Быстренько гостей на руки и по постелям! Только не перепутайте. Мальчиков направо, девочек налево! Дам класть отдельно от джентльменов! Тех, кто еще может хотя бы мычать, сажайте за стол. Только приберите его! Сделайте перемену блюд! На все про все даю пять минут! – Что‑что, а командовать Стив умел. Слуги зашуршали. – Ваше Высочество, не изволите ли откушать? – повернул юноша к принцессе свое сияющее лицо.
– Мне еще надо принять ванну с дороги. – Лили пристально посмотрела на афериста. – Буду через час.
– А это не опасно? – впервые за все это время подал голос Вэлэр, сверля подозрительным взглядом Стива. – Все‑таки ящур, карантин.
– Не волнуйтесь, – успокоил Стив вампира, – кризис уже миновал!

* * *

Через час выжившие после вчерашнего бедлама придворные чинно сидели за столом, сосредоточенно ковыряясь вилками в тарелках. Все скромно молчали, не смея поднять глаз на принцессу, которая искала на ком бы сорвать свое прекрасное настроение. Даже король и лорд Велингрок не решались без нужды лишний раз открывать рот.
– Итак, господа, когда мы начнем охоту? – спросила она.
Придворные тихо застонали. Они с трудом держались на стульях, и одна только мысль о том, что предстоит взбираться на лошадь, вызывала у них спазмы желудка.
– Ваше Высочество, а давайте перенесем это мероприятие на завтра? – внес предложение Стив. – Придворные после эпидемии придут в себя… – Придворные азартно закивали головами. – …и мы с шиком, на каретах…
– Каких каретах? – возмутилась Лили. – Кто охотится на каретах!
– Я, – ткнул себя пальцем в грудь Стив, который на лошади сидел хуже, чем собака на заборе. – Это принципиально новый, прогрессивный метод охоты. Причем со всеми удобствами, заметьте. Разумеется, использовать нужно специальные замагиченные стрелы с самонаводящимся наконечником. Надо тебе подстрелить птичку: открываешь верхний люк, бабах! И прямо в руки тебе падает гусь в яблоках, надо тебе кабана…
– Какой, какой гусь? – перебила его Лили. – В яблоках? Вы случайно гуся с конем не перепутали, барон?
– Ничего я не перепутал, – сердито огрызнулся Стив. – Если мне надо будет подстрелить кобылу или коня, я открою амбразуру и буду стрелять в боковое окошко.
– Кого‑то вы мне напоминаете, барон. Вы случайно с принцем Датским не знакомы?
Стив поперхнулся, мучительно закашлялся.
– Прошу прощения, принцесса, эльфийское не в то горло пошло, – юноша отставил в сторону кубок. – Если вы про того проходимца, который так бездарно лицедействовал в Кассилии, в день вашего совершеннолетия, то я его не знаю и знать не хочу!
– Это почему бездарно? – возмутилась Лили.
– Да потому что действовал бы дарно, то схватил бы вас в охапку и сделал ноги, вместо того чтобы загреметь в тюрьму.
– В охапку‑то он меня схватил… – По нежному личику принцессы проскользнула мечтательная улыбка.
– Однако, – вступил в разговор Велингрок, – как ни благородны ваши мотивы, барон, и как ни велико желание дать возможность придворным отдохнуть, есть неписаные правила. Вы в высшем свете впервые, – по лицу лорда скользнула презрительная ухмылка, – а потому вам позволительно не знать, что королевская охота приурочена ко дню коронации первого короля из рода Честеров. И главным блюдом на обеденном столе в этот день должно быть жаркое из дичи, подстреленной лично ныне правящим королем.
Лицо Эдуарда II страдальчески сморщилось при этих словах. Он чувствовал себя не лучше придворных. Это тоже не ускользнуло от Стива.
– Так какие проблемы, лорд? – Стив щелкнул пальцами, к нему подскочил гном и с поклоном вручил заряженный арбалет.
– Ваше Величество, пойдем стрельнем, отдадим дань традиции, а завтра уже оторвемся по полной программе.
– Прямо так вот, – посмотрел на свой наряд король, – в лес?
– Зачем в лес? Стреляйте в камин, и все дела.
Стив помог выбраться королю из‑за стола, сдернул со скатерти поднос и потащил державного к слабо тлеющему камину. Эдуард II осторожно сунул арбалет внутрь, нацелил его вверх и спустил курок. В печной трубе что‑то зашуршало.
– В сторону, Ваше Величество! Теперь моя очередь! – Стив торопливо подсунул под каминную трубу поднос. – А вот и наш гусь в яблоках!
Поднос вырвался из рук проходимца и плюхнулся на угли, взметнув в воздух тучу золы и пепла.
– А‑а‑апчхи! – оглушительно чихнул Стив.
– Ну, что там? Гусь? – азартно спросил король, протирая заслезившиеся от пепла глаза.
– Вот, не думал, Ваше Величество, что в ваших лесах водятся летающие кабаны.
Туча пепла осела, и все увидели на подносе массивную кабанью тушу.
– До вашего приезда, барон, у меня такие не водились, – честно признался король, пытаясь выволочь поднос из камина. Слуги тут же кинулись ему на помощь.
Принцесса Лили не поленилась встать из‑за стола, подойти поближе и потыкать в дичь пальчиком.
– Да он же жареный, – удивилась она. – И вообще, как кабаны могут летать?
– Ветряные потоки так закрутили стрелу, – пояснил неунывающий авантюрист, – что пробегавшего мимо кабана затянуло в трубу, он опалился, прокоптился, и вот результат: кабан с яблоками!
Принцесса присмотрелась. Кабан был действительно запечен вместе с яблоками.
– А яблоки откуда?
– Наверное, подкормился, когда мимо яблони пролетал. Так, быстренько королевскую добычу на стол. – Стив начал давать слугам ценные указания, спеша предотвратить неудобные вопросы. – Не пора ли нам отпраздновать коронацию?
Придворные дружно застонали.
– Ваше Высочество, за стол! – Стив подхватил под руку принцессу. – Хочу познакомить вас с фрейлиной моей жены…
Лицо принцессы сразу стало кислым.
– Так вы женаты, барон.
– Не волнуйся, доча, – пропыхтел сзади Эдуард II, – разведем. Если он тебе нравится, бери!
– Ваше Величество, – переполошился Стив, – не потяну я такую должность! На головушку слабоват немного, если по нему даже чайным сервизом – все, хана! Вот мой бард здоровьем не обижен, вы только посмотрите на его стать! – Ленон расправил плечи. – Он сегодня, кстати, будет вас утешать, Ваше Высочество.
– Договорились, – принцесса сердито поджала губы. – Срочно заменить всю фарфоровую посуду на чугунную, – распорядилась она, поворачиваясь к слугам.
Лицо Ленона вытянулось.
Пока Стив вел милые задушевные беседы с наследницей престола, пытаясь достойно прорекламировать сына бурмундского короля, Собкар, незаметно выскользнув из трапезной, взобрался на последний этаж, проскочил чердак и вылез на крышу. Около каминной трубы сидели гномы, что‑то неспешно занюхивая рукавом.
– Следующего кидать? – гномы встали и схватились за олений окорок.
– Куда? – дернулся к ним Собкар, но было уже поздно.
Окорок полетел в каминную трубу.
– Если еще раз на работе хоть грамм… – поднес им кулак к носу бывший капитан тайной полиции Бурмундии. – Тс‑с‑с… – он приложил ухо к трубе.
– Какой удачный был выстрел, Ваше Величество! – донесся до него сердитый голос Стива. – Одним ударом сразу двух! Этого лося наверняка рикошетом посекло. Но если в камин еще хоть что‑нибудь свалится, я тому, кто стрелы замагичивал, кое‑что очень важное для продолжения рода с корнем оторву… Петри, девочка, не надо подливать принцессе вино и убери руку с ее коленки, и не надо уговаривать ее мерить наряды моей жены. Зачем возбуждать у твоей новой подружки нездоровую зависть? Так, что за дела? Отцепись от Вэлэра! Он вообще на службе.
Собкар понял, что шефу приходится туго, и понесся ему на помощь, устаканивать ситуацию…

15

Тот ли завтрак, то ли обед с грехом пополам закончился, и взмыленный Стив удалился в свои апартаменты. Его дружная команда сгрудилась вокруг него в ожидании дальнейших распоряжений. Там были все, кроме Петри, которую Лили забрала с собой. За судьбу принцессы Стив был относительно спокоен, так как довольно непрозрачно намекнул фрейлине своей жены, что если через девять месяцев у принцессы возникнут проблемы, то у Петри возникнут такие же. Петруччо, покосившись на внушительную фигуру Ленона, намек понял правильно. Зная искусство обращения с ножами циркача, юноша даже был рад, что в его лице Лили получила дополнительную охрану.
– Итак, – отдышавшись сказал авантюрист, – до вечера у нас есть еще часов шесть. Подготовиться к выступлению успеем. Займемся политикой. Объединим, наконец‑то, государство Бурмундское с Нурмундским. Ленон, настал твой час. Будем репетировать. А вы, господа… – Стив обвел внимательным взглядом свою команду, – пока все в разбежку. Отдыхайте, а к вечеру все сюда! Кот, задержись. Для тебя есть отдельное задание. Язык у тебя неплохо подвешен, да и стать подходящая, доверие внушает.
Все, кроме Ленона и Кота, удалились.
– Сейчас быстро шуршишь по дворцу и делаешь сногсшибательную рекламу нашему барду.
– Это еще зачем? – заволновался Кот, у которого были совершенно другие планы на этот день.
От юноши это не ускользнуло.
– Ничего ты не понимаешь в шоу‑бизнесе. Если хорошо подготовить аудиторию, внушить ей, что их ждет замечательное представление, на котором для них будет петь лучший бас… Ленон, у тебя что, бас или тенор?
– А х‑х‑хрен его знает, – отстучал зубами принц, которого откровенно трясло перед столь ответственным выступлением.
– Короче, и то, и другое. Лепи всем, – вновь повернулся Стив к Коту, – что перед ними выступит юное дарование с уникальными вокальными данными. Звуковой регистр – от баса до сопрано. Профессионалы как услышат, сразу падают…
– От смеха? – потребовал уточнения Кот.
– От зависти! – рявкнул на него Стив. – И не вздумай во время рекламной акции промышлять! Чтоб ни с одного графа, маркиза и барона не было снято ничего!
– А с баронесс, графинь…
– Тем более! Чтоб в радиусе ста метров от дворца за это время ни одной кражи не было!
– Шеф! Ну, дай хоть принцессу сворую! Чего вообще мы здесь паримся? Лили под рукой, Вэлэр тоже, объясняем ему, кто есть кто, принцессу в охапку, и валим в Бурмундию…
– …по трупам, – прервал излияния воришки Стив. – Ее‑то Вэлэр вытащит, а ты про нас забыл? А про Нурмундию? Про заговор с целью свержения Эдуарда II? А такое имя, как Муэрто, тебе ничего не напоминает?
Кот вжал голову в плечи, признавая правоту шефа, и ринулся выполнять задание. Он выполнял его так энергично и рьяно, что задолго до вечера весь замок уже знал, что их ждет незабываемое шоу, и начал переселяться в северную часть дворца поближе к окнам, выходящим в парк, где и должен был произойти концерт. А произойти он должен был под балконом, который на это время превратится в царскую ложу.
Сообразив, что сэкономил как минимум два часа, воришка решил их потратить с пользой для дела, сиречь для себя родного. Вынырнув из дворца, он честно отмерил от него сто метров и начал озираться. Справа от него была конюшня, из которой слышалось фырканье лошадей, слева аккуратная, мощеная полукруглыми булыжниками дорожка убегала куда‑то вглубь парка.
– Угу, то, что нужно. – Кот нырнул в стойло, отнял у ближайшей лошади мешок овса, увернулся от копыта возмущенной кобылы, вытряхнул на нее в отместку содержимое отвоеванного мешка, и удалился, запихивая добычу за отворот камзола.
Все‑таки чутье у воришки было отменное. Дорожка вывела его прямо на семейное кладбище рода Честеров. У входа в склеп честно бдил, храпя во всю глотку, королевский охранник, развалившись в зеленой траве. Вскрыть склеп такому профессионалу как Кот не составляло никакого труда. Скользнув внутрь, он сдернул со стены факел, чиркнул кресалом и аккуратно прикрыл за собой дверь. Лестница, уходящая вниз, привела его в целую анфиладу подземных залов, комнат и галерей. Каждый зал и каждая комната были усыпальницами. В каждом из них стоял симпатичный каменный саркофаг, на стенах висели истлевшие гобелены, а на гобеленах было развешано такое количество самого разнообразного вооружения, что Яшка Лимончик закатил глаза от восторга. Приблизив факел поближе к добыче, он увидел, что не ошибся в своих расчетах. Рукояти кинжалов, мечей, шпаг и рапир были инкрустированы такими брюликами, что воришка аж застонал в экстазе.
– Это я удачно зашел…
Кот энергично принялся за дело. Время поджимало, так как в его распоряжении было уже меньше двух часов, а работы здесь был непочатый край. Отнятый у лошади мешок скоро был забит воришкой доверху. Неунывающий жулик пристроил свой факел в специальный паз на стене, выбрал гобелен попрочнее, сорвал его, намериваясь соорудить из него еще одну емкость… и замер. Под гобеленом скрывалась дверь. Тайная. То, что она тайная, Кот понял сразу: за каким чертом иначе ее маскировать гобеленом? Значит, там хранится самое ценное. Перед мысленным взором Гересского вора возникла огромная пещера, забитая золотом и драгоценными каменьями под самые своды.
– Вот она, фортуна! – возликовал Кот, – я знал, она не подведет!
Воришка выудил из кармана связку отмычек и начал азартно ковыряться в замочной скважине. Прошло пять, десять, двадцать минут…
– Да как же так!
Скинув камзол, Кот стер пот со лба и вновь накинулся на неподатливую дверь. Это был первый случай в практике воришки, когда замок не поддавался его усилиям, и он воспринял его как вызов. Его профессиональная гордость была ущемлена. Еще через полчаса он вынужден был признать свое поражение, со злости долбанул по двери ногой, и… она открылась.
– Тьфу! – смачно сплюнул воришка, сдернул со стены факел, подхватил мешок и влетел вместе со всем своим хозяйством внутрь. – Облом.
Помещение куда он попал, больше напоминало рабочий кабинет какого‑нибудь стряпчего, чем сокровищницу. Правда, чернильница на столе была из чистого золота, а вот перо, которым водил по пергаменту сидевший за столом крепко сбитый, коренастый мужичок было совсем плохое, истлевшее, как и одежда самого «стряпчего». Незнакомец медленно поднял голову, и уставился на воришку.
– Привет, – жизнерадостно сказал ему Кот, – я тут новенький, меня прибраться послали, а то тут столько грязи, столько грязи… – воришка скинул мешок на пол, вытащил из кармана чистый батистовый платочек и начал деловито протирать им стол. – А вы кто такой?
«Стряпчий» молча встал из‑за стола, подошел к двери, выглянул наружу, щелкнул пальцами, заставив все факелы на стенах усыпальниц разом вспыхнуть, и убедился, что там действительно чисто. Причем полностью чисто. Оружие со стен исчезло.
– Хорошо убираетесь.
– Так кто вы такой? – переспросил Кот, продолжая полировать стол.
– Родовое привидение, – мило улыбнулся «стряпчий», явив сразу спавшему с лица воришке ряд почерневших от времени, но, тем не менее, по‑прежнему очень острых зубов, – а заодно и родовое проклятие рода Честеров.
Родовое проклятие двинулось на Кота.
– Очень приятно, а вот зубки на ночь надо чистить.
Сам не сознавая, что делает, Кот шаркнул уже довольно грязным платочком по зубам привидению, естественно, промазал (рука прошла насквозь), неприлично взвизгнул, схватил свой мешок и бросился наутек. Следом с воем неслось привидение. Чуя, что его нагоняют, Кот начал «отстреливаться» на бегу всем, что попадалось ему под руку. А под рукой у него ничего, кроме мешка с прихватизированным оружием, не было. Оно‑то и пошло в ход. И, что интересно, это помогло!
Кот не знал, что первый король из рода Честеров, чей бесплотный дух в данный момент несся за ним, был колдуном, а многие предметы, хранившиеся в склепе, были магические. Кое‑что свободно пролетало сквозь призрачное тело родового проклятия, а кое‑что честно застревало в нем, и бесплотный дух начал терять нематериальность. Это тормозило движение привидения. Бежать ему становилось все тяжелее, а Коту все легче, так как мешок его худел с каждым очередным броском, и, судя по отборной ругани привидения, броском удачным. Бедному духу было больно. Одним словом, к тому времени, когда Кот вылетел из склепа, дух, выскочивший за ним, имел довольно устрашающий вид. В нем сидело как минимум шестнадцать кинжалов, с десяток мечей и столько же шпаг. Короче, он очень походил в тот момент на ощетинившегося дикобраза. Кот, понимая, что усмирить взбесившееся привидение под силу лишь его шефу, ворвался во дворец и понеся по пустынным галереям в сторону апартаментов Стива, удивляясь: куда же подевались все придворные и дворцовая челядь? Ему было невдомек, что это сработала его собственная реклама. Все уже заняли места у окон, в ожидании представления.
А в это время Собкар, пользуясь отсутствием лишних глаз и ушей, крался в сторону апартаментов мадам Клико, решив, что пора получить отчет у своей связной о проделанной работе и о последних событиях в Нурмундии. Он прекрасно понимал, что в новом обличии она его не опознает, но у него был пароль. Он еще не знал, что следом за ним крадется Вэлэр, довольно профессионально держа приличную дистанцию. Вампир собирался попросить знаменитую предсказательницу погадать на подозрительного барона фон Эльдштайна и, заметив одного из членов его свиты, который двигался в ту же сторону, естественно, начал следить за ним.
Собкар подошел к апартаментам предсказательницы и осторожно постучал в дверь.
– Кто там? – До чутких ушей Вэлэра донеслось шарканью ног: мадам Клико пошла открывать, не дожидаясь ответа.
Вэлэр осторожно выглянул из‑за угла, и глаза его полезли на лоб. Дверь в апартаменты предсказательницы начала открываться, а в руках явного уголовника, каким выглядел в своем новом обличии Собкар, внезапно появился кинжал! Вампир догадался, что барон фон Эльдштайн, боясь разоблачения со стороны знаменитой предсказательницы, послал к ней наемного убийцу! И, вероятно, не одного! Откуда‑то с другой стороны коридора слышался дробный топот ног, отборный нурмундский мат и испуганные вопли. Ему было невдомек, что именно эти звуки и заставили бывшего капитана тайной полиции Бурмундии схватиться за нож. Жанэр сразу понял, что Кот опять во что‑то вляпался, и, судя по воплям, без драки на этот раз не обойдется.
Вэлэр не стал тратить время на битье кулаками себя в грудь, а просто ринулся вперед спасать любовницу нурмундского короля. Разумеется, в облике летучей мыши он достиг бы цели скорее, но времени на превращение у него не было. Наивная мадам Клико уже открывала дверь, а убийца стоял рядом с поднятым для удара ножом!
Вэлэр опоздал. Первым достиг «наемного убийцы» истошно вопящий Кот, который вывернул из‑за поворота.
– Тикаем!!!
Воришка ударом ноги захлопнул перегородившую дорогу, уже практически открытую дверь, отправив мадам Клико в полет внутрь своих апартаментов отдельно от тапочек, схватил за шиворот Собкара, поволок его за собой, и только тут они увидели мчащегося на них вампира. Кот не растерялся и с размаху саданул Вэлэра мешком. Так бы оно ничего: этот удар для существа, обладавшего мощью вампира, был не опасней комариного укуса, но в мешке‑то были магические артефакты! Да и зарядил воришка не по голове, а совсем по другому месту.
– Ну, ты и га‑а‑ад!!! – Пока вампир разгибался, «наемных убийц» уже и след простыл, но уж третьего их подельщика он не пропустил и со всей своей вампирьей дури зарядил ему в лоб.
Раздался нечеловеческий вой. Практически ставшее материальным привидение с такой силой врезалось в противоположную стену, что на пол посыпались все магические артефакты, заброшенные в него Котом. Дух мгновенно стал бесплотным и, вопя что‑то нелестное в адрес своих потомков, допустивших в родовое имение вконец обнаглевших жуликов и мерзопакостных воров, унесся обратно в склеп.
Всю эту сцену видел дворецкий, успевший прибежать на шум. Он с выпученными глазами застыл, как изваяние, и чуть не рухнул в обморок, когда мимо него пронесся дух, спасающийся паническим бегством от придурков, заполонивших его родовой замок.
Вэлэру было не до дворецкого. Он посмотрел на груду магического оружия, лежащего у его ног, потряс головой и только после этого осторожно приоткрыл дверь в апартаменты мадам Клико. Она сидела на полу, изучая бессмысленным взглядом пространство. На лбу предсказательницы набухала огромная шишка.
– Жива… – Вэлэр подобрал оружие и рванул вслед за привидением. Уж этого подельника барона фон Эльдштайна он не упустит…

16

Когда Осель вернулся в опочивальню Стива, тот все еще уламывал Ленона. Бард откровенно праздновал труса.
– Да что с тобой произошло? – уже начинал кипятиться Стив. – Ты ж с «Детьми цветов» такие дикие хиты орал, а тут куксишься!
– Там будет Лили, – чуть не плакал гигант, – а у меня голос пропал, и слов я не знаю…
– Не знал да забыл, – прошипел Стив. – Голос мы тебе поправим. Жри!
– Так в глотку уже не лезут!
– Мажь голосовые связки, гад!
Стив разбил очередной десяток яиц в кубок и заставил Ленона вылакать его до дна. Судя по валяющейся вокруг скорлупе, бедолага слопал уже как минимум сотню. Ленон сыто икнул, и в горле у него забулькал гоголь‑моголь. Осель только головой покачал при виде этой картины.
– Теперь насчет слов. Первое‑то хоть, помнишь?
– А то, шестой час уже учу!
– Вот и прекрасно, а потом бормочи все, что твоей душе угодно в такт музыке.
– Что бормотать‑то? – испуганно выпучился на Стива Ленон.
– Говорю тебе: все что угодно! Бла‑бла‑бла… и так далее, понял?
– Что ж это за песня будет?
– Изумительная! Успех я беру на себя. Публика будет рыдать от умиления!
– Он сможет, – подтвердил Осель.
– Что сможет? – перевел на него глаза Ленон.
– Заставить рыдать, – пояснил Осель. – Так что ты лучше не возражай, а то потом больно будет.
В комнату вломились запыхавшиеся Кот и Собкар.
– Все, шеф, хана! – обрадовал начальника Кот, торопливо заталкивая наполовину пустой мешок под кровать Стива.
– Что там еще случилось? – нахмурился юноша.
– Родовое привидение про…
Договорить воришка не успел. За окном послышалось пение. Команда Стива недоуменно переглянулась и ринулась к окну. В парке, перед балконом прекрасной принцессы Лили, стояла долговязая фигура, закутанная в черный плащ, и терзала слух венценосных особ какой‑то заунывной песней, бренча на мандолине. Лицо певца скрывала черная маска, и широкополая шляпа того же колера. Мандолина звучала как‑то странно. Каждая струна отзывалась на прикосновение, как целый оркестр.
– Ленон, твою мать! – прошипел Стив. – Пока ты здесь нам мозги полоскал, там какая‑то сволочь под тебя работает! Ты хоть понимаешь, что прямо на глазах нашу принцессу уводят?
– За мной! – взревел Ленон и вылетел из апартаментов Стива первый, чуть не снеся по дороге дверь вместе с косяком. Он несся по коридорам, размахивая свой гитарой, как дубинкой, и Стиву стоило большого труда догнать его на выходе. Пока команда Стива неслась наперегонки, к «театральным подмосткам», дабы набить морду наглецу, покусившемуся на лавры Ленона, прекрасная принцесса Лили со своей новой разбитной подружкой Петри приготовились развлекаться по‑своему. Слуги заблаговременно вынесли на балкон груду кухонной утвари. К огромному неудовольствию Лили, чугунными были только сковородки и котелки. Вся остальная посуда была фарфоровой. Петри сумела утихомирить ее гнев, популярно объяснив, что чугунных чашек и тарелок на королевской кухне днем с огнем не сыщешь, а за столь короткий срок даже гномы вряд ли успеют создать чугунное творение достойное ручки наследницы нурмундского престола. Эдуард II, сидевший тут же на балконе рядом с дочкой, на щебет девушек внимания не обращал. Его гораздо больше волновало отсутствие мадам Клико, и он уже собирался послать за ней, как на балкон вышел его телохранитель вместе с предсказательницей. Осторожно усадив до сих пор пребывающую в трансе фаворитку рядом с королем, вампир начал озираться в поисках барона фон Эльдштайна и его друзей. Теперь он не сомневался, что это заговорщики, готовящие покушение на членов царской семьи и наверняка пособники Муэрто. Кроме обещанного певца, заливавшегося соловьем под балконом, ни одного человека барона вокруг он не обнаружил, но ему и барда хватило за глаза. Схватив из общей кучи кухонной утвари увесистую сковородку, вампир со всей мочи запустил ее в певца, но тот в это мгновение, не переставая петь, сделал какое‑то танцевальное па, и сковородка просвистела мимо. Она финишировала в кустах, там что‑то ойкнуло, и барабаны, которые умудрялся извлекать певец из своей мандолины, смолкли.
Петри сразу сообразила, что это не Ленон и даже не Стив. Ленон был гораздо габаритнее, а на Стиве любая одежда, за исключением монашеской рясы, сразу меняла колер и фасон, обрекая их шефа вечно носить белоснежные наряды.
– Мазила, – упрекнула Петри Вэлэра. – Смотри, как надо!
Красавица сгребла сразу кучу тарелок и веером пустила их в полет. Певец опять сумел увернуться, и фарфоровые снаряды зашуршали по кустам.
– Уй!
– Е‑мое!
– Мама!
Каждый такой вопль из кустов сопровождался затуханием одного из инструментов. Принцессе это понравилось. По примеру своей новой подруги, она тоже приступила к прицельному бомбометанию. Певец, проявляя чудеса ловкости, уворачивался, снаряды попадали в кусты, и скоро оркестр смолк окончательно. Только тут стало ясно, что на мандолине струн не было вообще. Они были нарисованы. Артист чиркал рукой по голой деке, наугад тыкая пальцами в лады. Придворные, наблюдавшие за представлением, разразились возмущенными воплями, а разгневанная принцесса, подхватив сковородку поувесистей, принялась целиться в певца, который упрямо продолжал вопить свою арию.
– Ваше Высочество, – дернула ее за руку Петри, – лучше во‑о‑он в те кустики шмальните. Не пожалеете.
Лили послушалась, запустила свой чугунный снаряд в указанном направлении и попала. Из кустов выпало чье‑то тело, и наступила тишина. «Артист» не сразу осознал, что остался без группы поддержки, и еще некоторое время по инерции продолжал разевать рот.
– Фальшивка!!! – радостно завопила Лили.
– Под фанеру поет! – не менее радостно поддержала принцессу Петри, сунула два пальца в рот и оглушительно свистнула, открывая великую травлю. – Бей гада!
И тут не только с балкона, но и из других окон дворца в певца полетели снаряды. Самые разнообразные: от цветочных горшков до ночных, да еще и со всем содержимым. Певец, бросив мандолину, кинулся наутек. Если бы не Петри, сволочь бы ушла. Но недаром циркач пробивал ножом мелкую монету на лету. Его сковорода догнала неудачливого артиста на излете уже практически в кустах. Звонко шмякнув по затылку, чугунный снаряд сорвал с «певца» шляпу вместе с маской, и все увидели, что в кусты падает не кто иной, как сам Велингрок. Петри сразу сообразила, что лорд сделал еще одну отчаянную попытку завоевать сердце принцессы, и на законных основаниях сесть на трон. Заказ на короля в случае удачи можно и отменить, вернее, отложить на неопределенное время. Вряд ли Велингрок будет ждать естественной кончины державного.
– Ой, девочки, – заволновался Эдуард II. – Я, конечно, не против ваших детских шалостей и забав, но нехорошо как‑то получается. Все‑таки лорд…
– А пусть под фанеру не поет, – тряхнула белокурой головкой Петри.
– Да! – воинственно согласилась Лили и взялась за очередную сковородку, увидев новую цель.
Глаза Вэлэра вспыхнули зловещим огнем, и он тоже подцепил огромный чугунок. Это на горизонте нарисовались барон фон Эльдштайн со своим бардом. Петри схватила принцессу за руку.
– Ваше Высочество, пусть сначала хоть куплет промычит, а уж потом…
– Пусть мычит, – смилостивилась принцесса, и Вэлэр, обрадовавшийся было возможности прямо тут на месте покончить с подозрительным бароном, с сожалением поставил чугунок на место.
– Господа! – привлек к себе внимание Стив, подняв руки кверху. – Прошу прощения, но беспардонное поведение злобных конкурентов ввело вас в заблуждение. Пока наш бард готовился к выступлению, какие‑то весьма далекие от искусства типы попытались присвоить себе его лавры и сорвать наш концерт!
Велингрок что‑то гневно промычал из кустов и по‑пластунски покинул проигранное поле музыкального боя.
– Мой бард, – продолжал разливаться соловьем юный авантюрист, – путешествовал по многим странам. Был в Бурмундии, в Нурмундии, в Ничейных Землях, где орки и тролли творят непотребства ужасные, был даже в далекой заокеанской стране, отделенной от нас зоной бурь и ветров, – в Великой Британии. Ему очень понравились песни этой далекой страны. Петь он будет, сами, понимаете не по‑нурмундски, но не волнуйтесь, я переведу!
Все волнения остались позади. Ленон решительно ударил по струнам и запел:
– Yesterdey, бла‑бла‑бла‑бла‑бла‑бла‑бла‑а‑а, бла, бла‑а‑а…
– Господа, – начал переводить Стив, – эта песня рассказывает, как принц далекой страны влюбился в юную принцессу соседнего государства. Они были помолвлены, но он счел недостойным брать принцессу в жены, используя только свое высокое положение в обществе.
Бла‑бла‑бла‑бла‑бла‑бла‑бла‑а‑а, бла, бла‑а‑а…
– Он захотел завоевать ее сердце, чтоб она отозвалась на зов не принца, а человека, страстно любящего ее. Да, принц был влюблен, хотя видел предмет своей любви только раз в жизни, на портрете, присланном ему соседним королем. Днем принцесса на портрете сияла, как солнце! Ночью она, как яркая луна, затмевала звезды на небосклоне!
Зрители слушали монолог пройдохи под бессмертные звуки Битлов, открыв рот. Даже Ленон заслушался, и если бы Стив не толкнул его в бок, он пропустил бы очередную порцию бла‑блаканья.
– Бла‑бла‑бла‑бла‑бла‑бла‑бла‑а‑а, бла, бла‑а‑а… – еще жалостливее завопил гигант, давая Стиву возможность продолжить перевод.
– И он покинул родной дом, и пошел странствовать по свету. Он голодал, замерзал, – с патетическим надрывом продолжил аферист, – но упорно шел вперед, собирая песни и пляски народов этого грешного мира, в надежде очаровать ими принцессу. Не сразу он достиг высот мастерства, а когда достиг, сколотил труппу артистов и пошел покорять сердце своей принцессы. По дороге они давали представления, успех его рос, но враги не дремали. Они заколдовали его так, что внутри, он как был, так и остался все тем же любящим принцем, а снаружи тюфяк тюфяком! – простер руки Стив в сторону Ленона. – Деревенский дебил!
Пройдоха так растрогался от своего перевода, что даже всхлипнул от избытка чувств. Увлеченные представлением, они не заметили, что шаг за шагом все ближе и ближе подходят к балкону. Придворные, вконец растроганные этой мыльной оперой, уже рыдали навзрыд, а принцесса так перегнулась через перила, пытаясь рассмотреть певца, что сковородка в ее руках перевесила, и она вместе с ней полетела вниз.
Бла‑бла‑бла…
– Хватит блакать! Лови свой шанс, придурок, – вырвал из его рук гитару Стив, и толкнул певца навстречу его счастью.
Принцесса плюхнулась в руки Ленона, ее сковородка звонко шлепнула барда по голове, затем, рикошетом, до кучи и саму ее, а в результате они вместе, не разжимая объятий, рухнули на землю.
– Дамы и господа, – обеспокоенно сообщил Стив, – песня оказалась печальной. Она бросилась в море, он за ней, и их накрыло одной волной.
– А‑а‑а!!! – раздался нечеловеческий вопль Вэлэра. – Не уследил!!! Все, барон! Ты – мой кровный враг! Ты – не жилец!
Однако Стиву было в тот момент не до Вэлэра. Он откинул в сторону сковородку, накрывшую его друга и Лили, и все увидели, что принцесса жива. Она страстно целовала барда, который лежал под ней с блаженной улыбкой идиота.
Зрители взревели от восторга.
– Какая песня! Какая любовь!

17

Это была очень беспокойная ночь. Свет горел не только в покоях Лили, где Петри и мадам Клико пытались удержать принцессу от непродуманных действий: она рвалась к возлюбленному, пленившего ее своим бла‑бла‑блаканьем, – но и в апартаментах Стива, где с огромной шишкой на лбу на кровати шефа лежал Ленон. Рядом со сковородкой наготове стоял Кот, готовый приголубить его еще раз, если он опять начнет рваться к покоям Лили. Гномы на всякий случай приковали гиганта к кровати, но особых надежд на цепи не возлагали, учитывая габариты влюбленного джигита. На этом ночном совещании присутствовали и эльфы, на которых Стив возлагал особые надежды. Возникла проблема, которую надо было срочно решить. Король категорически отказался выдавать свою дочь за бла‑бла‑барда, а тот теперь и рад бы признаться, что является принцем Леноном, но кто ж ему, деревенскому увальню, поверит? И эльфа из клана Непримиримых под рукой не было ни одного. Принц был безутешен.
– Где Велингрок собирается проводить охоту? – начал экстренное совещание Стив.
– Егеря отправились к Белым Камням, – четко доложил Собкар, добровольно взявший на себя функции начальника разведки и контрразведки при скромной особе шефа.
– А что там, у Белых Камней?
– Там сразу за лесом начинается поле, – включился в разговор эльф. – После того как егеря загонят дичь, охотники ее на конях преследуют и добивают на этом поле.
– Вы сможете там работать?
– Как? – пожал плечами эльф. – Там же спрятаться негде. Можно, конечно, применить магию, но любой приличный маг тут же почует ее, я уж не говорю о Муэрто.
– Ясно. Значит, к Белым Камням мы не пойдем. Какие еще места есть?
– Ну, севернее есть подходяще местечко, – задумчиво тронул подбородок эльф. – И тропку для кареты делать удобно, и чащоба такая, что целый полк схоронить можно. Только там топи рядом, да и лес нехороший. Живности практически нет.
– Где это место? – оживился Стив.
– У Черной Скалы.
– Осель, завтра намекни Велингроку, что на этот раз лучше охотиться у Черной Скалы.
– Да ты что, шеф! – взволнованно взмахнул сковородкой Кот. – Мне кореша говорили, что там вообще охоты нет.
– Кореша – это браконьеры, что ль? – усмехнулся Стив.
– Ну да.
– Осель, передашь Велингроку, что охота у Черной Скалы будет такая, что клиент забудет обо всем. Это я гарантирую.
Юноша пальцем поманил к себе эльфов поближе, и что‑то азартно им зашептал.

* * *

Наутро, после легкого завтрака, Эдуард II и его многочисленные гости собрались приступить, наконец‑то, к главному – королевской охоте. Ржали кони, где‑то вдалеке тявкали собаки, кавалеры подсаживали дам на лошадей, лихо вскакивали сами в седло, и гарцевали, подкручивая усы, красуясь перед прекрасной половиной человечества. К началу охоты подоспел и изрядно припозднившийся герцог Ламейский, дворец которого месяц назад капитально обчистил мэтр Труссарди со своей дочкой Лизеттой.
– Эгей! Твое Величество! – радостно прогудел он, спрыгивая с коня.
– Куда ты запропастился, кузен? – обнял его король.
– Пришлось разобраться кое с кем по дороге. Какие‑то хамы пытались меня задержать! Подорожную требовали. Ты представляешь? Уменя требовали подорожную!
– Кошмар! И ты им показал?
– Еще как! Два дня за ними гонялся.
– Догнал?
– Не всех, – с сожалением вздохнул герцог. – Но те, кого догнал, надолго запомнят герцога Ламейского.
– Как они выглядели? – настороженно спросил лорд Велингрок, только что вышедший из дворца.
– Какое‑то быдло в кожанках. У них на обшлагах еще такие молнии нашиты, желтенькие. Мы СС, – орали, – мы имеем право! Ну, мои люди им права и зачитали, – герцог удовлетворенно почесал свой могучий кулак.
– Герцог, как же так! – возмутился лорд. – Это были люди из Агентства Нурмундской Безопасности. Элитные отряды Службы Самому. Они имеют право проверять документы у всех без исключения!
– Не понял, – начал багроветь король. – И у меня тоже?
– Ну… – растерялся Велингрок.
– Кто дал им такое право!!?
– Вы сами, Ваше Величество. Помните, месяц назад я выразил озабоченность положением на наших границах, и вы лично подписали указ о создании новой службы и наделили их особыми полномочиями. Я как канцлер вынужден был пойти на эти меры…
– Знаете, лорд, до вашего назначения канцлером никакие особые полномочия никому не требовались, – рявкнул король. – После охоты мы вернемся к этому разговору. А сейчас коня! Мне не терпится кого‑нибудь подстрелить!
– Ваше Величество, – подкатился к нему Стив, – о каком коне может идти речь? Это же королевская охота! Извольте в мой экипаж. Там уже и арбалеты, и стрелы замагиченные, и все остальное… что нужно.
Король оглянулся. Из окошка бронированной кареты, за ночь подготовленной гномами для задуманной Стивом операции Эдуарду II приветливо махали ручками Петри и мадам Клико.
– Как же я забыл! Новые методы охоты! – оживился король и полез в карету.
– Ваше Величество, – заволновался Вэлэр, поглядывая на гарцующую на коне принцессу, – если вы разделитесь, я не смогу защитить одновременно и вас, и вашу дочь.
– Так какие проблемы, граф? – весело спросил Стив, – в карете места всем хватит – и вам, и принцессе. Поехали!
Герцог Ламейский удивленно смотрел на юного пройдоху.
– Эдик, это кто? – забыв про этикет, вопросил он короля.
– Ах, да, забыл вас познакомить, – откликнулся король изнутри кареты. – Барон фон Эльдштайн. Наша недотрога обзавелась, наконец‑то, мужем. Отличный парень! Хочешь поохотиться по его методу?
– Не, я по старинке, – прогудел герцог Ламейский, вскакивая обратно на коня.
Стив подошел к принцессе, озиравшейся со своей лошади. Глаза ее шарили по лицам придворных, выискивая кого‑то.
– Где ваш бард, барон? – нетерпеливо спросила она.
– Мои люди всегда со мной, – вежливо поклонился ей Стив и сделал приглашающий жест в сторону кареты.
Лили вспыхнула, зарделась и позволила снять себя с лошади. Вэлэр тихо зарычал, довольно неделикатно оттеснил Стива от принцессы и лично сопроводил ее в карету.
Стив не стал даже внимания обращать на столь откровенное хамство. Главное, принцесса была уже рядом с Леноном, а на остальное ему было наплевать. Так, теперь дело за Оселем. Юноша повел бровью в сторону Велингрока. Бывший монастырский послушник, едва заметно кивнул головой и подошел к лорду.
– Куда едем охотиться? – равнодушным тоном спросил он.
– К Белым Камням.
– Планы меняются. Едем к Черной Скале.
– Да какая ж там охота?
– По моим данным, охота будет такая, что клиент забудет про все… навечно…
Велингрок кинул острый взгляд на «наемного убийцу» и возликовал. Кресло под ним уже шаталось, и уверенность наемника его отменно порадовала.
– Понял. Меняем маршрут.
Видя, что дело на мази, Стив поспешил в свою карету.
– Трогай, – крикнул он кучеру, запрыгивая внутрь.
Велингрок мельком глянул внутрь, и расплылся в довольной улыбке. Кроме набычившегося на барда короля, в карете сидели мадам Клико, Петри, сам барон и еще одна явно уголовная личность для особых поручений при особе барона.
– Это меняет дело. Если не тот, так другой за меня поработает, – пробормотал он. – Даже лучше, если это будет барончик. На него все и свалим… после того как завалим. За мной!!! – завопил лорд. – Барон фон Эльдштайн обещал изумительную охоту у Черной Скалы! Охота на этот раз будет по великобритански!
Кот, выполнявший в этой тонкой операции обязанности кучера, подхлестнул лошадей.
Видя, как недобро покосился Эдуард II на Ленона, Стив тут же взялся за дело.
– Ну, Ваше Величество, по первой? За охоту?
Король опасливо оглянулся на дочь.
– Ваше Величество, – шепнул ему на ухо Стив, – я все предусмотрел. Пока ваша дочь глазами пожирает моего барда, мы с вами все успеем. А когда они уже… он нам еще и споет!
Пока король обдумывал двусмысленность этой фразы, Стив уже набулькал ему полный рог гномьей водки.
– Ну, Ваше Величество, по первой, и под рукавчик.
– А это как? – заинтересовался король.
– Показываю.
Стив одним махом опрокинул в себя содержимое своего рога, которое мгновенно превратилось в слабое эльфийское вино, и смачно занюхал рукавом.
– Старый британский обычай, – шумно выдохнув, сообщил он.
– Здорово! – Король еще раз покосился на дочь, но та внимания на него не обращала. – Попробуем.
Эдуард II повторил подвиг Стива.
– Могём, Ваше Величество, – восхитился юноша.
– А то! – свел глаза в кучку король, и тоже занюхал рукавом, после чего украдкой смахнул слезы и задумчиво уставился в потолок.
Собкар посматривал на напряженного Вэлэра, который подозрительно косился то на Стива, то на него, то на Ленона. Жанэр решительно не понимал шефа: чего он темнит? Не пора ли намекнуть Вэлэру, что здесь все свои? А то не дай Бог, испортит гениальный план шефа!
Бывший капитан тайной полиции Бурмундии не спеша зарядил арбалет, посмотрел в глаза вампиру и очень прозрачно намекнул, направляя его на Вэлэра.
– Осина, – ласково сказал он, нежно поглаживая арбалетную стрелу.
Вампир начал стремительно бледнеть. Выпасть в осадок он не успел, так как именно в этот момент короля потянул на подвиги: заработала гномья водка.
– Арбалет, – потребовал он.
Собкар послушно сунул ему в руки оружие.
– Ну‑с, и где наша дичь? – вопросил король, наводя арбалет на Ленона.
Тут уж побледнела вся команда Стива. Один Ленон безмятежно смотрел на принцессу, ничего не замечая вокруг.
– Ваше Величество, – Стив торопливо задрал арбалет короля вверх, – давайте начнем сначала с более мелкой дичи.
В этот момент по крыше кареты что‑то дробно отстучало.
– Дятел, – обрадовался король. – Ща я его навскидку.
– Нет проблем, Ваше Величество, – Стив открыл боковое окно. – Мы как раз уже доехали.
Юноша незаметно дернул сигнальную веревку.
Осель, который ехал за каретой рядом с Велингроком, заговорщицки подмигнул ему, достал рожок и дунул в него. И сразу полетели оборзевшие гуси. А оборзевшие они были по той простой причине, что кто‑то направил их точно на карету, а чтоб не вздумали свернуть, завязал им клюв и глаза. Король успел выстрелить только один раз. Стив, зная, что последует дальше, торопливо прикрыл окошко. Что‑то застучало по карете.
– Что это? – пьяно удивился король.
– Гуси отстреливаются, – успокоил его Стив.
Тут даже принцесса удосужилась оторваться от барда и попыталась высунуться в закрытое окно. Вэлэр торопливо перехватил ее.
– Ваше Высочество, там опасно.
– Уже нет, – успокоил его Стив. – У них стрелы кончились. Пока перезарядят…
Собкар украдкой покрутил пальцем около виска, глядя на Стива. Такой наглости он даже от него не ожидал.
Авантюрист с невозмутимой миной откинул бронированное окно кареты и высунулся наружу.
– Кучно легли, – пробормотал он, освидетельствовав добрую сотню стрел, воткнувшихся в дверцу кареты, из которых половина была эльфийских. – Ай да державный. Это ж надо умудриться в такой ситуации попасть в эльфа.
У Эдуарда II, действительно, был талант. Гуси летели на карету такой кучной стаей, что промазать было просто невозможно, а уж пробиться стреле сквозь этот строй тем более.
– Ну‑с, продолжим, – король начал прицеливаться в закрытое окно.
– Ваше Величество, – Стив торопливо дернул за веревочку. – Ну их, этих уток, может, за зайцами поохотимся?
– А давай!
Стив тут же сунул ему в руки полный рог:
– Ну, за зайцев!
– Опять под рукавчик?
– Теперь под огурчик.
Стив посмотрел на уже покачивающегося короля и соорудил ему огромный бутерброд.
– Странный какой‑то огурчик, – король потянулся занюхивать рукавом.
– Самое то, – возразил Стив, запихивая ему в рот бутерброд и давая в руки огурец.
Пока король закусывал, новая партия дичи была готова. По карете опять что‑то дробно отстучало.
– Задолбали эти дятлы, – возмутился король.
– Не, это зайцы, – успокоил его Стив, открывая окно.
В нем тут же нарисовалась озверелая морда зайца. Его огромные круглые глаза, налитые кровью, выискивали потенциальную жертву.
– Кажется, перестарались, – пробормотал Стив, отоваривая зверя пустой бутылкой по голове. – Стреляйте, Ваше Величество.
Свистнула стрела, и Стив торопливо прикрыл окно. Он это сделал правильно. Накормленные дикой смесью дурман‑травы и конопли, зайцы были полностью отмороженные. Вместо того чтобы удирать, они начали грызть подпруги и колеса кареты, особо кровожадные бросались на людей и коней. Мат вокруг стоял отменный. Охотники отбивались и мечами, и луками, и арбалетами. Если бы эльфы, замаскированные в ветвях деревьев, им не помогли, зайцы бы точно победили. Скоро шум снаружи начал стихать, охотники перевели дух. Не успокаивался только король.
– Так, иде здесь мои зайцы? – промычал он, заряжая арбалет.
– Сейчас организуем, Ваше Величество, – Стив откинул верхний люк и высунул наружу голову.
Кот, сидевший на козлах, повернул голову на звук открывающегося люка.
– Подкиньте еще зайцев.
– Кончились.
– А мне по барабану, организуйте!
– Понял, шеф.
Стив нырнул обратно и стал ждать. Скоро по крыше кареты опять что‑то отстучало.
– Ваше Величество, приготовьтесь, сейчас будем стрелять, но только отмороженные зайцы очень опасны. Загрызут на хрен! Будем стрелять сверху.
Стив вновь откинул люк и высунулся. Рядом появилась голова короля. Они глянули вверх, и у обоих отпали челюсти.
Над ними, раскинув в разные стороны все четыре копыта, парил здоровенный кабан. На брюхе у него красовалась надпись «ОФИГИТЕЛЬНЫЙ ЗАЯЦ».
Стив с королем проводили его взглядом.
– Ну, вы и зайцев откормили в ваших лесах, Ваше Величество, – почесал затылок Стив.
Король от этого зрелища даже слегка протрезвел.
– Куда это он? – спросил он у Стива.
– В гнездо, – ляпнул юноша первое, что пришло в голову.
– А зачем? – Король все никак не мог прийти в себя.
– Птенцов кормить, – последовал гениальный ответ.
– Что‑то мне расхотелось охотиться на зайчиков, – честно признался король.
– Тогда предлагаю поохотиться на кабанов, – сказал Стив и задумался. А вдруг и кабаны уже кончились? Взгляд его упал на изрядно потрепанного гусями и зайцами лорда Велингрока, который подъехал к Оселю, держа в руках огрызок клинка.
– Ну, как вам мои зайчики, – невинно спросил его Осель.
– Хороши. Чуть не загрызли, сволочи. Однако, заказ еще не выполнен!
– Это было предисловие, – успокоил его Осель, – так, чтоб лишних свидетелей разогнать.
Велингрок огляделся. Карета стояла в гордом одиночестве посередине широкой просеки. Снаружи были только он, наемный убийца и кучер.
– А теперь начинается главное.
Стив облегченно вздохнул. Эльфы были запасливые. Они выпустили здоровенного секача – охранника эльфийских лесов. Юноша понял, что пора выпускать Ленона. Не зря же эльфы всю ночь натаскивали кабана на запах принца. По сценарию, кабан должен был пасть у его ног, как только герой окажется перед ним. Этим великий комбинатор пытался убить сразу двух зайцев (естественно, не отмороженных, а фигуральных): обелить «наемного убийцу» в глазах Велингрока и вынудить короля на благодарность за спасение своей жизни. Его гениальному плану сбыться было не суждено. Пока он всей командой отрывал принца от воркующей с ним Лили (Вэлэр старательно помогал им в этом деле), короля потянуло на подвиги, и он лично, королевской дланью откинул люк и засадил арбалетную стрелу в загривок дикого хрюши. Свое неудовольствие кабан выразил отчаянным визгом, от которого заложило уши. Этот визг заставил Стива оставить Лили и оглянуться. Увидев перед своим носом ноги короля, он схватил его за штаны, пытаясь вернуть на место, но не успел. Секач всей своей огромной тушей врезался в карету. Оглушительно завизжали женщины. Карета опасно накренилась. Король от удара вылетел наружу, оставив свои охотничьи штаны в руках ошеломленного Стива. Приземлился король удачно: на все четыре конечности и зарывшись головой в листву. При виде оттопыренного державного зада, прикрытого только алыми трусами, украшенными сердечками, кабан понял, что судьба ему улыбнулась. Велингрок, глядя на происходящее, чуть не начал аплодировать искусству «наемного убийцы». Изнутри кареты до лорда доносились очень приятные для его слуха звуки. Это Ленон и личный телохранитель короля пытались выбраться из огромной кучи‑малы. Выбираться им приходилось из‑под тел и юбок, поэтому из кареты до лорда доносился то отборный мат, то игривое повизгивание. На беду принца, первым выбрался вампир. Он не стал пробираться к выходу, а просто пробил крышу опрокинувшейся кареты и с ходу прыгнул на почти достигшего заветной цели кабана. В пробитое отверстие следом выскочили Стив с Леноном. Выскочили и ахнули.
Кабан, которого эльфы не предупреждали о столь наглом нападении, был в бешенстве. Он, подобно норовистой необъезженной лошади, начал вскидывать задом, пытаясь стряхнуть наездника. Вэлэр, как заправский ковбой, пытался укротить озверевшего хрюшу, трепыхаясь на его спине. Он крепко держался за уши секача, пытаясь с их помощью затормозить и отвести беду от короля, который то ли от шока, то ли от вина, мгновенно заснул в той позе, в какой его приняла земля. Победил все‑таки вампир. Он рванул за уши с такой силой, что они в несколько раз увеличились в размерах.
– Господи, – ужаснулся Стив, – да он из него Чебурашку делает.
Вэлэр заставил кабана встать на дыбы, развернуться на сто восемьдесят градусов, и секач понеся в другую сторону. Оселю, оказавшемуся на его пути, такой подарок был на хрен не нужен. «Наемный убийца» сделал красивый кульбит и улетел в кусты. Конь Велингрока тоже отреагировал вовремя. Взбрыкнув, он скинул наездника и испарился.
Бедный лорд. Никогда в жизни он так активно не занимался спортом. Вэлэр давно уже спрыгнул с взбесившегося кабана, на прощанье завязав ему уши под рылом и таким образом полностью перекрыв бедолаге глаза, но охранник эльфийских лесов с пути не сбивался, уверенно ориентируясь на запах, который от Велингрока шел еще тот! Секач был уверен, что идет на запах родного логова.
Злой, как черт, Стив мрачно оглядел место побоища. Колеса кареты были изгрызены отмороженными зайцами, лежащий на боку экипаж утыкан стрелами, вся упряжь изжевана, а сами лошади исчезли.
– Будем надеяться, зайчики их не догнали. – Стив сердито пнул покореженное колесо. – Хотя на шута они нам теперь сдались? Без капремонта далеко не уедем.
Протрубил рожок. На просеку выехал герцог Ламейский.
– Давно я так славно не охотился, – довольно сказал он, пытаясь с помощью меча разжать челюсти отмороженного зайца, намертво вцепившегося в его седло.
– Слава богу, хоть одному понравилось, – вздохнул Стив.
Из пролома кареты выползала его потрепанная команда, волоча за собой принцессу и мадам Клико.
– Я требую продолжения охоты!
Это слегка пришел в себя и сумел разогнуться король.
– Лучше – банкета, – подскочил к нему аферист. – Должны же мы восславить ваши подвиги, и достойно отметить это дело.
– Какое дело? – пьяно икнул король.
– Королевскую охоту!

18

Пир по случаю удачной охоты закатили грандиозный. Эдуард II, сидевший во главе стола, был горд и счастлив до изумления, так как Стив постоянно подливал ему еще. Нет, он не хотел спаивать державного, но как трезвому, адекватному королю внушить, что деревенская орясина, рвущаяся к его прекрасной дочери, – достойная пара для принцессы Лили? Ленона подельники усадили на противоположной стороне стола и дружно опекали, карауля каждое движение, дабы он не смог прорваться к своей ненаглядной. Ту же операцию производили с принцессой, сидевшей рядом с отцом, мадам Клико и Петри. А Стив тем временем развлекал придворных охотничьими байками, напропалую расхваливая короля. По его словам получалось, что вся дичь была подстрелена им одним, и в качестве доказательства по его сигналу в пиршественный зал заносили то по десятку оборзевших гусей, нанизанных на одну гигантскую стрелу, то отмороженных зайцев, которых на стреле было уже штук двадцать. Добил придворных дам и кавалеров кабан, из пасти которого торчал наконечник, а из… то есть с противоположной стороны… виднелось оперение. На видимой части черенка сияла надпись: КОРОЛЕВСКАЯ СТРЕЛА. Придворные честно делали вид, что верили во все эти охотничьи байки, и бурно аплодировали, хотя прекрасно понимали что такие огромные стрелы не влезут ни в один арбалет.
Король благосклонно принимал поздравления и овации. Внезапно его чело нахмурилось. Он задумался.
– А почему кабан один? – выдал он результат своих раздумий. – Гусей куча, зайцев еще больше. Штук двадцать, наверное, а кабан один!!?
– Вы слишком сильно натянули тетиву, Ваше Величество, – успокоил его Стив, – это тридцатый. Я точно знаю. Лично считал.
– А остальные двадцать девять где?
– Помирать полетели.
– В смысле как полетели? – выпучил глаза король.
– Вы ж их влет били, Ваше Величество, неужто забыли?
Кот чуть со стула не упал от такой наглости, однако короля это объяснение удовлетворило, и он сразу успокоился.
На этом пиру славили не только короля как лучшего охотника королевства, но и его телохранителя Вэлэра, не растерявшегося в минуту опасности и грудью вставшего на защиту короля.
Только две личности из присутствовавших на пиру были мрачны. Одной из них являлся уже отмытый и переодетый во все чистое лорд Велингрок. Когда на стол поставили блюдо с зажаренным целиком кабаном, он злорадно воткнул в него нож, оттяпал самый аппетитный кусок и начал с остервенением его жевать.
Другой мрачной личностью был дворецкий, застывший в таком скорбном молчании неподалеку от стола, что это заметил даже король, хоть и был к тому времени уже изрядно навеселе.
– Ты чего такой скучный, Гийом? – весело спросил он слугу.
– Ваше Величество, я не смею омрачать этот пир плохими вестями.
– А что случилось? – насторожился Эдуард II.
– Вчера вечером, когда вы развлекались пением барда барона фон Эльдштайна, родовое проклятие дома Честеров пыталось напасть на мадам Клико. Если б не смелый поступок ее родственника графа Вэлэра, вступившего с ним в неравный бой, то, скорее всего, сейчас был бы не пир, а поминки.
Велингрок при этих словах оживился, хотел что‑то сказать, но его опередил Вэлэр.
– Господа, – поднялся он со своего кресла, – если мне не изменяет память, барон фон Эльдштайн утверждал, что легко разберется с родовым проклятием рода Честеров. – Вэлэр смерил ледяным взглядом юного афериста, продолжавшего усердно подливать королю. – Я не понимаю, почему он в данный момент сидит здесь и пьет вино, вместо того чтобы заниматься делом?
Стив кинул такой выразительный взгляд на вампира, что лорд Велингрок возликовал, сообразив, что у короля скоро одним телохранителем станет меньше.
– Честное слово, господа, – начал оправдываться юный аферист, – если б не серьезные дела, давно бы это проклятие грохнул. Однако вижу… – Он запнулся. В этот момент дверь в пиршественный зал приоткрылась, вошел управляющий и на цыпочках, стараясь не привлекать к себе внимания, двинулся к лорду Велингроку. Стив напрягся. В дверном проеме мелькнули две до боли знакомые фигуры. Он узнал их сразу, хотя одна из них скрывала свое лицо под капюшоном монашеской сутаны. Граф Орбиладзе и офицер СС, которого сравнительно недавно зверски «пытал» Собкар. Глаза офицера впились в лицо барона фон Эльдштайна и стали круглыми‑круглыми. Стив обладал теперь такой яркой внешностью, что не узнать его было трудно.
– Так что вы видите, барон? – переспросил король.
– Вижу, что настала пора потолковать по душам с этим безобразником, который имеет наглость приставать к невинным дамам, – ответил Стив, переведя взгляд на управляющего, что‑то испуганно шептавшего на ухо Велингроку.
– Извините Ваше Величество, – поднялся лорд, вытирая салфеткой рот, – вынужден покинуть этот великолепный пир. Появились срочные дела, требующие моего немедленного вмешательства.
– Что‑нибудь серьезное, лорд? – полюбопытствовал король.
– Нет, нет, Ваше Величество, обычные государственные дела. Одним словом, рутина. Но – неотложная.
– Тяжела ноша канцлера, – посочувствовал ему король. – Идите, Велингрок, разрешаю.
Велингрок поспешно покинул зал.
– Позвольте и мне, Ваше Величество, – поднялся Стив, – с моими людьми пройтись по замку.
– А вы куда? – огорчился король. – Какой же без вас будет пир?
– Тоже дела, – развел руками юноша. – Мне тут ваш телохранитель только что намекнул, что я не держу свое слово. Это я?! Потомственный дворянин! Немедленно иду искать родовое проклятие и навтыкаю ему так, что он в ад рванет просить политического убежища.
– А я, пожалуй, буду сопровождать барона, – сквозь зубы процедил Вэлэр, – чтоб по дороге его опять не отвлекли какие‑нибудь более важные дела.
– Не возражаю, граф, – Стив сделал знак Коту и Собкару следовать за ним, учтиво поклонился королю и принцессе, взглядом приказав Петруччо и Ленону охранять Лили в его отсутствие, после чего покинул пиршественный зал с высоко поднятой головой. Его команда и вампир поспешили следом.
Выскочив в коридор, Стив закрутил головой. Велингрока нигде не было видно.
– Ждите меня у выхода из дворца, граф, – мысленно зарычав от бешенства, заторопился юноша, – я сейчас…
Юноша собрался, было, ринуться в сторону апартаментов лорда Велингрока, но был остановлен насмешливым вопросом Вэлэра.
– Куда вы, барон? Опять более важные дела?
– За своей магической книгой, – сердито буркнул Стив. – Может, вы тоже хотите подготовиться? Если верить тому, что говорят про это привидение, битва будет нешуточная.
– Я с ним и голыми руками справлюсь, – усмехнулся Вэлэр.
– Мое дело предложить, ваше дело отказаться, – пожал плечами Стив. – Господа, – повернулся он к друзьям, – расскажите графу, как мы обычно охотимся на привидения.
– Сделаем в лучшем виде, барон, – оживился Кот и тут же приступил к исполнению. – Мы обычно делаем так, граф: берем с собой пустой мешок и хорошую дубинку.
– Зачем мешок? – нахмурился Вэлэр.
– Ну, надо же его куда‑то потом складывать?
– После чего складывать?
– После того как мы приголубим его дубинкой.
Стив понял, что вампир в надежных руках, и поспешил на поиски Велингрока, прислушиваясь на ходу, как друзья за его спиной ездят по ушам Вэлэра.
– Тут главное, как на рыбалке, – донесся до него голос Собкара, – правильно выбрать наживку. Кстати, наживкой будете вы, граф. Изобразите самого себя. Сделаете вид, что заблудились, начнете аукать, кричать «помогите!». Родовое проклятие, видя, что перед ним обычный, жалкий, трусливый дворянчик…
Граф зарычал.
– Я – трусливый дворянчик!!?
– Граф, – это уже подключился Кот, – каждый приличный дворянин в глубине души артист. Ради высших интересов Нурмундского королевства, вам просто необходимо сыграть роль труса!
Голоса затихли, как только юноша свернул за угол и оказался в коридоре, ведущем в апартаменты лорда Велингрока. Наличие охраны у его дверей Стива не устраивало, но он не стал с ней возиться. Это было бы непрофессионально! С независимым видом он прошел мимо топтавшихся под дверью стражников до конца коридора, повернул направо и, исчезнув из их поля зрения, бросился к открытому окну.
– Дворец буквально создан для Кота, – хмыкнул юноша, осматривая причудливые каменные завитушки, украшавшие внешнюю сторону стены «охотничьего домика» короля.
Недолго думая, он сунул свою неразлучную тросточку сзади за пояс, вскочил на подоконник, вылез наружу и, как муха, пополз по стене в сторону раскрытого окна лорда Велингрока. Навыков гересского воришки у него не было, а потому полз он медленно, так как сорваться с высоты третьего этажа ему как‑то не улыбалось. Знал бы он, сколько ценной информации прозевал, пока подкрадывался к цели!
– …Не думал, что мы в одной упряжке, – лорд недоверчиво смотрел на гостя. – И что это за странный наряд на вас, граф? Неужто решили уйти в монастырь?
Граф Орбиладзе с омерзением сбросил сутану монаха на пол.
– Вах! Зачэм так нэхарашо говоришь!!?
– Есть у меня большие сомнения в том, что вы действуете по приказу хозяина. Что это за маскарад?
По телу графа Орбиладзе прошла волна, затем лицо застыло, превратившись в мертвенно‑бледную маску. В глазах вспыхнул огонь.
– А теперь узнаешь меня, мой осторожный друг? – Казалось, на неподвижном лице жили только глаза и губы.
– Хозяин! – прошептал потрясенный лорд.
– Раньше ты называл меня просто Муэрто. – Губы Орбиладзе скривились в презрительной усмешке.
– Тогда я не знал…
– Теперь знаешь, – властно оборвал лорда древний бог. – Слушай, и запоминай. После нашего разговора этот недоумок, в котором я сейчас нахожусь, отправится в Ничейные Земли за моим телом. Через три дня он доставит его в замок графа Драко. К этому сроку ты должен доставить туда же Лили.
– Зачем вам Лили? – заволновался лорд. – Мы же договорились, что она достанется мне, и через нее я взойду на престол.
– Тихо! – Муэрто напрягся.
Лорд заткнулся и тоже превратился в слух. Замер и Стив, подобравшийся к окну уже вплотную. Муэрто просканировал пространство, но, не почуяв враждебной магии, успокоился.
– Показалось. – Огненный взор графа Орбиладзе вновь вперился в лорда Велингрока. – Спрашиваешь, зачем мне Лили? Ты обязан был давно уже сидеть на троне… вдовцом! Все, буквально все приходится делать за тебя! Месяц назад я отправил к праотцам своего главного врага: сына короля Вольных Баронств. Только что поймал его друзей. А что сделал ты, для того чтобы стать мне полезным? Ничего! Повторяю еще раз: через три дня ты доставишь Лили в замок графа Драко.
Стив, вжавшийся в стенку за окном, закипел, но усилием воли сдержал свой порыв ворваться внутрь и вцепиться Муэрто в глотку. Он понимал, что к решительной схватке еще не готов. Пока что лучше копить информацию и думать.
– Но ты же обещал сделать меня королем, как же я без Лили…
– Болван! Я даю тебе шанс. Последний. Имея на руках Лили, всегда можно потребовать отречения Эдуарда II от престола. Кстати, ты знаешь, что на корону Нурмундии есть еще один претендент?
– Кто? – вскинулся лорд.
– Тот, кто сегодня на пиру сидел по правую руку от короля.
– Барон фон Эльдштайн? Да я его…
– Скорее он тебя, – осадил лорда Муэрто. – Вот значит, как он представился. Мне странно знакомо его лицо… Не могу вспомнить, где я его мог видеть… Забавно. Рекомендую заставить его работать на тебя. Но сначала повяжи его кровью. Пусть лично завалит друзей Безумного Лорда. Я их доставил сюда. Ждут своей участи в подземелье.
– А барону это надо? – испугался Велингрок. – За каким чертом ему валить кого‑то? Да он меня пошлет подальше и тут же сдаст королю!
– Это вряд ли. Со мной прибыл один из ваших офицеров. Много интересного мне рассказал.
Граф Орбиладзе подошел к двери, выглянул в гостевую комнату и поманил кого‑то пальцем, приглашая войти. Стив сразу понял, о чем пойдет речь. Его легенда трещала по всем швам.
– Ваше сиятельство, – начал офицер, – недавно меня и моего кучера обманом захватили люди Красавчика Стива…
– Того самого, что устроил заваруху в Сурьене? – навострил уши лорд.
– Да! Очень изобретательный и опасный уголовник! Лично, в одиночку, нейтрализовал всю тюремную охрану, спас от петли мэтра Труссарди и его дочку, а своих помощников как натаскал! Звери, а не люди! Видели б вы, как его баба ножом работает! Красивая стерва, и на сексуальной почве подвинутая. Что она с нами творила!
– Мучила? – заинтересовался лорд.
– Если б так, как вы подумали, я и слова бы не сказал! А так… нет, стыдно даже рассказывать.
– Ну и не надо, – обиделся Велингрок. – Кстати, твоя информация запоздала. Я уже в курсе. Красавчика Стива и его банду ловят по всему королевству.
– А чего его ловить‑то? – обрадовался офицер. – Я его только что видел. Он на пиру рядом с королем сидел во всем белом. И банда вся его там. Та, озверевшая на сексуальной почве, рядом с принцессой была, ну и остальные тоже среди гостей…
– Вот это номер! – ахнул лорд.
Муэрто сделал знак офицеру, и тот, лихо щелкнув каблуками, строевым шагом удалился из кабинета Велингрока.
– Подружись с ним, лорд. Заставь расчистить себе дорогу. Его‑то мы всегда уберем… потом. Обвиним в покушении на короля, в свержении династии Честеров и на плаху. А ты как правая рука свергнутого короля оказываешься на престоле.
– А это мысль, – азартно потер руки Велингрок. – Обожаю делать грязную работу чужими руками.
– Смотри, на этот раз не промахнись. Барончик мальчик ушлый. Кстати, не знаешь, что случилось с баронессой?
– Он сказал, что у нее красные дни календаря.
– Молодец пацан. Быстро дорогу расчищает. Месяц, и он уже барон. Два дня как в этом замке, и, по слухам, ему уже светит герцогство. Я начинаю подумывать, не сменить ли мне лошадку на скаку?
Велингрок побледнел.
– Ты правильно меня понял. Старайся, лорд, старайся. Это твой последний шанс. Больше осечек я не потерплю.
– Разумеется, хозяин! Все сделаю, как ты сказал! Только…
– Что еще? – нахмурился Муэрто.
– Как же вы успеете к сроку? Все‑таки туда, потом из Ничейных земель до замка графа Драко…
– Мне кажется, ты забыл, с кем имеешь дело, – глаза Муэрто полыхнули красным огнем. – Главное, чтобы успел ты.
Раздался легкий хлопок, и граф Орбиладзе растворился в воздухе.
– Интересно девки пляшут, – еле слышно пробормотал себе под нос Стив и пополз обратно, сообразив, что здесь уже делать нечего. – По четыре штуки в ряд, – закончил он неизвестно откуда почерпнутую народную мудрость, очутившись вновь в коридоре королевского дворца.
Юноша понесся обратно к своим друзьям.
– Надеюсь, они Вэлэра еще не успели довести до белого каления.
К счастью, его достойные ученики довели вампира не до белого каления, а до полного обалдения. Он тупо переводил взгляд с Собкара на Кота и обратно, и тряс головой.
– Стоп! Не понял. Как, вы говорите, мы будем брать привидение?
– Мы вам уже в шестой раз объясняем, – терпеливо внушал вампиру Кот. – Кидаем туда дымовые шашки, родовое проклятие начинает кашлять, задыхаться и, естественно, выползает наружу, а тут вы, на лихом коне…
– По дворцу на коне? – затряс головой Вэлэр.
– Именно на коне, – очень серьезно сказал Собкар. – И обязательно с шашкой наголо.
– А стоит ли мелочиться? – подал голос Стив. Все повернули голову в его сторону. – Сажаем графа на тачанку и из пулемета: тра‑та‑та‑та‑та!!! Так, хватит дурью маяться. Идем на привидение. Граф, вы готовы?
– Бр‑р‑р… – опять потряс головой граф.
– Вижу, что готовы.
Вампир заметил, что Стив улыбается, понял, что ему элементарно пудрили мозги, но на рожон лезть не стал, сдержался и начал задумчиво изучать лицо Стива.
– Угадали, барон, готов. Только, боюсь, с ролью живца я не справлюсь. Не хотите показать класс? Вы такой беленький, пушистенький. Привидение на вас обязательно клюнет. А я готов поработать гидом.
– Да, мне докладывали, что вы родовое проклятие слегка помяли, а потом снюхались.
– Что вы хотите этим сказать, барон? – побагровел вампир.
– Ну, раз вы согласились быть гидом, значит, вам известно, где это родовое проклятие живет, а раз так, то это означает…
– Что я в отличие от ваших людей, не спасался бегством, а проследил за духом до самого конца! – проорал взбешенный Вэлэр.
– Не стоить нервничать по пустякам, – примирительно поднял руки вверх Стив, – займемся лучше делом. Ведите, граф! Мы в вашем полном распоряжении.
Вэлэр сердито фыркнул и повел команду Стива к выходу из дворца. Кот дернул юношу за рукав.
– Может пора ему открыться, шеф? – прошептал он. – А то дров наломает.
– Рано.
– А чего ты ждешь? – тревожно спросил Собкар.
– Дополнительную информацию. Считайте, что идет научный эксперимент.
– Какой?
– Проверка на вшивость!
Друзья задумались. Что такое эксперимент, они знали, хотя в науке были не сильны, но что такое проверка на вшивость… Кот, не раз бывавший в местах не столь отдаленных, с этими зловредными насекомыми был знаком не понаслышке, а потому начал слегка отставать от Вэлэра, боясь подхватить опять эту заразу.
– В летучую мышку превращается легко, – задумчиво бормотал он, испуганно косясь на спину шагавшего впереди графа, – а у летучих кровососов наверняка в шерсти столько этих тварей!
– Ты чего бормочешь? – шепотом спросил его Собкар.
– Есть подозрение, что наш Вэлэр заразный, – так же тихо ответил Кот.
Собкар, в принципе, тоже не был трусом, но перспектива заразиться какой‑нибудь бледной немочью, непроизвольно заставила его укоротить шаг, и к склепу они подошли, уже держась на почтительном расстоянии от Стива и Вэлэра.
– Кажется, ваши люди не спешат рваться в бой, – усмехнулся вампир, в упор глядя на Стива.
Юноша обернулся, недоуменно посмотрел на своих друзей.
– Мы здесь это… на стреме постоим, – сказал Кот.
– Да, с родовым проклятием шутки плохи, – закивал головой Собкар. – Ежели оно сквозь вас прорвется, то мы ему ка‑а‑ак…
– Короче, шеф, считай: ему хана! – Кот погрозил кулаком в пространство.
Вэлэр при этих словах вздрогнул и впился глазами в воришку. Шефом на его памяти называли только одного человека. Он вновь вперился взглядом в Стива. Юный красавец тряхнул копной льняных волос, заставив их разметаться по плечам, прикрытым белоснежным камзолом, насмешливо улыбнулся и заиграл своей белой тросточкой, в упор глядя на вампира.
– Господа, – неуверенно проблеял стражник, охранявший двери склепа, – в усыпальницу имеют право входить только члены королевской семьи.
– И мы, – внушительно сказал ему Стив, прекращая игру в гляделки. – Ты что, не знаешь последних постановлений партии и правительства?
– Нет, – оторопел охранник.
– Сейчас будем гасить родовое проклятие рода Честеров. По данным нашей разведки, оно окопалось там! – тросточка ткнулась в дверь склепа. – Открывай!
– Так у меня ключа нет! – запаниковал стражник.
– Зато у нас есть, – успокоил его Стив и перевел взгляд на Кота.
– А‑а‑а нельзя ли вам чуть‑чуть в сторонку, – замялся Кот. – Замок с секретом, король очень просил, чтоб без посторонних лиц, так сказать… а всех лишних, кто на секрет покусится, приказал… – воришка выразительно чиркнул себя ребром ладони по горлу.
Стив пожал плечами и с готовностью отошел в сторону. Вэлэр стал еще более задумчивым и тоже отошел. Стражник же не то что отошел, а буквально отлетел на такое расстояние, что дверь склепа мог бы рассмотреть только в очень сильный цейссовский бинокль, если б таковой нашелся в этом мире.
Отмычки у Кота всегда были с собой. Замок послушно щелкнул, откликаясь на усилия шаловливых пальчиков воришки.
– Извольте, господа. – Кот сделал приглашающий жест и отскочил на безопасное расстояние.
– А что ж вы, барон, готовились, готовились, а ни мешков, ни дубинок с собой не взяли? – поинтересовался Вэлэр.
– Устарело. Решил, как и вы, граф, воспользоваться голыми руками.
Юноша смело двинулся вглубь склепа, сдернув со стены первый же факел.
– Огоньку не найдется, граф?
Вэлэр догнал Стива, чиркнул кресалом.
– Замечательно. Я чую, барон, вы не трус, заходим в его логово вдвоем, а дальше будь что будет!
До потайной двери, благодаря стараниям Кота, уже не скрытой истлевшим гобеленом, добрались быстро.
– Прошу, – указал рукой на дверь Вэлэр.
– Граф, только после вас.
– Нет, это я после вас, барон, а то как бы вы не сделали ноги.
– Это завсегда, пожалуйста.
– Короче, вы испугались, барон?
– Ну, что вы! Обычный жест учтивости. Но, если вы настаиваете, то предлагаю… вместе!
Стив внезапно схватил Вэлэра за грудки, резко рванул его на себя, вышиб спиной дверь и ввалился в логово родового проклятия, падая вниз и прикрываясь вампиром как щитом. Интуиция его не подвела. Родовое проклятие стояло около входа наготове, с поднятой над головой дубинкой.
Бац!
– Попал?
– Почти, – простонал Вэлэр, искрами из глаз которого можно было разжигать костер.
Стив вывернулся из‑под Вэлэра, шустро откатился в сторону и непроизвольно наколдовал тьму. Магии в этом странном подземном кабинете было столько, что у Стива она сама собой проснулась. Родовое привидение и Вэлэр ослепли, юноша нет. Он прекрасно видел обоих в виде зеленых мерцающих теней, скользящих по черному фону мрака. В привидении торчало с десяток магических кинжалов, позволявших ему удерживать материальность.
– Где он, Родриго? – простонал Вэлэр, пытаясь встать.
– Где‑то тут, зараза! – Привидение вращало головой, пытаясь определить местонахождение Стива.
– Так и думал, что снюхались, – невольно рассмеялся юноша и скользнул в сторону, уходя из‑под удара двух зеленых теней, метнувшихся на голос.
И закипела великая битва. Удары Вэлэра порой вытряхивали из привидения магический арсенал, но тот так ловко ловил его на лету и втыкал обратно, подвывая при этом от боли, что Стив аж причмокивал от удовольствия. Махаловка получилась знатная. Родовое проклятие и Вэлэр дубасили друг друга от души. Однако минут через двадцать авантюристу стало скучно.
– Эй, вам не надоело друг друга лупцевать? Может, хватит?
Вампир и родовое проклятие прекратили драку, вытянули руки вперед и пошли на голос.
– Баро‑о‑он, где ты? – ласково спросило родовое проклятие.
– Где ты, сволочь? – не менее ласково спросил Вэлэр. – Я ж тебя, родимого, на куски порву.
– Размечтались. Кстати, Вэлэр…
Вампир прыгнул на голос, со всей дури полоснул когтями, высек из каменной стены сноп искр. Стив опять сумел увернуться.
– …вас в детстве этикету учили? Субординации? – как ни в чем не бывало продолжил авантюрист. – Разве можно так грубо наезжать на собственное начальство?
Вэлэр сделал еще один бросок на голос, но опять промазал.
– Какое еще начальство?
– То самое, под чутким руководством которого ты когда‑то играл на сцене самого себя: жуткого, злобного вампира.
– Стив… ты, что ли?
– Признал‑таки, – рассмеялся юноша.
И в этот момент его сзади схватило родовое привидение.
– Я его поймал!!!
– Не надо, Родик! – всполошился Вэлэр, но было уже поздно.
Раздался глухой удар, повинуясь магическому импульсу, вспыхнули факелы, развешенные по стенам, и в их трепещущем свете Вэлэр увидел оплывающую на пол фигурку привидения.
– Вот теперь я вижу, что передо мной шеф.
– Это радует. Теперь давай приводить его в чувство. Будем допрашивать.
– Ну, ты даешь, шеф… – покачал головой Вэлэр. – Здорово замаскировался. А что ты хочешь от него узнать?
– Что ему от его потомков надобно. За каким‑то чертом ведь он их периодически пугает.
– Действительно…
Стив попытался испытанным методом пощечин привести родовое проклятие в чувство, но руки проходили сквозь призрачное тело с нулевым эффектом.
– Тут не так надо, – вздохнул Вэлэр, поднял выпавшие от удара Стива из призрачного тела магические ножи и начал втыкать их обратно.
– С ума сошел? – всполошился Стив.
– Обалдел с горя!!? – взвыло мгновенно пришедшее в себя привидение. – Больно же!
– Извиняй, друг, зато действенно, – невозмутимо ответил вампир. – Слышь, Родриго. Тут у моего шефа к тебе ряд вопросов есть. Информация нужна. Может, поделишься?
Став материальным, привидение сердито фыркнуло, подняло опрокинувшийся в процессе драки письменный стол, пододвинуло кресло, плюхнулось на него и раздраженно уставилось на Стива.
– С какой это радости я должен с ним чем‑то делиться?
– С большой, – тоном, не терпящим возражений, произнес Стив. Подтащил к столу еще одно кресло и сел напротив привидения. – Чувствую у тебя и твоих потомков проблемы. Возможно, смогу помочь. Буду откровенен. На тебя мне чихать с большой колокольни, но вот твою пра‑пра‑пра… не знаю сколько там раз правнучку, принцессу Лили, я подписался вытащить из того дерьма, в которое ваше семейство вляпалось. Вот только, во что оно вляпалось, до сих пор не пойму. Просвети, чтоб мне работать легче было. Все твердят: родовое проклятие, родовое проклятие, а толком никто сказать не может, что за проклятие. Что ты там своим чадам напророчил?
– Это не я, это мне напророчили, – мрачно буркнуло привидение. – Триста лет назад.
Вэлэр тоже нашел себе кресло и пристроился к столу.
– Ну, давай, говори уже. Пока мы тут штаны просиживаем, там принцесса и король без присмотра. А я все‑таки их телохранитель.
И привидение начало говорить. Оно рассказало очень трогательную историю. Рассказ был длинный и жутко душещипательный. Наверху солнце уже начало клониться к закату, а привидение все рассказывало. Если вкратце, смысл его повествования был такой:
К тому времени, когда граф Честер сумел освободить страну от вторгшихся в нее орд орков и троллей, успели погибнуть практически все представители предыдущей династии Виндзеров, вырезанные варварами, захватившими столицу в первые же дни войны. Осталась только пара незаконных отпрысков‑бастардов, не находившихся в тот момент во дворце. Когда нурмундская знать, к великой радости народа, практически единогласно выбрала своим королем героя войны графа Родриго Честера, это жутко не понравилось королю Бурмундии, который уже пообещал этот престол бастарду, кушавшему с его рук. Незаконный отпрыск Виндзеров все лихолетье провел в балах и танцах во дворце бурмундского короля. С этого все и началось.
Дарьял III, восседавший в те времена на троне, не только не признал «самозваного», как он сказал, короля, но и, подняв войска, двинул их к границам Нурмундии, дабы посадить на престол своего ставленника. Война длилась недолго. Войска бывшего графа Честера, закаленные в битвах с варварами, выступили навстречу и разгромили армию бурмундского короля, едва успевшую пересечь границу, в районе города Двух Стран. Дарьял III вынужден был спасаться бегством. Преследовать его Родриго не стал. Ему достаточно было, что изменник (иначе недостойного отпрыска Виндзеров, отсиживавшегося в тылу, когда стране грозила страшная опасность, никто не называл) погиб в этом бою. Во избежание дальнейших инцидентов в пограничном ущелье начала расти стена, разделившая в итоге город Двух Стран на две части. Лет через десять все успокоилось. Начали даже обмениваться дипломатическими миссиями, хотя Честеров Дарьял III по‑прежнему не признавал. С одной из миссий однажды инкогнито в Нурмундию прибыл бурмундский принц. Восторженный, романтически настроенный юноша всегда мечтал о путешествиях и приключениях. Его отец же преследовал совершенно другую цель. Узнав о намерениях сына, он обрадовался. «Врага надо знать, – радостно потирая руки, внушал Дарьял III сыну. – Езжай, изучай будущего противника изнутри». Злопамятный король не мог простить Честеру своего позорного бегства из‑под города Двух Стран.
Отпрыск не оправдал его надежд. Стрела Амура сразила его и, вместо того чтобы заниматься шпионской деятельностью, он начал увиваться вокруг дочери нурмундского короля, в которую сразу, после первой же встречи, влюбился. Принцесса ответила на его чувства. Не откладывая дело в долгий ящик, распаленный юноша раскрыл свое инкогнито и признался нурмундскому королю в своих чувствах к его дочери. Родриго Честер как мудрый политик возражать не стал. Он прекрасно знал, что значит этот союз. Обратно принц вернулся в Бурмундию счастливый, с письменным согласием нурмундского короля на брак с его дочерью. В одном Родриго просчитался. Он не учел глубины той ненависти, которую затаил против него Дарьял III. Король Бурмундии громогласно объявил, что его сын никогда не женится на плебейке. Он не только это сказал, но еще и написал об этом нурмундскому королю, не стесняясь при этом в выражениях. Этого Родриго Честер стерпеть уже не мог. Вновь разразилась война, в процессе которой взбешенный король сумел захватить сына обидчика его дочери и в отместку казнить его как плебея. Несчастный принц умер не как положено дворянину от меча. Его тело трое суток качалось в петле. Армия Дарьяла III вновь была разгромлена. Вернувшись с очередной победоносной войны, король гордо сообщил дочери, что он отомстил за ее честь, а она…
Тут Родриго разрыдался. Стиву с Вэлэром пришлось очень долго утирать ему слезы, пока он не закончил эту фразу.
– Вместо того чтобы возрадоваться, она прокляла меня и покончила с собой! Кинжал воткнула прямо в сердце!
– Твою дочку, случаем, не Джульетта звали? – всхлипнул растроганный до глубины души Стив.
– Джульеттой, – еще громче разрыдался Родриго.
– А жениха ее Ромео?
– Ромео, – подтвердил первый король династии Честеров.
– Откуда такие глубокие познания истории, шеф? – Вэлэр промокнул глаза платочком. – Этих данных в исторических хрониках не найдешь. Летописцам приказано их оттуда вымарать.
– Теперь я знаю, откуда Шекспир тырил свои идеи. Плагиат, везде плагиат! Но как вставляет!
Всеобщему горю помешало всхлипывание и трубное сморкание в платочек за стеной.
– Кто там? – вытирая глазки остатками истлевшей королевской мантии, спросило привидение.
Стив распахнул дверь. Под ней сидела вооруженная осиновыми кольями команда Стива и дружно рыдала.
– Шеф, давай не будем его гасить, а?
– Мужик и так натерпелся.
– А это еще зачем? – посмотрел Стив на их оригинальное оружие.
– На всякий случай. С родовым проклятием‑то наш вампирчик снюхался. А вдруг эта клыкастая сволочь на сторону Муэрто переметнулась?
Стив только головой покачал и вернулся обратно к столу.
– Что там тебе твоя Джульетта перед смертью наговорила?
– Что буду мучаться я после смерти бесплотным духом триста лет. И если не сумею исправить свою ошибку, то основанная мной династия рухнет, потомки погибнут, а я так и не найду упокоения теперь уже на веки вечные. А как я его исправлю? Ни Ромео, ни Джульетты давно в живых уж нет!
– До часа пик осталось сколько? – деловито спросил Стив.
– Какого часа? – не понял призрак.
– Ну, срок когда подойдет? Трехсотлетний юбилей своей смерти когда отмечать будешь?
– А‑а‑а, так бы сразу и сказал. Завтра.
– Времени в обрез, но еще не поздно. Думаю, я сумею тебе помочь. Есть один план.
Стив позвал друзей, по‑прежнему сидевших на полу за порогом, и что‑то азартно начал им на ухо шептать. Его орлы радостно загомонили. План им, похоже, понравился.

19

Велингрок сидел за письменным столом, обхватив голову руками, и напряженно думал. Он видел только два выхода из создавшегося положения: либо в точности выполнять распоряжение хозяина и подписать на ликвидацию друзей Безумного Лорда барона фон Эльдштайна, то ли сделать это самому… и избавиться от этого наглого барона! Опасен. Очень опасен! Больше всего напугал лорда намек Муэрто относительно смены лошади на скаку.
Его мучительные раздумья нарушил охранник, ворвавшийся внутрь апартаментов Велингрока.
– Ваше сиятельство, на нас напа…
Охранник упал. Осель осторожно прикрыл за собой дверь, переступил через бесчувственное тело стражника и начал засучивать рукава, сверля злобным взглядом заказчика. Тот севшим голосом проблеял:
– Охрана‑а‑а…
Дал петуха и закашлялся.
– Можешь не звать, – мрачно сообщил «наемный убийца». – Отдыхает твоя охрана.
Лорд понял, что дело плохо, и решил попробовать договориться.
– Ч‑ч‑чего ты хочешь? – отстучал он зубами, затем откашлялся, напустил на себя неприступный вид. – У нас, вроде, была договоренность.
– Положил я на твою договоренность! – прорычал Осель. – Ты че творишь, козел!!? Ты на кого меня подписал!!? Да за такие дела в зоне опускают!
Велингрок хлопал глазами и ничего не понимал. Он подписал его на короля, обычное дело, причем тут зона, и вообще, что это такое?
– Ты знаешь, с кем я приехал?
– С бароном фон Эльдштайном, – пожал плечами лорд.
– А то, что этот барон – Красавчик Стив, тебе известно?
– Ну… – неопределенно протянул лорд Велингрок.
– Вижу, что известно, – рассвирепел «убийца». – А я вот только сейчас об этом узнал. Да без его приказу наша братва шагу ступить не может! Это же… да его сам мэтр Труссарди – воровская легенда! – слушается! Ты понимаешь, кому я дорогу из‑за тебя, козла, перешел? Ты понимаешь, как меня подставил!!? Да если папик узнает, братва меня на куски порвет! Ты что ж, урод, с папиком заказ не согласовал? Ты хоть понимаешь, что у него самого есть виды на этот трон? Он меня теперь зароет! На, урод, забери!
Кошель с задатком врезался в лоб лорда и откинул его на спинку кресла.
– Если перед папиком не отмажусь, я тебя с того света достану, зубами порву!
Осель вышел, хлопнув дверью на прощанье. Лорд нервно подпрыгнул и испуганно икнул. Все оказалось гораздо серьезнее, чем он ожидал. Это резко меняло дело. Сомнениям пришел конец. Хозяин был прав: барона фон Эльдштайна надо подключать к операции.
За поворотом дворцовой галереи «наемного убийцу» уже ждали друзья.
– Ну, что? – весело спросил Стив.
– Клиент напуган до полных штанов, шеф, все, как ты велел.
– Молодец. Пошли организовывать малину. Так, кто будет изображать пьяного?
Все посмотрели на Петри.
– Совсем с ума сошли? – всполошился циркач. – Я же дама!
Друзья перевели взгляды на Вэлэра.
– Вы что, мужики, озверели?
– Обычный нож тебя все равно не возьмет, – ласково сказал ему Стив, – зато как реалистично!
– Мне же больно будет! – начал впадать в панику вампир.
– Мы тебя не больно зарежем, не волнуйся, – проворковала Петри. – Будешь лежать как живой.
В руках красавицы появился нож. Она с размаху вогнала его в свою ладошку. Все невольно ахнули, а потом рассмеялись. С тыльной стороны пронзенной ладони лезвие не появилось. Оно целиком ушло в рукоять.
– А если заправить его хорошей бычьей кровью, – мечтательно мурлыкнула Петри, – эффект просто потрясающий.
– Так, концерт окончен, – заторопил Стив друзей, – клиент созрел, а мы еще графа не загримировали. Все по местам!

* * *

К приходу Велингрока все было готово. Стив рассчитал правильно. К крутому уголовному авторитету на поклон лорд пошел лично. Морально он уже созрел для интенсивной обработки, и она началась, как только Велингрок подошел к дверям апартаментов барона фон Эльдштайна. На его деликатный стук никто не ответил. Лорд толкнул дверь, шагнул внутрь и кубарем покатился по полу, споткнувшись о тело какой‑то небритой личности, явно уголовной наружности, дрыхнувшей прямо под дверью. От нее несло крутым сивушным перегаром. Рядом валялась пустая бутылка гномьей водки. Личность сердито буркнула что‑то типа «пасть порву», дрыгнула ногой и захрапела с утроенной силой. Кроме этого пропойцы, в холле больше никого не было. Зато из‑за двери, ведущей в гостиную, слышались голоса. Лорд поднялся с пола, поправил на голове капюшон (Велингрок на всякий случай решил прийти инкогнито, и не придумал ничего лучше, как спрятаться под сутаной монаха), после чего прислонил ухо к замочной скважине. За дверью азартно давили песняка.

…И тебе в вечернем, сизом мраке
Часто видится одно и то ж,
Будто кто‑то мне в кабацкой драке
Саданул под сердце финский нож…

Рыдающий голос Ленона брал за живое. Даже у лорда навернулись слезы на глаза.
Слушатели за дверью тоже были растроганы:
– Как поет! Как выводит, зараза!!!
– Папик, прости, не знал! – Голос «наемного убийцы» заставил Велингрока встрепенуться и вспомнить, зачем он сюда пришел. – Тварью буду, папик! Хочешь, я его лично порешу за подставу?
– Ладно, отмазался, – послышался ленивый голос Стива, – но в следующий раз думай. Я тут такой план забодяжил, этого идиота Труссарди из петли вынул, и в самый последний момент какая‑то шавка под ногами путаться начала. Братва, что с ним делать будем?
– Валить, однозначно!
Лорд начал обливаться холодным потом, пытаясь сообразить, кого собираются валить – его или «наемного убийцу»? Собравшись с духом, он осторожно постучал.
– Хрипатый, по моему, мы здесь не одни. Иди, разберись.
В дверь выглянула физиономия Собкара.
– Папик, тут какой‑то баклан в капюшоне нарисовался. Что с ним делать? На перо?
– Сначала мне того дятла нарисуй, что на стреме стоял, – распорядился барон фон Эльдштайн. – Кто там был? Кабан? Как этот баклан через Кабана нарисовался? Я не понял.
– Папик, Кабан в отрубе. Может, баклан его уработал?
Вэлэр, старательно изображавший пьяного, рыгнул.
– Не, Кабан нажрался, папик. Че делать?
– Тащи на правило. И баклана с собой захвати.
Получив смачный пинок под зад, лорд въехал головой в ножку кресла, в котором сидел Стив, и распластался на полу. Хрипатый за ногу втащил в гостиную барона пьяного Кабана.
– Папик, можно я? – заволновался «наемный убийца». – Дай реабилитироваться!
– Слова‑то какие серьезные знаешь! – рассмеялся барон. – Сиди на месте. Ну‑ка, Маня, изобрази! Хрипатый, приведи Кабана в чувство.
Велингрок по‑пластунски пополз в сторону камина, с ужасом наблюдая из‑под капюшона разборки внутри малины.
Хрипатый прислонил Кабана к стенке, и влепил ему две оглушительные пощечины. Вэлэр промычал что‑то неразборчивое, открыл мутные глаза.
– Он твой, Манюня.
Петри развязной походкой подошла к Кабану и полезла под юбки. Глаза Велингрока, соответственно полезли на лоб. Однако, увидев, что она оттуда извлекла, лорд покрылся холодной испариной. Ножичек был очень и очень внушительный.
– Ну, что, Кабанчик, тебя предупреждали? – Вэлэр покорно кивнул головой. – Папик говорил тебе, что на работе бухать очень вредно для здоровья? – Вампир кивнул еще раз, явно не понимая, что делает. – Ну так не обессудь.
Петри с размаху вонзила нож прямо в сердце провинившегося бандита. Лезвие, войдя в рукоятку, выплеснуло наружу бычью кровь, довершив эту жуткую картину. Вэлэр осел на пол и задергался, «испуская дух».
– Эту тварь свиньям скормить, – распорядился Стив.
– Как подать, целиком или в разделанном виде? – Петри склонилась над телом, за волосы приподняла голову вампира.
– Охота тебе с ним возиться? – поморщился Стив. – Пусть целиком жрут. Лучше с бакланом разберись.
Собкар схватил Вэлэра за ноги и выволок его за дверь, а Петри двинулась к баклану. Велингрок неприлично взвизгнул, рванулся вверх, и капюшон с него слетел.
– О! Господа, какая честь! Нас посетил сам канцлер! – Стив торопливо поднялся со своего кресла и начал делать учтиво‑издевательские поклоны.
– Сам пришел!!! – возликовал «убийца». – Папик, дай, я его лично! – Осель рванул на груди камзол, обнажая татуировки скабрезного содержания, на которых гномы в особо извращенной форме имели эльфов. – Я на нем позу номер 69 испробую!
Глаза лорда начали закатываться. Он был уже на грани обморока.
– Погоди, сначала побазарим, – Стив плюхнулся обратно в кресло. – А вдруг что хорошее скажет? Все‑таки, зачем‑то он сюда пришел. Ну, мил человек, поговорим о делах наших скорбных? Надеюсь, ты понимаешь, как ты попал? Малину нашу засветил, свидетелем стал, а свидетели долго не живут. Ни к чему нам свидетели, понимаешь?
Велингрок торопливо закивал головой и пополз на коленях к Стиву.
– А м‑м‑может, я на что‑нибудь сгожусь? – проблеял он.
– Может, и сгодишься. Если скажешь мне что‑нибудь настолько приятное, что смогло бы меня заинтересовать, тебе повезет.
Велингрок открывал рот, закрывал его, от волнения забыв все слова, которые заготавливал перед приходом к этому отмороженному барону.
– Да бритвой его по горлу и в колодец! – Оселю явно не терпелось.
– Завянь! Ты и так уже напортачил.
– Молчу, папик, молчу.
– Так что ты мне можешь предложить? – Стив взял со стола бутылку гномьей водки, небрежно выдул ее содержимое целиком, смачно занюхал рукавом.
– Могу, папик, могу, – страстно выдохнул Велингрок.
– Ну, папик – это для своих. Для тебя я пока барон фон Эльдштайн.
– А… что с баронессой? – задал невероятно глупый для данной ситуации вопрос лорд и, сообразив, что натворил, зажал себе рот руками.
– Во дура‑а‑ак, – засмеялась Петри. – Ему на чистейшем нурмундском языке говорят: у нас красные дни календаря‑а‑а… – Красавица начала вертеть перед носом лорда окровавленным ножом.
– Брысь, – шлепнул ее по аппетитной попке Стив.
– У, какой, – надула губки красавица, – уж и пошутить нельзя.
Петри набухала себе полный стакан гномьей водки и не спеша его выпила.
– Куда? Тебе еще работать!
– Ой‑ой‑ой, – капризным голосом пропела Петри. – Можно подумать, у меня с одного стакана ручки трястись будут.
– Тебе еще с Лили работать. Дыхнешь перегаром – все дело завалишь!
– С принцессой мы всегда договоримся, – хихикнула девица.
– Га‑га‑га… – заржала вся команда Стива.
– Это как? – начал багроветь Ленон.
– А я ей уже наливала.
– Что?!! – Бард вскочил во весь свой гигантский рост и ринулся на Петри с гитарой наперевес.
Кот и Собкар с хохотом перехватили его на полпути и усадили обратно в кресло.
– Молодой еще, неопытный, – снисходительно пояснил лорду Стив. – В нашей банде недавно. Только за вокальные данные и терплю. Ленивец, тяпни стаканчик и сбацай нам что‑нибудь душевное. А ты, лярва, не дразни пацана. Видишь, он еще нецелованный?
Ленон сердито засосал целый пузырь гномьей водки, не ограничившись стаканчиком, и ударил по струнам.
По тундре, на оленьей упряжке…
– О‑о‑о!!! – в экстазе взвыли подельники Стива.
Я сорвал с рудников…
– Как поет подлец! – Кот шмыгнул носом.
– Сердце рвется! – Осель вцепился руками в свою косматую шевелюру.
– Менты позорные!!! – грохнул кулаком по столу Собкар.
Ленон откинул в сторону гитару.
– Ты это чего? – уставилась на него Петри.
– Надоело! Не буду больше петь.
– Вдохновение ушло? – участливо спросил Стив. – Понимаю. К людям искусства надо относиться с пониманием, – пояснил он Велингроку, ошарашенному столь непочтительным отношением какого‑то барда к своему шефу. – Они где‑то рядом с богом ходят. Высшие силы порой их устами говорят. Ну, раз так, продолжим. И что вы хотели мне предложить?
– Трон, – лорд по‑прежнему стоял на коленях, не рискуя встать на ноги. – Вы хотите стать королем? Я предлагаю вам корону.
– Так она, считай, и так моя, – пожал плечами Стив. – Или ты думаешь, зачем я здесь? У меня уже все схвачено.
– Вы не поняли, – заторопился Велингрок. – Я работаю на одну очень серьезную личность.
– Что за пацан? Блатной? В авторитете? Как погоняло? – приступил к допросу Стив.
– Нет, нет, это совсем другое, – благоговейно прошептал лорд. – Раньше я думал, что это просто очень сильный колдун, а недавно узнал, что это древний, очень древний бог!
– Братва! – восхитился Стив. – Нашу работу заметили. Нас посетили представители центральных органов. Да хватит ползать, лорд, подсаживайся к столу.
– Это что, он от бога пришел? – изумился Осель.
– Ну и что тут такого? – пожал плечами Стив. – Все мы под богом ходим. Ну и что хочет нам предложить бог?
– Я ж говорю: корону.
– Это уже повтор. Неинтересно.
– Речь идет не о каком‑то жалком, маленьком королевстве, – вкрадчиво сказал Велингрок. – Ну что такое Нурмундия? Так, тьфу! Вам предлагается Королевство Вольных Баронств!
– Гм‑м‑м… – задумался Стив. – Это любопытно. Оно по территории раз в десять больше. Слышь, братва, как насчет Вольных Баронств?
– Папик, то, что надо! – загомонила братва. – Там каждое герцогство размером с Нурмундию!
– Пацаны, представляете, я герцогом буду! – Кот тяпнул стаканчик, залез рукой в квашеную капусту, запихал ее себе в рот, аппетитно захрумкал.
– Конкретных пацанов ты заинтересовал, – милостиво кивнул лорду Стив. – Баклань дальше. Хрипатый, налей ему.
– Папик, ща все сделаем.
Собкар налил полный стакан и услужливо поставил его перед Велингроком. Лорд, который, кроме легкого эльфийского, раньше ничего не пил, под внимательными взглядами команды Стива, чисто из уважения, выпил подношение до дна и сразу свел глаза в кучку. В его стакане гномья водка в вино не превратилась. Дозрел клиент молниеносно.
– Я тут че пришел‑то, пацаны… – Одна рука Велингрока распустила пальцы веером, другая потянулась за капустой. Великосветские манеры лорда испарились на глазах. – …развеяться! Знали б вы как мне все надоело! Никаких реальных дел! Ни кого там подвалить, ни кого замочить… – Велингрок всхлипнул, вытер сопли рукавом сутаны.
– Ишь как благородная кровь‑то взыграла, – удивился Стив. – Ну, если ты такой реальный пацан…
– Папик! – полез к нему целоваться лорд. – Да я…
– Понял, – брезгливо отодвинулся от него Стив. – Хрипатый, этому больше не наливать. Слышь, лорд, а этот твой бог нам запросто так Вольные Баронства отдает?
Лорд похлопал глазами.
– Да ты че, папик? Кто ж задарма королевствами разбрасывается?
– Резонно. И какова плата?
– Дружков Стивиана, принца Вольных Баронств, завалить. Они тут у меня в подвале, повязанные валяются. Ну и Ленона, принца бурмундского, тоже. Он там тоже до кучи лежит. Сможешь?
Ленон побагровел. Собкар предостерегающе посмотрел на него.
– И это все? – презрительно хмыкнул Стив. – Мне с тобой неинтересно базарить, уважаемый. Что, трудно самому воткнуть перышко им в бок?
– Да как ты не понимаешь, папик? – выпучил глаза лорд и потянулся к непочатой бутылке с гномьей водкой. Собкар торопливо выхватил ее у него прямо из‑под носа. – Это же приказал древний бог! А его приказы не обсуждаются!
– Братва, с богами ссориться будем? – спросил Стив.
– А на хрена? – удивилась его команда.
– Тогда пошли валить. Но если ты, козлина, попытаешься нас напарить, – поднес Стив кулак к носу Велингрока, – то вместе с ними рядом ляжешь. Братва, кто в лицо знает Ленона?
Собкар вытащил из кармана мелкую бурмундскую монетку.
– Во! Портрет.
– Пошли сверять. Веди, лорд!

20

Как и любой приличный замок, «охотничий домик» короля Нурмундии имел подземные казематы, которые, с тех пор как Родриго Честер взошел на престол, практически пустовали. Спустя триста лет в них справляла новоселье группа эльфов, превращенная искусством профессора Эльфира в полное подобие команды Стива. Они были прикованы к стене, и Стив сразу понял, почему они не ушли через портал, как предполагалось, если почувствуют смертельную опасность. Древний бог был силен. Видать, он что‑то заподозрил, а может, просто на всякий случай наложил на них заклятие, полностью блокирующее магическую ауру.
Стив мрачно смотрел на двойников своих друзей.
– Я что‑то не понял. – Голос его прозвучал как удар хлыста. Велингрок, от испугу даже начал трезветь. – Это что, подстава?
– Ну, я же говорил, что среди них будет принц Ленон, – засуетился лорд.
– Да плевать мне на твоего Ленона! – рявкнул Стив.
Принц Бурмундии, настоящий, а не тот, что был прикован к стене, начал багроветь. Видя отчаянные знаки Собкара, усилием воли заставил себя сдержаться.
– Вот этот вот, если не ошибаюсь, Кот? – Стив ткнул пальцем в двойника гересского воришки.
– Он продался, – начал выкручиваться Велингрок, – к Стивиану переметнулся! Все воровские законы нарушил!
– Гммм… продался, говоришь? – задумчиво потер подбородок юноша. – Тогда надо валить.
– Слышь, папик, – выступил вперед Кот, – своих валить все равно западло. Да и… а вдруг этот фраер нас все‑таки подставляет? Яшка Лимончик авторитет.
– Знаю. Чем докажешь, что Яшка ссучился? – грозно глянул Стив на Велингрока.
– Так вот же, рядом Собкар стоит. Капитан тайной полиции Бурмундии. Где это видно, чтоб криминальный авторитет сотрудничал с тайной полицией, а? – радостно спросил лорд.
– Действительно… будем валить, – принял решение Стив. – Но с одним условием.
– Любым! – страстно подался вперед Велингрок. – Все сделаю, зуб даю! Век воли не видать!
Лорд с такой скоростью осваивал блатную феню, что Стив только диву давался.
– Если ты пацан правильный, как нам тут тер, то баш на баш. Этой ночью со своими шестерками возьмешь гномий банк… Хрипатый, какой тут ближайший банк?
– В Лиме. Городок небольшой в часе пути отсюда.
– Отлично, вот его и возьмешь, – приказал лорду Стив.
– Идет, – согласился Велингрок. Глаза его странно сверкнули. – Только не дергайтесь этой ночью. Я охрану подменю, чтоб было с кем на дело идти. И что с этими деньгами делать?
– В общак откинешь. Раз ты согласен, то мы этих сейчас урабатываем. Братва нас поймет. Я свой голос выставлю, что Яшка Лимончик ссучился.
Кота аж передернуло. От Собкара это не укрылось, и он злорадно внес предложение:
– А может, прям сейчас братве маляву и направим? – радостно спросил он. – Так и так, мол, Яшка Лимончик ссу…
– Ты че сказал, морда Хрипатая? – В руках Кота появился нож. – Да я тебя сейчас…
Ленон сгреб гересского воришку в охапку, и тот придушенно запищал в его мощных объятиях.
– Дружок закадычный Кота был, – пояснил лорду Стив. – Вот видишь? Даже моя братва сомневается. Как бы не напарил. Где гарантии?
Эльфы огромными глазами смотрели на своих палачей. К смерти морально они были уже готовы, но абсолютно ничего не понимали.
– Какие нужны гарантии? – осторожно лорд.
– Пиши расписку. Репей, озаботься.
В многочисленных карманах Кота чего только не было. Нашелся там и заранее заготовленный лист бумаги, золотая чернильница и перо, позаимствованные им у призрака. В качестве письменного стола предложил свою спину. Стив начал диктовать:
– «Я, лорд Велингрок, обязуюсь ограбить лимский гномий банк, чтоб доказать братве, что я правильный пацан, и всю сумму сдать в общак Красавчика Стива.» Подписывайся.
Велингрок послушно подписался.
– Теперь ваша очередь, барон, – сладким голосом сказал лорд, протягивая Стиву бумагу. – Клиенты ждут, – кивнул он на эльфов.
– Это уже такая мелочь, – небрежно махнул рукой Стив. – И стоило из‑за нее выходить из‑за стола? Предлагаю особо не пачкаться, братва, чтоб потом не размываться. Нас ждет эльфийское вино и гномья водка! Репей, дай‑ка мне сюда флакончик, с помощью которого мы отправили на тот свет профессора Эльфира.
Эльфы напряглись. Стив принял из рук Кота флакон и продемонстрировал пленникам, в глазах которых засветилось понимание. Взгляды были слишком радостными, а потому Стив подмигнул им, намекая, что надо соблюдать конспирацию, и они дружно, возмущенно заорали.
– Это непорядочно!
– Я принц Бурмундии! Требую смерти от меча, как подобает настоящему дворянину! За меня отомстят!
– Мы пожалуемся в Вольные Баронства!
– Надо же, – удивился Велингрок, – разговорились. У вас талант развязывать языки, Красавчик Стив.
– Барон фон Эльдштайн! – оборвал его юноша. – Однако, пора за дело. Репей, метнись по‑быстрому в наши закрома. Эльфийское чтоб было не меньше ста лет выдержки. Надо оказать уважение бурмундскому принцу и его подданным. Пусть ребята отойдут в вечность безболезненно.
Кот пулей выскочил из казематов и понеся к СВ‑карете барона фон Эльдштайна, которую охраняли гномы и эльфы.
– Передайте своим, что этой ночью в Лиме будут грабить гномий банк.
– Понял. – Бородатый гном коротко поклонился воришке и помчался передавать сообщение.
Кот с кувшином столетнего вина вернулся обратно.
– Папик. Лучший, как ты просил.
Стив демонстративно растворил таблетки в вине.
– Это нарушение конвенции!!! – старательно изображали панику эльфы.
– Ну‑с, с кого начнем? – вопросил пространство Стив.
– С этого, с Ленона, – лорд от нетерпения аж приплясывал на полу. – Он к моей Лили клинья подбивал!
Бард рванулся, было, к лорду, но его сумели затормозить объединенными усилиями Осель и Собкар.
– Я, понимаю, Ленивец, что тебе хочется отличиться, но принца заказали мне. – Юноша подошел к лопоухой жертве. – Ваше Высочество, откройте ротик, не заставляйте разжимать его силой.
Эльф с готовностью открыл рот, принял четко отмеренную порцию отравленного вина и повис на цепях бездыханный. Лорд Велингрок даже взвизгнул от радости и захлопал в ладоши.
– Браво, барон! Я чувствую, что мы с вами сработаемся.
Стив на него внимания не обращал. Он не спеша обходил пленников, вливая каждому в раскрытый рот его дозу, и они, закатив глаза, уходили в небытие.
– Ой, а куда же их теперь? – опомнился лорд, глядя на неподвижные тела, висящие на стене.
– Сразу видно, не профессионал, – снисходительно сказал Стив. – На откорм свиньям. Ребятки, подсуетитесь. А мы пока с лордом помянем убиенных. Ему надо принять для храбрости перед походом на дело.
Команда Стива освободила тела пленников из оков и поволокла их наверх, к карете баронессы фон Эльдштайн.
– Это эльфы из касты Непримиримых, – сообщил Собкар эльфам, выпучившим на «трупы» глаза. – Скоро придут в себя. Доставьте их в Вольные Баронства. Профессор Эльфир знает, что с ними делать.

21

Прощальный пир, который должен был ознаменовать завершение королевской охоты, назначенный королем на утро следующего дня, начался где‑то часов в двенадцать пополудни. Изрядно оттянувшиеся накануне гости были просто не в состоянии пробудиться раньше. Они пришли, опухшие со сна и дикого бодуна, встали столбом, косясь на стол, пожирая глазами блюда и напитки. Кто‑то косился на штофы с гномьей водкой, кто‑то на емкости, в которые предусмотрительными слугами был налит рассол. Все были немножко не в себе, но героически держались, так как команды приступить к трапезе еще не было. Все ждали короля.
Потрубили трубы. В пиршественный зал вошел мажордом, трижды стукнул посохом в пол.
– Его Величество Эдуард II со своей свитой и телохранителями!
В пиршественный зал вошел король Нурмундии, чувствовавший себя, судя по всему, не лучше своих придворных. На его согнутую в локте руку опиралась свита в составе мадам Клико, чуть сзади шли телохранители, единственным представителем которых был граф Вэлэр. Дамы начали делать реверансы, господа, согласно этикету, вставать на одно колено и прижимать руку к сердцу, почтительно склонив голову. Король, как и положено, сел во главе стола, под портретом своего предка, первого нурмундского короля династии Честеров, и Стиву на мгновение почудилось, что глаза Родриго с портрета сердито покосились на своего потомка.
Вновь затрубили трубы.
– Ее Высочество наследная принцесса Лили, со своими придворными дамами и телохранителями!
В зал вошла принцесса. Придворные ахнули. Сегодня она сияла как никогда, воркуя по пути о чем‑то со своей свитой, единственной представительницей коей была Петри, и при этом не сводила глаз со своих телохранителей, их единственным представителем был бард барона фон Эльдштайна с гитарой на ленте через плечо, которая была его единственным оружием. Ленон в ответ страстно пожирал ее взглядом, выражение которого менялось только тогда, когда он переводил взгляд на окружающих. Этот взгляд не сулил ничего хорошего всем, кто осмелился бы покуситься на его подзащитную.
– Что это значит, Лили? – просипел ошарашенный король. Лицо его начало наливаться кровью. Мадам Клико вцепилась в руку своего сюзерена, и стала успокаивающе поглаживать ее.
– По совету мой подружки, – беззаботно откликнулась принцесса, улыбнувшись Петри, – я решила нанять себе телохранителя. А то вокруг вдруг появилось столько незнакомых подозрительных лиц. Нам можно уже сесть?
Эдуард II автоматически махнул платочком. Загромыхали кресла и стулья. Дамы и господа торопливо сели за стол и замерли в ожидании команды. Ленон встал за креслом Лили и застыл, как и положено истинному телохранителю. Только глаза его обегали гостей, обжигая их огнем подозрительности.
– А ты знаешь, кузен, малышка права, – добродушно прогудел герцог Ламейский. – Я, пока сюда дошел, столько этой швали видел, с молниями на обшлагах. Хотел, было, морду набить, а они опять разбежались. Откуда их тут столько?
– А ведь и вправду, – задумался король. – Велингрок, что за безобразие, почему меня не поставили в известность?
Эдуард II повернулся к креслу своего канцлера, но лорда в нем не обнаружил.
– А где же он?
Ответ не замедлил себя ждать. Вновь протрубили трубы.
– Лорд Велинг… – глашатай за дверью что‑то придушенно пискнул, и уже другой голос торжественно провозгласил:
– Король Нурмундии Велингрок Первый!!!
Дверь распахнулась, и в пиршественный зал вошел канцлер в королевской мантии. Следом, чеканя шаг, топала зондеркоманда СС, в кожаных плащах, на обшлагах которых сияли вышитые золотом молнии. В руках заговорщиков сверкали обнаженные мечи и заряженные арбалеты.
– Измена!!! – завопил Эдуард II, хватаясь за единственное оружие, которое было у него под рукой, – столовый нож.
Велингрок презрительно захохотал. Вэлэр выдернул короля из‑за стола, отпрыгнул с ним в угол комнаты, прикрыл его своим телом и выхватил из ножен меч. Он как телохранитель был единственный, кто имел право на ношение оружия в присутствии короля на мероприятиях подобного типа. Турниры, охота и ристалища не в счет. А потому только он и оказался в этой критической ситуации вооружен.
Ленон, взревев, повторил ту же операцию. Выдернув из кресла Лили, метнулся с ней в другой угол и зажал ее там, прикрыв своей спиной.
– О‑о‑о… – томно простонала принцесса и начала подозрительно шебуршиться. Гитара в руках гиганта, которую он держал над головой как дубину, завибрировала.
Тут опомнились и придворные. Дамы полезли под стол, кавалеры, вооружившись серебряными вилками и ножами, заняли оборону вокруг короля. Герцог Ламейский встал в первой линии обороны с тяжелым палисандровым креслом короля в руках. Только Стив невозмутимо продолжал сидеть за столом, лениво потягивая из изящного бокала элитное эльфийское вино. Кот, Собкар, Осель и Петри, – ветераны команды великого комбинатора – тоже остались на месте и не дергались, хотя нервы и были до предела напряжены. Дворцового переворота, в горниле которого они оказались, в изложенном Стивом плане не было. Они настороженно стреляли глазами в шефа, но он никаких команд не подавал. Эсэсовцы Велингрока окружили защитников Эдуарда II, нацелили на них мечи и замерли в ожидании команды.
Велингрок окинул пиршественный зал хозяйским взглядом, затормозил на Стиве. В глазах его светилось торжество.
– Что, Красавчик Стив, не ожидал? – Канцлера буквально распирало от самодовольства. – Думаешь, подставил глупого трусливого лорда со своим дурацким гномьим банком и дело в шляпе? Ты хоть знаешь, с кем имел дело!!? – проревел он.
– С шавкой Муэрто, – спокойно пожал плечами Стив.
– С королем Нурмундии, болван! С настоящим королем, а не с этим плебеем, что трясется сейчас за спинами трусов, предавших триста лет назад своего истинного короля!
И только тут присутствующие обратили внимание на расшитую золотом мантию, прикрывавшую плечи лорда Велингрока. Вышитый на ней вензель заставил их встрепенуться.
– Виндзеры?
– Не может быть! – зашептались придворные.
– Еще как может! – В руках лорда появился кулон, висящий на золотой цепи. Велингрок нажал на едва приметный выступ у его края, и он раскрылся. Все ожидали увидеть там портрет, но вместо этого увидели огромный рубин, вправленный в золотую оправу, инкрустированную мелкими бриллиантами. – Узнали? – торжествующий голос лорда прогремел под сводами пиршественного зала. – Этот артефакт реагирует только на истинно королевскую кровь. На кровь моих предков, благородных королей династии Виндзеров!
Лорд водрузил на себя цепь, и как только амулет коснулся груди, рубин словно ожил, разгораясь изнутри алым пламенем.
– Ну, до чего ж непрофессионально, Родик, – укоризненно сказал Стив портрету последнего графа и первого короля рода Честеров, – не мог сразу всех добить? Бракодел. Теперь вот разгребай через триста лет за тобой это дерьмо.
– Не ершись, Красавчик, – рассмеялся Велингрок, давая еще одной группе СС, ввалившейся в зал, команду окружить Стива и его друзей.
– Это ты не ершись и моли Бога, чтоб я не моргнул братве раньше времени. Они ж тебя вместе с твоими придурками в пять секунд на куски порвут. Так что держи их на расстоянии.
– На что‑то еще надеешься? – усмехнулся Велингрок, но на всякий случай скомандовал. – Этих пока не трогать, я ими потом отдельно займусь, после того как одну стерву своими руками на тот свет отправлю. Наследница королевского престола, красавица, а копни глубже – шлюха! Нравятся ей, видите ли, артисты! То ей принца Датского подавай, то быдло, все достоинство которого в умении бренькать на гитаре да петь слащавые песни.
Лорд выдернул из‑за пояса меч и двинулся к Лили. Ленон зарычал. Пальцы, вцепившиеся в гриф гитары, побелели. Захрустело дерево. Из другого угла взревел герцог Ламейский. Кресло взметнулось вверх.
– Спокойнее, герцог, – лениво сказал Стив. – Этот идиот, похоже, забыл, что принцесса нужна одному очень серьезному дяде. Кажется, его зовут Муэрто. Я не ошибаюсь, лорд?
– Это ты идиот, а не я! – захохотал Велингрок, поворачиваясь к Стиву. – Будь ты поумнее, давно бы понял, что она ему не нужна‑а‑а…
Рано лорд торжествовал победу. Гитара Ленона обрушилась на его голову, дека треснула, и плотно села на уши претендента на нурмундский престол, перекрыв обзор. Лорд в бешенстве вслепую начал махать мечом. Гигант не успел увернуться. Лезвие полоснуло по его руке, распоров парадный камзол, на пол упали первые капли крови. Оглушительно завизжала Лили, нырнула под меч, вцепилась в лорда, с трудом дотянулась до его шевелюры через обломки гитары, и начала яростно его трепать. Мечом Велингроку в такой ситуации было махать несподручно, а потому он просто смахнул ее с себя ударом кулака. Девушка пыталась удержаться за золотую цепь с родовым амулетом Виндзеров и улетела в объятия Ленона, разодрав об острые грани рубина руку.
– Лили!!! – подхватил ее на руки гигант.
– Любимый, ты ранен? – окровавленная рука девушки осторожно коснулась раны Ленона.
Грянул гром, от которого заложило на мгновение уши. Пиршественный зал погрузился во тьму. На фоне абсолютного мрака потрясенные свидетели этих событий увидели, как начал разгораться портрет Родриго – основателя династии Честеров.
– Свершилось, – прошелестел по залу его торжествующий замогильный голос. Изображение на портрете ожило. – Принц Бурмундии пролил свою кровь ради спасения жизни принцессы Нурмундии, а она не пожалела своей ради него. Я свободен! Эдуард, не повторяй мои ошибки. Пусть соединятся любящие сердца, иначе тебя ждет такая же незавидная судьба, какая была уготована мне триста лет назад.
Голос затих. Портрет, мерцая, затухал, а мрак, синхронно с затуханьем, медленно, но верно отступал.
– При чем здесь принц Бурмундии? – зашелестела ошеломленная толпа.
Ответ на это был получен сразу. Тело барда барона фон Эльдштайна пошло волнами и все ахнули. Принцесса Лили трепетала уже не в руках певца и музыканта. Его узнали сразу, хотя он уже был не тот лопоухий, худощавый юнец. То ли дальние походы его закалили, то ли пребывание в наколдованном профессором Эльфиром теле гиганта сказалось, но перед ними стоял статный юноша с завидной мускулатурой, нежно прижимая к себе Лили. Изменился не только он. Прежний облик приняла и вся команда Стива, за исключением его самого. Кто‑то из придворных, увидев бородатую физиономию Петруччо в элегантном женском платье, нервно икнул.
– Извиняюсь, – пробормотал циркач, – давно не брился.
– Так вот в чем заключалось это страшное проклятье! – презрительно захохотал Велингрок, срывая с себя останки гитары. – Какой кошмар! Пролита чья‑то кровь! Да ее сейчас здесь столько будет, если мне немедленно не присягнут на верность! Но только знайте, клятву я принимаю лишь от тех, кто не замарал себя связью с узурпатором! Остальных будем вырезать!
– Боюсь вас разочаровать, лорд, – с огромным облегчением выдохнул Стив, поднимаясь из‑за стола. – Последние триста лет практически все были связаны с избранной народом династией. Решили вырезать всю Нурмундию?
– Если надо, вырежу! – в запале проорал Велингрок.
– Кишка тонка. Проще вырезать вас, – радостно щелкнул пальцами юноша.
Со звоном распахнулись окна, на пол посыпались осколки стекла. Эсэсовцы замерли при виде кучи эльфов, замерших в боевой готовности с натянутыми луками в руках. Стрелы целились прямо в лоб заговорщикам. Распахнулись двери. В пиршественный зал ввалилась орда гномов с секирами, топорами и молотами в руках.
– Если б вы знали, друзья, как тяжело было держаться до последнего, и не сорваться, – честно признался Стив. – Однако дело сделано. Кровь смешалась, проклятию конец, и скоро в Нурмундии и Бурмундии все будут жить долго и счастливо, кроме, разумеется, вот этого господина.
Велингрок затравленно озирался. Не менее десятка стрел отслеживали каждое его движение.
– Скоро вы на собственной шкуре прочувствуете, что такое зона, лорд, – посочувствовал канцлеру юноша. – Сдать оружие! – рявкнул он на эсэсовцев.
Те, стараясь не дышать, медленно положили мечи и арбалеты на пол. Они знали: эльфы никогда не промахиваются. Лорд Велингрок зарычал, судорожно сжимая рукоять меча. Удар молота ближайшего к нему гнома вышиб оружие из рук канцлера. Заговорщиков молниеносно скрутили.
– Прежде чем тебя уведут, последний вопрос, – любезно сказал Стив. – С чего ты взял, что Лили Муэрто не нужна?
– С того, что ты дурак, Красавчик Стив, – обрадовался лорд предоставленной ему возможности хоть чем‑то уязвить юношу. – Эта девка – ловушка для дураков, вроде тебя. Отвлекающий маневр, а Муэрто тем временем…
Свистнула стрела. Велингрок изумленно посмотрел на оперение стрелы, торчащей из груди, закатил глаза и осел в руках держащих его гномов. Он был мертв. Стрела пронзила сердце. Эльфы никогда не промахивались.
– Кто стрелял!!? – взбеленился Стив. – Я не отдавал приказа!
Из него рванула магия да с такой силой, что по пиршественному залу пронесся невидимый вихрь, заставивший оцепенеть, как от лютого мороза, всех присутствующих. Лишь одна фигура, кроме юного мага, словно не заметила этого шквала и спокойно шагнула внутрь через открытое окно.
– Угадай с трех раз, – прошелестел по залу змеиный голос. На тетиве лука появилась еще одна стрела. – А это персонально для тебя.
Эта стрела тоже метила в сердце, но, повинуясь магическому вихрю, непроизвольно наколдованному Стивом, отклонилась от цели и впилась в его плечо.
Юноша качнулся, но устоял. Заряд магической энергии, запущенной юным магом в ответ, отшвырнул эльфа с остатком злобного бога внутри и ударил о стену с такой силой, что лук в его руках хрястнул пополам.
– А ты силен, Стивиан. Но эта стрелка прыти тебе поубавит, – сквозь узенькую щелочку губ рассмеялся эльф. – Помнишь свой сон? Хочешь знать, как все было на самом деле?
Перед глазами Стива, безуспешно пытавшегося выдернуть из плеча стрелу, все поплыло…
Это была Крепость Снежных Шапок. Та самая, которую он видал во сне. Только стоял он не на стене, а словно парил над ней. Перед ним простирались Забытые Земли. Прямо под ним, лязгая латами о камни зубчатой стены, шел герцог де Гремиль. Вот он остановился, напряженно всматриваясь в темноту, и вновь возобновил свое движение.
– Ничего подозрительного не заметили? – спросил де Гремиль лейтенанта, добравшись до ближайшего поста.
– Нет. – Лейтенант зябко поежился под пронизывающим ледяным ветром. – Вы по‑прежнему уверены, что нападение будет? С тех пор как монахи со святыми мощами туда ушли, на границе полная тишина настала. Ни одного набега. Да и Муэрто до сих пор в плену.
– Его орды остались, а они так просто не успокоятся. А Муэрто… тихо!
Лейтенант проследил направление взгляда герцога и понял, что привлекло его внимание. На горизонте замелькали огоньки. Де Гремиль схватился за сигнальный рожок. Дисциплинированные воины при первых же звуках боевой тревоги высыпали из казармы и полезли на стены, звеня кольчугами и гремя латами. На бегу они проверяли, как выходят мечи из ножен, сдергивали луки с плеч и накладывали стрелы на тетиву. Крепость приготовилась к обороне. Стив, невидимый для всех, с высоты своего полета одобрительно кивнул головой. Такая оперативность ему понравилась.
– Без команды не стрелять, – отдал короткое распоряжение де Гремиль. – А вдруг это монахи возвращаются.
Огоньки приближались. И скоро выяснилось, что герцог был прав. Это возвращались монахи. В свете факелов хорошо были видны их сутулые фигуры, закутанные в коричневые сутаны. Четверо из них несли на плечах гроб со святыми мощами. До защитников крепости стали доноситься звуки монотонной, заунывной песни.
– Вы только посмотрите, герцог, – восхитился лейтенант, – за ними идут орки. Они тоже поют псалмы! Их обратили в истинную веру! Вот что крест‑то животворящий делает! Ну, что? Впускаем?
– Только монахов! – коротко распорядился де Гремиль.
– Есть, только монахов!
Воины налегли на барабан. Загремели цепи. Вниз, со стены с лязгом и скрежетом начала опускаться платформа. Стена крепости неимоверной толщины, обращенная в сторону Забытых Земель, не имела ворот. Попасть на ту сторону можно было только с помощью этого примитивного подъемника. Крепость, зажатая с двух сторон отвесными скалами, надежно перегородила перевал и закупорила проход, через который когда‑то в Вольные Баронства волнами лезла нечисть.
Платформа достигла земли. Цепи обвисли.
– Только монахи! – крикнул вниз лейтенант.
Орки послушно отошли в сторону, монахи с гробом первые ступили на платформу. За ними, не прекращая пения, на подъемник взобрались остальные святоши с факелами в руках.
– Пошел! – махнул рукой де Гремиль.
Цепи натянулись, и платформа медленно поползла вверх. Орки тут же встали на колени и начали подвывать в такт пению монахов.
– Все, конец войне! – радостно потер руки лейтенант. – Молодцы монахи.
– Опустите подъемник!!! – в отчаянье закричал Стив. – Там Муэрто!!!
Но его не слышали, хотя он висел прямо над воинами, вращавшими барабан.
– Пошли встречать, – нетерпеливый лейтенант, не дожидаясь согласия герцога, двинулся к воинам, с натугой крутившим колесо, наматывая на барабан черную стальную цепь гномьей ковки.
Платформа сравнялась со стеной.
– Рад приветствовать вас, святые отцы. Трудно было там, среди этих дикарей?
Ближайший монах откинул капюшон, и лейтенант отшатнулся от огненного взгляда Орбиладзе. Из‑под сутан монахов вынырнули мечи.
– Ловушка!!! Это Муэр…
Тело лейтенанта, пронзенное мечом, кувыркаясь, полетело вниз на головы радостно завопивших орков.
– Не дать им захватить подъемник! – как сквозь вату, донесся до Стива голос герцога…
Юноша пришел в себя, тряхнул головой, отгоняя туман.
– Тело уже на месте! – восторженно, с придыханием воскликнул эльф. – Но это еще не все. Готов к очередному сюрпризу, Безумный Лорд?
«Стиви!!! Мы ошиблись, – прозвучал в голове юноши отчаянный голос Эммы. – Он сумел подчинить охранявших его эльфов! Он напал на меня! Не‑е‑ет…»
– Вот и все, Стивиан. Она у меня. Захочешь ее найти, сам придешь. Этих двух, – эльф кивнул на Ленона и Лили, застывших, как и все остальные участники этой мелодрамы, – можешь с собой не брать. Они мне не нужны. Когда я верну свою былую силу, жалкие людишки моим планам не помеха. А вот ты – милости прошу в замок графа Драко. Я буду ждать…
Тело эльфа обмякло, сползло по стене на пол, и сразу все ожило вокруг.
– Ах ты, зараза! – Осель, который был ближе всех в тот момент к эльфу, схватил его за шкирку, занес над бесчувственным телом пудовый кулак…
– Не сметь! – рявкнул Стив и качнулся. Пропитанная ядовитой магией древнего бога стрела, стремительно высасывала жизненные силы. – Муэрто из него уже ушел. Быстро, отвечайте, кто такой граф Драко?
– Ну, я граф Драко, – Вэлэр, до последнего момента, прикрывавший спиной короля, раздвинул толпу придворный и вышел вперед.
– Вот даже как… это хорошо… это замечательно… – Стива опять качнуло. Его команда дружно рванула к шефу и подхватила его на руки. – Погодите, я сам… я сейчас… – юноша тряхнул льняными волосами, заставив их разметаться по плечам. Белоснежный камзол медленно пропитывался кровью. – Вы, – кивнул Стив эльфам и гномам, – помогите королю навести здесь порядок. Поручаю вам разобраться с этой мерзостью в молниях. Лили, Ленон, счастья вам. – Слова давались все труднее. – Вэлэр, напрягись и вспоминай родные места. Мне нужно срочно туда. Буду читать прямо из твоего мозга.
– А вы сможете, Ваше Высочество? – Собкар с тревогой посмотрел на стремительно бледнеющее лицо Стива.
– Эмму похитили, – прохрипел юноша. – Вспоминай, Вэлэр!!!
Вэлэр послушно напрягся, раздался легкий хлопок, и команда Стива исчезла.
– Ваше Высочество? – Король выбрался из своего угла, ошеломленно хлопая глазами. – Почему этот… из его свиты так его назвал?
– Это пропавший сын барона дґАврильяка, месяц назад согласившегося взойти на престол. – Ленон осторожно опустил Лили на пол, подошел с ней к Эдуарду II и опустился перед ним на одно колено. – Ваше Величество, позвольте мне просить руки вашей дочери.
– Благословляю вас, дети мои, – всхлипнул король и перекрестил их серебряным столовым ножом, который по‑прежнему сжимал в руках. – Так, быстро, убрать с глаз моих долой всю эту шваль, – кинул он яростный взгляд на эсэсовцев. – И накрыть стол по‑новой! Начинаем праздновать помолвку! Чтоб через пять минут, к моему приходу, все было готово.
Король подтянул свою мантию повыше, чтоб не споткнуться на бегу и помчался к выходу из зала.
– Куда ты, кузен? – прогудел герцог Ламейский.
– Надо Дарьялу отписать, – крикнул король уже из дверей. – Как‑никак сват! Должен же он присутствовать на свадьбе!
Придворные заулыбались. Они поняли, что долгие годы противостояния двух государств, Нурмундии и Бурмундии, остались позади.

22

Приземление было довольно жестким, и если бы не густой коричневатый мох, без членовредительства бы не обошлось. Команда Стива покатилась по земле, невольно выронив раненого. Они оказались в густом дремучем лесу. Все сразу бросились к своему предводителю. Юноша лежал на спине, раскинув руки и ноги. Широко открытые глаза бессмысленно смотрели на качающиеся в вышине ветви деревьев. Грудь едва заметно вздымалась в такт дыханию.
– Плохо дело, – хмуро сказал Вэлэр. – Если что‑то не предпримем, помрет.
– Так рана ж пустяковая! – возмутился Собкар.
– Стрела из него силы тянет, – пояснил вампир. – Магию от нее мощную чую. Надо извлечь.
Вэлэр схватился за черенок стрелы.
– Обалдел? – оттолкнул его Осель. – Ты что, не видел какие у эльфийских стрел наконечники? Все плечо ему хочешь с мясом выдрать? Отойди!
Вэлэр растерянно посмотрел Собкара.
– Все правильно, – успокоил вампира Жанэр. – Монахи в этом деле толк знают.
– Нож! – потребовал Собкар.
Все дружно посмотрели на Петруччо. На пиру у Эдуарда II все они, согласно правилам, были разоружены. Дам, разумеется, не досматривали. Петька полез под юбки за своим оружием на эльфийской веревочке.
Осель распорол камзол Стива и начал ощупывать плечо.
– На самом выходе застряла, – удовлетворенно сказал он, взялся за черенок стрелы и отдернул руку, отчаянно тряся ей в воздухе.
– Жжется зараза! – На ладони вспухали волдыри, как от ожога. – Петька, подойди.
Циркач себя ждать не заставил. Затрещала юбка.
– Ты что делаешь!!? – шарахнулся от него Петруччо.
– Не пристало мужику бабские тряпки носить.
Осель обмотал обрывками подола руки и с силой нажал на черенок стрелы.
Черное жало, прорвав плоть, вышло с другой стороны. Гигант аккуратно взял стрелу с двух сторон, и надломил оперенье стрелы.
– Придержите его.
Руки друзей подхватили Стива, удерживая его в полусидячем положении. Осель зашел со спины, схватился за жало и одним рывком вырвал ее из тела. Из раны толчком выплеснулась кровь.
– Кот, водку, быстро!
На этот раз гересский воришка не стал даже отпираться. Случай был не тот. Чтоб он со стола, да не простого, а королевского, чего‑нибудь да не спер? Такого просто быть не может!
Осель обильно полил сквозную рану крутой гномьей водкой с обеих сторон. Стив застонал, лицо начало розоветь.
– Будет жить, – удовлетворенно сказал Осель. – Чистые тряпицы нужны, рану перетянуть, чтоб не кровила.
Самой чистой была белоснежная юбка Петруччо, которую, невзирая на его протесты, тут же пустили на бинты, оставив циркача в одних панталонах. Они очень хорошо гармонировали с его бородой.
– И что дальше? – спросил Кот, глядя на лежащего без сознания Стива.
Все так привыкли, к ЦУ шефа, что теперь, оставшись без руководителя, слегка растерялись.
– Думаю, перво‑наперво надо определиться: где мы есть, – прогудел Осель.
– Это мои владения, – Вэлэр любовно провел рукой по шершавой коре дуба. – Шеф немного не дотянул до замка. Из последних сил колдовал. Я узнаю этот дуб. В детстве играл тут. В нем есть дупло. Я прятал в нем свои игрушки.
Ностальгия, видать, так скрутила бедного графа, что он превратился в летучую мышь и черной молнией метнулся вверх.
– Нашел время в игрушки играть, – сердито пробурчал Петруччо, разглядывая свои панталоны.
Опять зашумели крылья. Вэлэр ударился о землю, превращаясь в человека. В руках его был детский лук, нож, арбалет, связка ключей и веревка.
– Ты в какие игры тут играл? – выпучил глаза Собкар.
– В разные. В разбойников, в «Догони меня стрела»…
– Это как? – заинтересовался Осель.
– Ну, кто кого быстрей подстрелит. Я своих слуг или они меня. Они медленные, неповоротливые, одно слово – зомби, но их много, и они большие, а я хоть и один, но маленький да шустрый.
– А не боялся, что попадут? – поежился Кот.
– Так стрелы же не из осины делались.
– Да‑а‑а… забавные у тебя игры в детстве были, – покачал головой Собкар.
– А от чего эти симпатичные ключики? – деликатно спросил Кот.
– Этот от черного хода, – тряхнул связкой Вэлэр, – этот от сокровищницы, этот от…
– Достаточно, – остановил его Кот, – нам и первых двух хватит. Так, господа, вы не забыли, зачем мы здесь? Там, понимаешь, в сокро… тьфу!.. в замке Эмма мучается в когтях злобного Муэрто, а мы тут прохлаждаемся!
– Он прав, – лицо Вэлэра потемнело. – В замок пойдем. Давно я хотел потолковать по душам со своим отчимом.
– Но если это ловушка… – начал возражать Петруччо.
– Разберемся, – отмахнулся вампир. – Осель, Собкар, понесете Стива. Я за проводника. Кот и Петруччо прикрывают тыл.
Командование плавно перешло к вампиру, но никто не возражал, так как все понимали, что Вэлэр знал эти места лучше. Да и свежа еще в памяти битва в «Приюте одинокого странника» когда по приказу отчима Вэлэра на команду Стива напала нечисть. Туго им пришлось бы, если б вовремя не подоспел вампир… Нечисть была готова пятки лизать сыну своего бывшего хозяина.
– Давай соорудим носилки, – предложил Осель. – Рана у шефа хоть и не серьезная, но лучше лишний раз не тревожить.
Вэлэр одобрительно кивнул головой.
Носилки из ветвей деревьев опытный воин соорудил быстро, на них осторожно переложили Стива, подняли, и поход на злобного отчима графа Драко начался.
– Слушай, Вэлэр, – где‑то через полчаса пути спросил Собкар, – я, что‑то не пойму насчет отчима. Если твоя мать умерла в тот день, когда ты родился…
– А отец погиб за полгода до того, – мрачно сказал Вэлэр. Видно было, что эта тема ему была неприятна, но он решил все же пояснить. – Думаю, дело рук этого гада. Мать не хотела, чтоб ребенок рос сиротой. А Влад Драко был такой очаровашка…
– Драко? Он тоже Драко? – удивился Петруччо.
– Он был моим дядей. Братом моего отца. И в первую же ночь вонзил ей в шею свои клыки. Когда она сообразила, в чем дело, вышла в парк… какое там вышла! Выползла!!! Она уже рожала. Срубила осиновый кол, приставила к сердцу и бросилась на него. Подоспевшие слуги вынули меня уже из мертвого чрева.
Команда Стива подавленно молчала. Трагедия Вэлэра потрясла их до глубины души.
– Слушай, а…
– Тихо! – Вэлэр поднял руку.
Все замерли, напряженно прислушиваясь. Где‑то в отдалении послышался вой.
– Волки? – затрясся Кот.
Как чисто городской житель, он братьев своих меньших, волков, зайчиков и медведей, немножко опасался. Вэлэр отрицательно покачал головой. Уже начинало смеркаться.
– Туда, – махнул рукой Вэлэр и двинулся в сторону звуков.
– Петька, приготовь нож, – распорядился Собкар. – Ты из нас единственный, кто вооружен. Кот, подмени Оселя. В хорошей драке его кулаки будут нелишние.
Кот с готовностью перехватил носилки. Осель расправил могучие плечи и начал озираться в поисках подходящего оружия. Поваленный бурей ствол молодого дуба ему понравился. Одним ударом ноги он сломал его пополам, и начал с хрустом отдирать от него ветки.
– Тише, я сказал! – прошипел вампир.
– Угу, – прогудел гигант, вскинул огромную, суковатую дубину на плечо и двинулся вслед за Вэлэром.
Вскоре впереди, меж деревьев, они увидели огонь. Где‑то горел костер. Сквозь вой до них стали доноситься отдельные слова, и Кот сразу успокоился: это были не волки.
– Кот, Осель, Петруччо, остаетесь здесь, – прошептал Вэлэр. – Охраняйте Стива. Собкар, за мной. Посмотрим, кто там воет.
Носилки со Стивом осторожно положили на землю. Собкар размял затекшие руки и крадучись двинулся за вампиром. Им удалось подобраться почти вплотную. Осторожно раздвинув кусты, разведчики увидели огромную поляну, в центре которой горел костер. Вокруг него сидели зомби. В отдалении, с другой стороны поляны, несколько мертвяков старательно подгрызали огромную осину. И от всех них несло невыносимым зловонием разложившейся плоти. Сидевшие вокруг костра зомби пели какую‑то заунывную песню без слов, принятую командой Стива за вой, одновременно старательно починяя друг друга. Они приматывали сломанные кости рук и ног веревками к туловищу, скрепляли их скобами и даже приколачивали гвоздями. Справа от Собкара и Вэлэра затрещали кусты. Друзья замерли, стараясь не дышать.
На поляну вышла еще одна группа мертвяков и робко затопталась на окраине, не решаясь подойти к костру. Песня‑вой тут же прекратилась. Один из мертвяков, которому только что руку гвоздями приколотили к плечу, поднялся и грозно спросил:
– С чем пришли?
– Мы… это… к вам, – робко сказал один из новоприбывших. – Это правда, что вы видели нашего господина?
– Мильтон, новички прибыли. Расскажи им.
С земли шустро поднялся еще один зомби.
– Это я сейчас. Новобранцы, за мной!
Он отвел новичков в сторонку от костра, чтоб не мешать ветеранам починять друг друга, сел на обгрызенный пенек, жестом предлагая располагаться вокруг, и, как только все уселись, начал вдохновлено толкать речь. К ней прислушивались и ветераны, продолжавшие врачевать свои раны.
– Это было так. Когда по приказу узурпатора Влада Драко…
– А‑а‑а!!! – взревели ветераны. – Долой его!!!
– На кол гада!!!
Как только страсти утихли, Мильтон продолжил.
– Пришли мы в трактир под названием «Приют одинокого странника», что находится в городе Двух Стран.
– Знаем…
– Знаем такой…
– Был там при жизни.
– Какую гномью водку там подают! – в экстазе простонал какой‑то новобранец.
– Да… помню. И вот, напали мы по приказу узурпатора на какого‑то Безумного Лорда и его свиту. Бьемся. Ну, там одна баба была… это что‑то! Юбчонку задрала и как мне даст!
– Прям во время драки? – ахнули новобранцы.
– Ну да! У меня сразу отлете…
– Да врешь ты все! – засомневался кто‑то из новобранцев. – У тебя это самое давно уж сгнило и отлетело.
– Рука отлетела, болван!
– А‑а‑а, – разочарованно прогудели новобранцы.
– И тут в окно влетает наш господин. Прекрасен! Могуч! Крылья – во! Мышцы – во! Морда – во! – Мильтон азартно размахивал руками, показывая габариты их господина. – Исполин! И сказал он громовым голосом; «Дети мои! Я в подполье нахожусь! Коплю силы! Вы должны подготовиться к моему приходу!»
– Что, так и сказал? – возбужденно загалдели новобранцы.
– Вы что, думаете, я вру? Да пусть прихлопнет меня на этом месте!
Подгрызенное зомби дерево затрещало и рухнуло прямо на рассказчика.
– Таран готов!
– Ну, вот, – расстроились новобранцы, – на самом интересном месте.
Они вскочили, облепили дерево и с натугой оттащили его в сторону.
– Соберите меня обратно, – пропыхтел Мильтон.
Собирать, в принципе, было нечего. Грудная клетка, руки, ноги были переломаны основательно.
– Потом, потом, – новобранцы поставили голову рассказчика на пенек. – Дальше‑то что было?
– Хватит тары‑бары разводить, – прикрикнул на них мертвяк от костра, который, судя по всему, был здесь за старшего. – Делом займитесь. Подлатайте его, ветки от тарана оторвите. Завтра поутру идем на штурм. За работу!
Вэлэр тронул за руку Собкара, глазами дал понять, что пора отходить. Жанэр кивнул головой, и они уползли в темноту.
– Ну, что там? – тревожно спросил Кот, как только они вернулись к друзьям.
– У нас появились союзники, – обрадовал их Собкар. – Бывшие подданные нашего графа.
– Это хорошо, – обрадовался Петруччо.
– В принципе, да, – согласился Вэлэр. – Челядь за меня готова биться. С отчимом‑то я теперь и без них разберусь. Сил уже достаточно, но против Муэрто я не потяну, – честно признался вампир. – И даже вместе с вами. А он, скорее всего, нас в замке поджидает.
– Что предлагаешь? – спросил Осель.
– Шефа надо на ноги поднимать. Чую, только ему под силу с древним богом сразиться. Есть тут неподалеку одно уютное местечко. Там заночуем. А к утру Стив, может, и сам очухается.
На том и порешили. Друзья подняли носилки, и двинулись вслед за Вэлэром, бесшумно скользящим по мягкому пружинящему мху. Уютным местом оказалась лощина посреди дубравы, поросшая травой. На дне ее можно было развести небольшой костер, без боязни быть замеченными. Там друзья и расположились на ночлег. Вэлэр, сославшись на бессонницу, вызвался первым встать на караул. Измотанная длинным переходом команда Стива улеглась возле костра и моментально уснула.

23

Вэлэр вывел команду Стива на исходную позицию. Они вышли на опушку леса. Отсюда был прекрасно виден как сам замок, с потемневшим от времени флюгером в виде маленького медного дракончика на самой высокой башне замка, так и партизаны, готовящиеся к штурму. Друзья осторожно положили носилки с так и не пришедшим в себя Стивом на землю и наблюдали за действиями оппозиции нынешнему хозяину замка.
– Таран на пле‑е‑е‑чо! – донеслась до них команда.
Зомби подхватили ствол огромной осины.
– На штурм № 35, бе‑е‑егом!
– Ура‑а‑а!!!
– За графа Вэлэра‑а‑а!!!
– Долой узурпатора‑а‑а!!!
Зомби, набирая скорость, помчались вперед, целясь тараном в створ ворот. Защитники засуетились, начали подтаскивать к краю крепостной стены чаны с кипящей смолой. За действиями своих подданных наблюдала мрачная фигура в черном плаще, чем‑то напоминающая Вэлэра.
– Он? – поднял глаза на вампира Собкар.
– Он, – с ненавистью глядя на дядю и отчима, прошипел Вэлэр. – Не могу… душа горит. Сейчас я его…
– Это потом. Лучше дух своих сторонников подними. Среди них, по‑моему, появились паникеры.
И действительно, при виде чанов со смолой кто‑то из нападавших начал стонать:
– Опять эта мерзость на голову! Ну, неужели нельзя придумать что‑нибудь другое?
– Ладно, подбодрим, а потом… – Вэлэр мгновенно превратился в гигантскую летучую мышь и взмыл в воздух.
Его сторонники еще не прошли и половины расстояния от кромки леса до ворот замка, когда его крылатая тень пронеслась над ними.
– Дети мои! – взревел он из поднебесья. – Разгромим этот оплот зла! Разнесем его по камушку!
– Ура‑а‑а!!!
– Хозяин вернулся‑а‑а!!!
Воодушевленные зомби прекратили роптать и прибавили обороты задних конечностей, набирая разгон. Реакция Влада Драко же на появление племянника была совершенно не той, которую ожидал Вэлэр.
– Открыть ворота!!! – завопил он, слетая вниз. В руках его появился поднос, на котором лежал каравай, украшенный сверху солонкой.
– Племяш, я тебя так ждал! – шагнул он в распахнутые ворота и затоптался около них в недоумении.
Вэлэр, не ожидавший такой реакции дядюшки на свое возвращение, вместо того чтобы ринуться в драку, взмыл вверх, сделал в воздухе что‑то напоминающее мертвую петлю и повис на ветвях молодой ольхи, росшей на опушке леса, далеко за спинами своих подданных. Те же, войдя в раж, неслись гигантскими скачками на штурм. Влад Драко со своим подносом заметался в створе ворот и, в конце концов, решил пропустить придурков, ломящихся в открытую дверь. Он метнулся в сторону.
– Ворота открыты, что делать?
– Стену ломай!
– Зачем? Ворота ж открыты!
– Хозяин сказал по камушку, значит по камушку!
– Видать, строиться решил.
– Ура‑а‑а!!!
Таран со всего размаху впечатал в крепостную стену вампира, вместе с его подносом. Над замком раздался нечеловеческий вопль. В принципе, такой удар любому вампиру был бы нипочем, но таран‑то был сделан из осины!
Содрогнулась земля, затряслась. Со стен посыпались тела защитников. Земля разверзалась и поглощала их.
– Спасибо, господин! – взревели партизаны, погружаясь в землю вместе с тараном, на конце которого извивался вампир, – ты дал нам упокоение…
Через несколько минут все затихло. Вэлэр сорвался с ольхи, подлетел к друзьям и вновь превратился в человека.
– Вы что‑нибудь поняли? – ошалело спросил он.
– Да, – мрачно сказал Собкар, – нас просто жаждут видеть в этом замке.
– Ну, так пойдем, – заерзал Кот.
– Через запасной вход, или через ворота? – почесал затылок Осель – Давайте через запасной, – нервно сказал Петруччо. – А то я не одета, вдруг кто заметит…
– Тьфу! – дружно сплюнула команда Стива.
– Петька, болван, ты уже мужик! – постучал циркачу по лбу Собкар.
– Уффф… – с облегчением выдохнул циркач.
– Так как пойдем? – продолжал торопить друзей Кот.
– А как поступил бы наш шеф? – задумчиво спросил Осель.
– Он бы первым делом бросился спасать друга, – сурово оборвал дебаты Вэлэр. – Вы посмотрите на него!
Друзья перевели взгляд на лицо шефа и ужаснулись. Оно серело на глазах.
– Да провались все пропадом!!! Вэлэр, в замок его! – завопил Осель. – Туда, где есть огонь, очаг, вода и котелок. Братва, если внутри Муэрто, мочить гада сразу, без предупреждения, и к Стиву не подпускать, пока я не приготовлю бальзам!
– А потом?
– А потом Стив сам его придушит.
Вэлэр подхватил носилки со Стивом на руки, прижал юношу к груди и гигантскими прыжками понесся в сторону ворот. За ним, размахивая выломанным по дороге к замку дубьем, мчалась верная команда Безумного Лорда на очередной штурм замка, который оказался… пуст.
Никто не встречал их ни мечами, ни секирами, ни стрелами, а потому с дикими воплями «Ура!!!» штурмующие ворвались в пиршественный зал замка, не снеся ни одной головы.
– Быстро его на стол, – распорядился Осель.
– На обеденный? – растерялся Вэлэр.
– А здесь что, есть другой? – рассердился бывший послушник ордена боевых монахов.
– На кухне есть разделочный, – ляпнул Вэлэр.
– Я не понял, ты его что, кушать собрался, или разделывать? – прошипел Собкар/ – Bли сначала разделывать, а потом есть?
– О господи, – опомнился вампир, – действительно, не на пол же его класть.
Он осторожно положил Стива на стол, рванул на нем камзол. Грудь юноши вздымалась все реже. Из‑под окровавленной повязки по‑прежнему сочилась кровь. Темная, нездоровая.
– Осель, готовь свой бальзам.
– Собкар, охраняй, – командование чисто автоматически перешло к Оселю, от оперативных действий которого зависела жизнь их любимого шефа. Все это осознали и были готовы выполнить любое задание.
Осель кинул взгляд на камин. Огонь в нем, к счастью, горел. Влад Драко даже в этот жаркий летний день совсем недавно грел около него свои вечно мерзнувшие члены.
– Кот, метнись на кухню, быстро сюда чан с водой и на огонь его!
Кот испарился.
– Вэлэр, в травках разбираешься?
– Ну, в лесу жил долго, кое‑какие знаю.
– Нужен зверобой, растопырник, ромашка, а если корень мандрагоры найдешь, это вообще будет замечательно. Только быстро!
Вэлэр вновь превратился в летучую мышь и вылетел из замка. Только он исчез, как в пиршественный зал ворвался Кот с чаном, в котором плескалась вода. Одна рука прижимала его к животу, другая волокла чугунный треножник.
– Молодец!
Треножник засунули в камин, на него водрузили чан. Осель поднял тяжелое дубовое кресло, грохнул его об пол.
– Поддерживай жар, – приказал он Петруччо, кивая головой на обломки.
Скоро в камине загудел огонь. Каждый был занят своим делом: Осель, в ожидании Вэлэра, тревожно щупал пульс Стива, Собкар, вооруженный сучковатой дубиной, озирался по сторонам в ожидании нападения Муэрто, Петруччо ломал мебель, превращая ее в дрова (в создавшейся ситуации в лес за ними никто не собирался), а Кот обшаривал углы, и ковырял рамы картин, прикидывая, что отсюда ловчее свистнуть.
– Котяра, гад, – прошипел Собкар, – шеф при смерти, а у тебя одно на уме!
– А че я делаю?
– Вот и я хочу знать: чего ты делаешь?
– Муэрто ищу, – Кот засунул нос под картину. – Вот видишь, там его нет. – Приподнял коврик. – И там его нет. А вон в той комнате, вполне может быть…
– Петька, ты ближе, дай ему поленом!
– Да вы озверели, пацаны… – шарахнулся в сторону Кот.
В зал влетел Вэлэр с охапкой заказанных трав.
– Все нашел, кроме корня мандрагоры, – доложил он. – Редкий корень, так быстро не найду, время нужно.
– Времени у нас нет, – сердито буркнул Осель, запихивая травы в закипающую воду котла. – Будем обходиться подручными средствами. Нужно серебро. У кого‑нибудь что‑нибудь серебряное есть?
Вэлэр дернулся, было, к стене, но того, что там искал, не обнаружил. Собкар, не глядя, запустил руку за пазуху Коту, выудил оттуда серебряный подсвечник и передал его Оселю. Подсвечник был старинный, потемневший от времени и очень массивный, килограмма на три, не меньше. Гигант тут же плюхнул его в котел.
– А… – дернулся, было, Кот, потом опомнился, – для шефа, пацаны, ничё не жалко! Ни злата, ни…
– Золота, – потребовал Осель.
Все повернулись к Коту.
– У меня нет!
– Кот… – нахмурился Собкар.
– Да хоть режьте, нет! – завопил гересский воришка. – Клянусь, я в этом зале и на кухне все обшарил, а в другие комнаты вы меня сами не пустили! И вообще, чего пристали? Вот перед вами хозяин с ключами от сокровищницы… Кстати, Вэлэр, могу туда сопроводить.
– Скорее давайте, – рявкнул на них Осель, – шефу совсем худо, видать не весь яд из раны выгнали гномьей водкой.
– До сокровищницы далеко, – принял решение Вэлэр. – И замки, небось, давно уж проржавели. Я сейчас, есть тут одна штучка. Главное, на Муэрто не нарваться…
Вампир вновь превратился в летучую мышь и вылетел из зала. Коту вдруг стало очень неудобно перед друзьями. Ему захотелось срочно реабилитироваться в их глазах.
– Насчет Муэрто, кстати, могу помочь, – многозначительно сказал он.
– Как? – внимательно посмотрел на него Собкар.
– Кто лучше всех знает все самые укромные и тайные углы в этом замке? – ответил вопросом на вопрос воришка.
– Вэлэр.
– Он жил здесь всего пять лет! Причем ребенком. Откуда он что помнит?
– Ну, не тяни же, кто? – рассердился Собкар.
– Домовой! – поднял палец вверх Кот. – Он нам и скажет, где засел Муэрто. Ребята, я сейчас.
– Ты куда?
– На кухню. Будем домового вызывать.
Остановить его никто не успел. Воришка испарился, как по волшебству, и буквально через минуту вернулся обратно с пустым блюдечком, шматком сала и огромной поварешкой.
– А поварешка тебе зачем? – полюбопытствовал Осель.
– Понимаешь, домового обычно вызывают молоком и хлебом, а молока на кухне нет, – Кот черпанул из бурлящего котла подозрительное варево и плюхнул чуток в блюдце. – Как, издалека на молоко похоже?
– Нет, – дружно ответила команда Стива.
– Тогда он просто обязан на эту бурду клюнуть.
– Это почему? – хмыкнул Петруччо.
– Из любопытства. А кроме того, я ему вместо хлеба во какой шматок сала приволок! Пусть только попробует не появиться!
– Трепло, – энергично сплюнул Осель в очаг, отнял у воришки поварешку и начал мешать свой бальзам.
– Сам ты трепло, – обиделся Кот. – Вот увидите, явится, как миленький.
И он начал бормотать что‑то над шматком сала, прерываясь только на то, что бы оттяпать от него кусочек. Кот, как и вся команда Стива был жутко голоден, а потому процесс вызова затянулся, так как жевательный процесс занимал немало времени, а непрожеванную пищу гересский вор глотать не собирался. Он следил за своим здоровьем.
У Вэлэра, в отличие от Кота, дела шли гораздо лучше. Тот все еще бормотал что‑то с набитыми щеками в ожидании домового, а у вампира в руках уже была добыча.
– Вот, – радостно сказал он Оселю, врываясь в зал, – чистейше золото, сейчас только оболочку сдеру.
В руках Вэлэра был медный флюгер, который Собкар приметил еще на подходе к замку. Вампир выпустил когти и одним движением руки содрал с флюгера медную, с прозеленью, фольгу. Под ней тускло блеснуло золото.
– Что‑то он мне напоминает, – заволновался Собкар при виде золотого дракончика с зелеными изумрудами вместо глаз.
– Некогда в воспоминания ударяться, – Осель схватил статуэтку и помчался к камину, где исходил клубами пара его чудодейственный бальзам.
– Не‑е‑ет!!! – Перед котлом встал грудью маленький лопоухий домовой в драном овчинном тулупчике. – Не дам!!!
– О! Явился, – радостно прошамкал Кот, вытирая жирные губы. – А вы говорили: трепло. Слышь, лопоухий, где Муэрто?
– Да погоди ты, – простонал домовой, повернулся к очагу и начал биться головой о каменную кладку камина. – Ведь под самом носом была, под самым носом, на самом виду, а я не видел! Идиот! Идиот!! Идиот!!!
– Слушай, Кот, ты ничего не напутал? – осторожно спросил Петруччо. – Какой‑то больной домовой попался. Еще покусает…
Осель треснул домового по затылку поварешкой.
– Теперь не покусает.
– Да ты что делаешь? – заорал на него Собкар. – Он нам нужен!
– Извиняй, – почесал гигант поварешкой затылок. – Сейчас оживим, подержи. – Он протянул обратно Вэлэру статуэтку, набрал из котла полный ковш бурлящего бальзама и вылил его в открытый рот лежащего без чувств у камина домового.
Зелье сработало на ура. С диким воплем домовой взметнулся с пола и начал нарезать круги по потолку и стенам.
– Чего‑то в этом составе не хватает, – задумчиво пробормотал Осель – Может, золота? – Вэлэр вернул лекарю статуэтку.
– Ах, да!
Золотой дракончик уже завис над котлом, когда его вместе с Оселем унесло от камина.
– Не дам!!! – Домовой вновь перекрыл своим маленьким телом очаг.
– Да ты что, оборзел, пушистик? – рассвирепел Вэлэр. – Нам друга спасать надо, золото нужно!
– Будет! – Глаза домового готовы были вылезти из орбит. – Только не это золото. Сейчас все будет.
Он пулей вылетел из пиршественного зала и буквально через несколько секунд вернулся обратно, с натугой волоча за собой старую прокопченную кастрюлю, битком набитую золотыми червонцами.
– Она что, на кухне была? – возмутился Кот. – Не верю!
– На кухне кастрюля была, – пропыхтел домовой. – Я ей из сокровищницы черпанул.
– Странный какой‑то домовой, – нахмурился Собкар, – хозяйское добро раздает…
– Некогда дурью маяться! – разозлился Осель, вываливая содержимое кастрюли в котел, – шеф вот‑вот концы отдаст. Кажется, готово.
Петруччо посмотрел на домового, у которого после приема лекарства волосы до сих пор стояли дыбом, а из ушей валил пар, и внес предложение:
– Давайте шефа это… привяжем. Если он тоже по стенам начнет бегать, потолок нам на головы рухнет.
– Некогда привязывать, – Осель уже шел с полной поварешкой к столу. – Вэлэр, держи его, остальные тоже.
Вэлэр запрыгнул на стол. Статуэтка мешалась, и он просто положил ее на обнаженную грудь юноше, после чего всем телом навалился на него. Петруччо схватил больного за ноги, Собкар и Кот вцепились в руки.
Глаза Стива медленно открылись, лицо начало розоветь.
– Вэлэр, ты что делаешь? – удивленно спросил он.
– Тссс… сейчас мы тебя лечить будем, – пропыхтел вампир, стараясь удержать шефа, который начал активно сопротивляться.
– Мужики, – заволновался Осель, пытаясь поймать нос Стива в захват, чтобы он открыл рот, – держите крепче, я еще не влил, а он уже буйствует почти как домовой.
Поварешка тряслась в руках гиганта, расплескивая на пол дымящийся бальзам. Стив скосил глаза, увидел красную физиономию вздыбленного домового, у ног которого бальзам прожег солидную дыру в каменном полу и начал сопротивляться еще активней, отбиваясь уже статуэткой, которую умудрился сграбастать со своей груди. Его команда разлетелась в разные стороны.
– Так, у шефа приступ, – мрачно сказал Осель из своего угла, и пополз к чану за новой дозой бальзама, а так как предыдущая доза оказалась целиком на полу, он аккуратно обползал стороной рваные дыры, оставленные его варевом.
– А может, шеф просто выздоровел? – сердито спросил Стив, свешивая ноги со стола.
– Нет, шеф, у тебя горячка, – возразил Кот, – причем белая.
– С чего ты взял?
– Вон какой ты бледненький, и бинты все в крови.
Стив сдернул повязки. Под ними оказалась абсолютно гладкая кожа, а на груди проступало изображение дракона, только не черного, как от его детской игрушки, а золотого.
– И впрямь выздоровел, – обрадовался Собкар.
– А жаль… – расстроился Осель. – я столько золота в этот состав вбухал. Давай хотя бы домового подлечим, а то он какой‑то вздыбленный.
Домовой мгновенно оказался на люстре под самым потолком.
– Я здоров!!! – заверещал он сверху.
– По внешнему виду не скажешь, – Оселю очень хотелось испробовать свой бальзам хоть на ком‑нибудь.
– Сейчас я его оттуда сниму. – В руках Петруччо появился нож на эльфийской веревочке.
– Да я от одного вида твоих панталон сам упаду, – огрызнулся домовой.
Циркач занес руку для броска.
– Не надо!!! – завопил домовой. – Хотите, я покажу, как проникнуть в сокровищницу?
– Хотим! – радостно согласился Кот.
– Вы меня тогда лечить не будете?
– Будем, – сурово сказал Собкар, подтаскивая котел под люстру, – лечить, купать – если не скажешь нам, где здесь тайная комната или еще что‑нибудь в этом роде, куда мог бы спрятаться Муэрто.
При этих словах Стив встрепенулся.
– Черт! Он же Эмму украл! – вспомнил он, спрыгивая со стола. – Эй, малыш, прыгай вниз, никто тебя не тронет.
Юноша сердито пнул котел, заставив содержимое вылиться на каменные плиты пола. Бальзам с шипением ушел в подвал, оставив после себя огромную дыру.
– Совсем с ума сошли! – прошипел Стив. – Царской водкой лечить вздумали? – Он протянул руки вверх. – Прыгай, малыш, не бойся.
Домовой покосился на него, затем, как паук, прошуршал по потолку, по стене и сполз на пол самостоятельно.
– Как твоего домового звать, Вэлэр? – спросил Стив.
Вампир задумался.
– Не помню, – честно признался он. – Я отсюда еще маленький убежал.
– Ясно. Тебя как зовут? – повернулся к домовому Стив.
– Ну, ты спросил! – возмутился ушастый лохматый шарик. – Хозяин не знает, а я должен знать. Я ж тут с самого основания замка! Мне три тысячи лет! Забыл давно. Помню что‑то такое на С.
– Ну, на С так на С, – не стал спорить Стив. – Я вот тоже на С и ничего. Главное, чтоб не Сусанин, – уже еле слышно пробормотал он.
– Вспомнил! – шлепнул себя по лбу домовой. – Сусанин меня зовут!
– Только этого нам не хватало, – расстроился Стив. – Ладно, веди, показывай свои тайные ходы, комнаты…
– А может, сначала в сокровищницу заглянем? – внес предложение Кот.
Все посмотрели на него так, что он немедленно заткнулся.
– Веди, – повторил Стив.
И Сусанин повел.
– Так, сначала сюда, – бормотал он себе под нос, – потом сюда, здесь поворот направо, затем налево…
Замок был огромный. Они долго шли по темным галереям, проходили анфилады пыльных, заброшенных комнат и залов, спускались и поднимались по каким‑то лестницам и, наконец, вышли… обратно в пиршественный зал.
– Угу, ясно, – сделал глубокомысленный вид домовой. – Сначала, значит, надо было сделать поворот налево, а потом уже направо. Три тысячи лет это вам не шутка, немудрено все позабыть. Повторим.
И они пошли по новому кругу. Где‑то через час, после того как домовой трижды вывел их в тот же злополучный пиршественный зал, раз пять загонял всех в каменный тупик, где, кроме пыли при свете факелов ничего обнаружить не удавалось, Стиву это надоело и он задал проводнику вопрос.
– Куда ты завел нас, Сусанин‑герой?
– Пошли вы все на хрен, – чисто автоматически выдал пушистик, почесывая затылок, – я сам здесь впервой. – Домовой похлопал глазами и уточнил: – В смысле давно тут не был. Мне ж, как нечисть в замке завелась, драпать пришлось, ну а дальше склероз, прогрессирующая амнезия…
– Ну, вот что, – сурово сказал Вэлэр, – даю тебе еще три попытки. Не оправдаешь оказанного тебе высокого доверия, будешь отпущен на все четыре стороны.
Это была страшная угроза. Если хозяин выгонял не справившегося со своими обязанностями домового из дома, для последнего это было равносильно смерти.
Стив понимал, что это жестоко, но где‑то здесь, совсем рядом, в когтях злобного бога Муэрто трепещет его жена! Только это заставило его выдать еще одно предложение, когда они зашли в очередной тупик:
– Давайте отрежем Сусанину ногу.
– Не надо, не надо, я помню дорогу, – прохныкал домовой, украдкой вытаскивая что‑то из овчинного тулупа. Зашуршала бумага.
– Может, тебе посветить? – нейтральным голосом спросил Стив. – Чтоб карту лучше видеть? А то ведь опять мимо пройдешь.
Юноша выхватил из рук домового пергамент, расстелил его прямо на полу, и поднес поближе факел. Это была древняя карта. Вернее, не карта, а чертеж, архитектурная схема замка графа Драко, украшенная по краям рунами. Судя по дате, нарисованной внизу, ей было не менее трех тысяч лет, но разобраться в хитросплетениях линий на чертеже не было никакой возможности.
– Это же самая первая карта. Изначальный вариант, – ахнул Вэлэр, – я в детстве слышал про нее. О ней легенды ходили.
– Какие? – насторожился Стив.
– Про нее даже пророчество есть, – Вэлэр прикрыл глаза, вспоминая текст, не раз слышанный в детстве, и начал декламировать:
Земля и небо, лед и пламень,
Спасенье или гнев небес
Найдет открывший тайну карты…
Вампир замолчал. Некоторое время он шевелил губами, затем потряс головой.
– Нет, дальше не помню. Мне ее отчим все в голову вдалбливал зачем‑то, а я его так ненавидел, что старательно пытался забыть. – Скулы вампира пошли желваками от этих воспоминаний.
– Ну, хоть что‑то, – взмолился Стив, – без ямба и хорея, вспомни. Эмма в опасности!
– Что‑то про драконов там было, вроде бы, – неуверенно сказал Вэлэр.
Взгляд Стива упал на статуэтку золотого дракона в руках Вэлэра, и до него дошло.
– Ну, мы тупы‑ы‑ые, ну, тупы‑ы‑ые…
Это была точная копия статуэтки дракона, выигранной им на турнире в Вольных Баронствах. Только она была изготовлена не из черного оникса, а из чистого золота, и в глазах сверкали не рубины, а изумруды.
– Ставь его сюда! – ткнул пальцем на карту юноша.
Вэлэр послушно поставил дракончика в самый центр, и все изумленно ахнули. Древний манускрипт засветился, из него потянулись вверх разноцветные линии, в которых перед этим не мог разобраться домовой, образуя объемное изображение замка со всеми его залами галереями, комнатами и тайными ходами.
– Класс! – восхитился Кот. – Печенками чую: вот здесь сокровищница.
– Угадал, – кивнул Вэлэр. – А мы вот здесь.
– И вот эта красная линия со стрелкой соединяет их. Она показывает, куда нам идти! – воскликнул Стив.
– В сокровищницу, – счастливым голосом прошептал Кот. – Как я вам и говорил!
– Слышь, Вэлэр, если не хочешь сразу обеднеть, – намекнул Собкар, – Коту надо связать руки… а заодно ноги и рот.
Стив на пикировку друзей внимания не обращал. Он старательно запоминал дорогу. Как только все повороты и изгибы красной стрелки намертво осели в его голове, юноша решительно сдернул с карты статуэтку, сложил пергамент и сунул его за отворот белоснежного камзола.
– Нет, это не в сокровищницу. Уровень не тот. За мной!
Стив уверенно вел свою команду к цели, спускаясь все ниже и ниже, пока многочисленные лестницы, галереи и переходы не привели их в темное, мрачное подземелье, так же закончившееся тупиком.
– Да не может быть! – в отчаянии воскликнул он, вновь торопливо расстелил на полу карту, поставил на нее статуэтку золотого дракона.
Если верить стрелке, они были практически уже у цели, только на один ярус ниже сокровищницы, расположенной у них прямо над головой.
– Чуток промахнулись, надо долбить здесь, – ткнул пальцем в потолок Кот.
– Сейчас я кого‑то точно долбану, – разозлился Стив. – Мы сюда не за золотом пришли.
– Прости, шеф, – Коту стало стыдно. – Профессиональная привычка.
Юноша только рукой махнул и начал внимательно изучать стену. Обычная гранитная стена. Ни малейшего намека на щель или лаз, однако красная стрелка на карте упрямо приказывала пройти сквозь этот гранитный монолит. Стив перевел взгляд на статуэтку и, подчиняясь импульсу, приложил ее к стене. Раздался треск. По граниту змеилась трещина. Она становилась все шире и шире.
– Эмма!!! – крикнул Стив в расширяющуюся щель. – Ты там?
Юноша буквально приплясывал от нетерпения и, как только щель расширилась настолько, что сквозь нее мог протиснуться человек, торопливо заткнул статуэтку за пояс, высоко поднял факел и первым бросился вперед. Следом, возбужденно бормоча что‑то себе под нос, скользнул домовой, за ним двинулась команда Стива. Каменные ступеньки, уходящие вниз, вывели их в просторный подземный зал. Неверный, трепещущий свет факела осветил статуи, стоящие вдоль стен, и каменный постамент, внешне чем‑то напоминавший гроб.
– А это еще зачем? – юноша в растерянности озирался. Он готов был рвать и метать, спасая свою жену, но драться было не с кем. Зал был пуст.
– Для жертвоприношений, – раздался сзади него мрачный голос.
Стив рывком развернулся. Глаза маленького домового полыхали адским огнем.
Команда Стива от неожиданности шарахнулась от малыша в сторону.
– Муэрто!
Петруччо выхватил нож.
– Дай сюда, – протянул руку Стив, с ненавистью глядя на домового. Циркач, видя, что глаза шефа тоже наливаются кровью, безропотно отдал свое оружие, предварительно обрезав им эльфийскую веревочку. – Где Эмма? – шагнул Стив вперед.
Ответа юноша получить не успел. За спиной домового что‑то блеснуло, звонко шлепнуло по вздыбленному темечку, он осел на пол и начал преображаться. Команда Стива ахнула. Перед ними без сознания лежал горный тролль, а над ним застыл домовой. Настоящий домовой с ржавым металлическим подносом в руках.
– Слышь, хозяин, вот такой большой, а в сказки веришь, – сердито сказал домовой Вэлэру. – Если взялся нечисть уничтожать, так доводи дело до конца.
– Твой домовой прав, – прошелестел по подземелью вкрадчивый голос. – Жаль, мы вовремя не успели его поймать. Он единственный, кто видит нас.
Выход из подземелья начал зарастать гранитной стеной, отсекая команду Стива от лестницы. Вспыхнули факелы, развешенные по стенам, осветив статуи, и Стив вдруг понял, что одна из них является точной копией его самого.
– Узнал? – голос, казалось, шел со всех сторон. – Молод ты еще со мной бороться, Безумный Лорд. Да, это я, Муэрто. И не один. Ты находишься в капище древних богов, и один из них сейчас воскреснет. Угадай с трех раз, который?
На жертвеннике прямо из воздуха материализовался каменный гроб, накрытый мраморной крышкой.
– Это ты угадай, какого бога я сейчас буду валить, сволочь, – прорычал Стив, сбрасывая крышку на пол. Внутри, как он и ожидал, лежал Муэрто. Он был красив. Мертвенно‑бледное тело юного атлета, закованного в белые латы, было безмятежно спокойно, белые волосы разметались по плечам. Правая рука сжимала белый, ослепительно сияющий меч.
Юноша занес нож над своим двойником.
– Мне плевать на тебя и на твои грязные делишки, но если ты сейчас не вернешь мне Эмму, я твое тело в лоскуты порежу, так, что и оживлять будет нечего.
– Нет проблем, – прошелестел по залу тихий смешок, – верну, но с одним условием. – Одна из статуй со скрежетом отъехала в сторону, из образовавшегося прохода появился граф Орбиладзе. Одна рука его зажимала рот Эмме, другая держала у ее горла нож.
– Какое условие? – скрипнул зубами Стив.
– Подари мне статуэтки, – ласково сказал Орбиладзе. – Вот эту… – Горец на мгновение отпустил рот Эммы, выхватил из складок своего дорожного плаща детскую игрушку Стива и кинул ее прямо на грудь лежащего в гробу Муэрто. – И другую, что у тебя за поясом. Тебе надо сказать только одно слово: дарю!
– Эту подарить могу, – хмуро сказал Стив, – а у этой есть другой хозяин. – Юноша вынул статуэтку золотого дракона и положил ее на грудь Муэрто, рядом с ее ониксовым близнецом.
– Мне все равно, дарите оба, и тогда я ее отпущу.
– Стив, не на…
Орбиладзе вновь зажал девушке рот.
– Смотри, не сдержишь слова, тебе потом никакие божественные силы не помогут, – предупредил юноша, переглянулся с Вэлэром, и они одновременно, в один голос, сказали:
– Дарю!
Статуэтки на груди Муэрто прыгнули навстречу друг другу и с легким щелчком соединились, превратившись… в герб баронессы фон Эльдштайн. Два дракона, золотой и черный, переплелись то ли в яростной схватке, то ли в любовном экстазе.
– Ну? – Стив занес для удара нож.
– Я всегда держу свое слово.
Орбиладзе отшвырнул девушку в сторону, одновременно запуская свой кинжал в полет. Стив, чье внимание целиком было сосредоточено на Эмме, увернуться не успел.
– Стив, нет! – вскрикнула Эмма.
Юноша выдернул нож из плеча. Кровь хлынула из раны на Муэрто.
– Ну, вот и все, – глаза Муэрто, лежавшего в гробу, открылись. – Я вернулся. Твоей то крови мне и не хватало, Безумный Лорд.
Орбиладзе рухнул на пол, как тряпичная кукла, которую перестали дергать за ниточки. Далее события развивались стремительно. Мощный удар отбросил Стива в сторону. Муэрто одним прыжком выскочил из гроба и молниеносными движениями меча очертил в воздухе прямоугольник, открывая портал.
– Стив, его нельзя упускать! – в отчаянье крикнула Эмма, – если он доберется до источника силы, нашему миру конец!
– Так просто он от меня не уйдет! – взревел юноша, в котором наконец‑то проснулась дремавшая магия. Она сумела мгновенно залечить ему плечо, затормозить двойника Стива на несколько мгновений и позволила юноше вцепиться в него, прежде, чем тот нырнул в портал. На помощь пришла верная команда с Эммой и домовым замка графа Драко во главе. Только вот одного они в запале не рассчитали. Их единодушный порыв смел и Муэрто, и Стива, да и их самих в портал, тут же захлопнувшийся за ними. В капище осталось лишь бесчувственное тело графа Орбиладзе, из которого древний бог уже выпил все жизненные соки.

24

Визжащий, рычащий, верещащий клубок выкатился из портала уже в другое подземелье. От капища древних богов оно отличалось габаритами: было гораздо больше и освещалось не факелами. Свет шел от двух источников: скромной купели, стоявшей на постаменте около гроба, и огромного бассейна, в котором, как и в купели, бурлила синяя вода, веющая холодом. В ней зарождались и гасли желтые искорки. По краям бассейна стояли статуи в натуральную величину двух драконов: золотого и черного. От этих источников магической силы, к которым рвался возродившийся Муэрто, поднимался призрачный, голубоватый свет. Древний бог был силен. Он упорно полз к бассейну, волоча за собой облепившие его тела.
– Эмма, уйди! Ты на сносях!
Благоверную Стива выкинули из драки свои, что ее больше всего возмутило, хотя она и понимала их правоту: новую бьющуюся в ней жизнь надо было беречь. Звякнул, высекая искры из камня, меч Муэрто, который Стиву удалось выбить из рук противника. Следом за мечом из общей свалки выкатился Петруччо. Схватив меч, он забегал вокруг кучи‑малы.
– Кого тыкать‑то? Кого тыкать?
Та же проблема была и у его друзей. Стива от Муэрто отличить было просто невозможно. Оба были разъярены, у обоих глаза светились красным светом, а потому доставалось как тому, так и другому. В конце‑концов Стиву, получившему, в очередной раз, от Оселя в ухо, все это надоело.
– Отвалите, придурки! – взвыл он. – Лучше помогите Эмме, а я и без вас справлюсь.
– О! Этот наш, – обрадовался Петруччо. – Значит, другой… – Циркач попытался воткнуть меч в противника Стива. И, надо сказать попал, да куда!
Думаем, читатель сам догадается. Дадим лишь маленький намек: Муэрто стоял в тот момент к Петруччо тылом. Это добавило прыти древнему богу. Он мгновенно раскидал всех, кроме Стива, вцепившегося в него мертвой хваткой, и нырнул вместе с ним в бассейн.
– Все‑таки дотянул, – простонала Эмма, кинулась к гробу и возложила на него руки. – Встань, очнись, Мать Драконов, нам нужна твоя помощь!
Собкар, которого здорово приложило о стену, потряс головой. Остальная команда Стива чувствовала себя не лучше и с трудом выдирала свои члены из гранитной стены, по которой мелькали размытые тени, отбрасываемые Стивом и Муэрто. Битва продолжалась уже в воде. Магические брызги летели во все стороны.
Стиву все же удалось взять Муэрто в хитроумный захват, но противник ужом выскользнул из его рук, оставив белоснежный камзол в руках юноши, и тот от неожиданности замер. На груди Муэрто красовалось изображение черного дракона. Такое же, какое появлялось и у него, когда он брал в руки свою детскую игрушку.
– Не ожидал? – захохотал Муэрто. – Не чаял встретить здесь первого Лорда Драконов? Как же я ненавижу вас, жалкие людишки! Вы погубили весь мой род! Вы убили мою дочь, а потому я вас убивал, убиваю и буду убивать, пока не истреблю всех до единого!
Тело Муэрто начало темнеть. Белоснежная одежда затрещала по всем швам, за спиной начали вырастать крылья. Древний бог раздувался на глазах, превращаясь в огромного черного дракона. Но не это поразило команду Стива. С их любимым шефом происходило то же самое. Закончив метаморфозу, они ринулись друг на друга, и вновь закипела схватка. Брызги из бассейна теперь летели уже веером, каскадом, орошая все вокруг. Благодаря им пришла в себя и команде Стива.
– Да помогайте ему уже! – в отчаянии закричала Эмма, продолжая делать пассы над гробом.
Глаза ее были устремлены на мужа, а потому она не видела, что крышка уже лежит на полу, а из гроба…
– А‑а‑а!!! – вместо «ура» завопили подельники Стива и один за другим с размаху плюхнулись в бассейн, стремясь оказаться как можно дальше от того, что выползало из гроба.
Существо, что поднималось оттуда, содрогалось от конвульсий. По нему проходила волна за волной, плавно трансформируя Мать Драконов. То она принимала облик орка, то тролля, то дракона. Однако кипящая в источнике битва не позволила долго наслаждаться этим зрелищем. Первым опомнился Петруччо. Схлопотав по загривку самым кончиком хвоста Муэрто, он принялся за дело, пытаясь его же мечом отпилить несчастному этот самый хвост. Ему в этом активно помогал Кот, подсовывая под хвост какую‑то склянку. Кровь драконов шла на черном рынке за бешеные деньги, и гересский воришка прекрасно об этом знал.
– Да это ж опять я, недоумки! – проревел дракон, окуная помощников с головой в источник своим чуть было не отрезанным хвостом.
Оселю и Собкару тоже не повезло. С ними ту же операцию проделал Муэрто, которому друзья пытались этот хвост отгрызть, так как холодного оружия при них не было. Ох, напрасно он это сделал. Стиву‑то простительно, он не знал, но Муэрто! Видно, многое забыл за последние три тысячи лет, иначе ни за что не допустил бы такого. Из ледяной воды вынырнули на поверхность черные драконы.
– Ну, ты, гад! – проревел один из них голосом Вэлэра и бросился на Муэрто, безошибочно распознав врага.
Окунувшись в магический источник, он начал видеть не только внешность, но и внутреннюю суть окружающих.
– Вот теперь мы его точно поимеем, пацаны! – плюнул огненным сгустком другой дракон. – Только не до смерти, пусть сначала что‑нибудь приятное про золотишко скажет! – Крылатая команда Стива ринулась на врага, но Муэрто, в отличие от них, все‑таки был бог. Бог, окончательно восстановивший в источнике свою силу. Он раздулся до неимоверных размеров и расшвырял нападавших, как котят. Удержался только Стив. Он тоже превратился в гиганта, но уже не в дракона. В руке белокурого титана появился сверкающий разноцветными искорками от тянувшихся к нему пузырьков из источника белоснежный меч. Муэрто моментально скопировал его облик, и они вновь стали близнецами.
– Да хватит вам!!!
Стив, услышав родной голос, хотел, было, на него обернуться, но при виде застывшего лица Муэрто заподозрил ловушку.
– Остановись, отец!
– Эммануэль? – прошептал потрясенный Муэрто.
– Где? – Стив не удержался и вывернул голову назад. – Ой, мамочки… – Глаза его стали квадратными.
Эмма, его малышка Эмма, дикая, необузданная баронесса фон Эльдштайн, превратилась в золотого дракона.
– Шеф, не отвлекайся. – Черные драконы со всех сторон лезли к источнику, спеша окунуться в драку.
– Стойте! – взмахнула рукой Мать Драконов, тело которой после ряда метаморфоз зафиксировалось в человеческом облике.
Она тоже достигла гигантских размеров и предстала перед всеми в виде прекрасной девушки. Отливающая золотом тога ниспадала с ее плеч. Команда Стива так и не прорвалась к бассейну, натолкнувшись на невидимую стену. Мать Драконов подняла свой печальный взор на Муэрто:
– Наша дочь жива.
– Не верю! – Глаза древнего бога опять начали наливаться кровью. – Я своими глазами видел ее смерть!
– И, озлобившись, ушел в темную сторону, – грустно согласилась Мать Драконов, – и развязал войну. Ведь раньше ты не был Богом Смерти, Муэрто. Даже твои друзья, Древние Боги, пришли в ужас от деяний твоих и покинули этот мир.
– Они предатели, – прохрипел Муэрто, – и ты тоже! Три тысячи лет я провел с душой, отделенной от тела по вашей милости!
– Иначе было нельзя. Ты обезумел тогда от горя, и тебя необходимо было остановить, пока ты не уничтожил весь этот мир. Даже гномы и эльфы, наши верные подданные, вынуждены были поднять оружие против тебя. Ты уже не делал разницы между своими и чужими. Разъединив тебя и заточив твою душу отдельно от тела, Древние Боги ушли, а я осталась ждать твоего возвращения.
– Почему?
– Я слишком хорошо знала своего мужа. Тебя, любимый. Я знала, что когда‑нибудь ты порвешь путы, а потому осталась ждать…
– Зачем? Чтобы снова предать и заточить меня в склеп?
– Только в том случае, если безумие не покинет тебя… когда ты увидишь свою дочь живой. Смотри.
Мать Драконов взмахнула рукой, вода магического источника взметнулась вверх и застыла, зависнув в воздухе, превратившись в гигантский экран. В нем появилось печальное лицо Матери Драконов, стоявшей около гробницы своего мужа, сошедшего от горя с ума и устроившего ад на земле. Затем, как в калейдоскопе, замелькали войны, битвы людей против эльфов, гномов и драконов. Драконы умирали сотнями, тысячами, самоотверженно бросаясь в бой. И с каждой смертью от них отлетала искорка, частица души, устремляясь в купель, около которой Мать Драконов терпеливо ждала целых три тысячи лет, погруженная в транс. И вот погиб последний дракон этого континента. И как только это произошло, она очнулась и извлекла из купели золотое яйцо. А вот из него уже вылупился маленький желтый дракончик, постоянно меняющий свой облик: то дракончик, то младенец. Эмма, Эммануэль, баронесса фон Эльдштайн. Когда она превращалась в дракончика, срыгивавшего свою детскую пищу огненными сгустками, ей занимались огнеупорные гномы, привычные к жару кузни, но стоило ей превратиться в человека, как за дело брались бессмертные эльфы, в обязанности которых входило обучение ребенка эльфийской магии, политесу и прочим наукам. Сама же Мать Драконов вновь погрузилась в сон. Она чувствовала, что магические оковы, наложенные Древними Богами, слабеют и скоро не смогут удержать душу мужа, рвущуюся к телу. Она запасалась магической энергией около купели, готовясь к грядущей битве. А вот и малыш Стив появился в усыпальнице Матери Драконов со своим деревянным мечом. В маленьком храбреце богиня почувствовала опору и защиту своему младенцу и нарекла его новым Лордом Драконов.
Красный огонь в глазах Муэрто медленно гас. Он перевел взгляд с экрана на Эммануэль, только что превратившуюся обратно в человека.
– Это мой муж, – Эмма шагнула прямо в источник к Стиву, прижалась к нему. Юноша, откинув в сторону меч, бережно обнял ее за плечи. – А здесь, – положила она руку на живот, – зреет новая жизнь.
Глаза Муэрто стали абсолютно синими, он неуверенно тронул дочь за руку, и она, оторвавшись от Стива, прильнула к его груди.
– Отец!
– Я вижу, ты пришел в себя, – Мать Драконов тоже шагнула в источник и ласково погладила мужа по плечу. – Пора прощаться. Нам надо уходить.
– Куда? – растерялся Муэрто.
– Туда же, куда ушли твои друзья, Древние Боги. Оставим этот мир нашим детям. Они это заслужили.
– Возможно, ты права… – Муэрто ласково поцеловал дочь в лоб, повернулся к Стиву. – Я подтверждаю твое звание Лорда Драконов. – С этими словами один из последних Древних Богов, оставшихся в этом мире, рванул на груди Стива его белоснежный камзол, прикоснулся ладонью к обнаженной груди юноши, и на ней проступил герб баронессы: слившиеся то ли в яростной схватке, то ли в любовном экстазе золотой и черный дракон.
– А вы, – строго сказал он команде Стива, – будете его верными вассалами и жить вам отныне не одну тысячу лет.
– И на фига мне такое счастье в этой черной шкуре? – запаниковал один дракон. – Как я такими крылышками по карманам шарить буду? А девочки? Они же от меня шарахаться будут!
– Если захочешь поразвлечься, – засмеялась Мать Драконов, – тебе надо будет просто сделать вот так. – Она щелкнула пальцами, и команда Стива приняла человеческий облик. – А еще, за полосой бурь и туманов, куда не доплывал ни один корабль…
– Неужто в Туманном Альбионе? – удивился Стив.
– Почти, – улыбнулась Мать Драконов.
– А золото там есть? – азартно сунулся вперед Кот.
– Слетайте туда, – посоветовала Мать Драконов, – и сами все узнаете. Встретите много новых друзей. Драконы, гнездящиеся там, не знали ужасов войны этого континента. С их помощью вы восстановите наш род, и гномам не придется больше делать механических драконов.
– А зачем они их вообще делали? – полюбопытствовал Собкар.
– Эльфы и гномы поклонялись нам испокон веков, и они до сих пор не могут понять, как люди подняли руку на своих создателей, – спокойно сказала Мать Драконов. Увидев удивленные взгляды, пояснила: – Нас было семеро когда‑то. Мы с мужем, и пятеро наших друзей. Древние Боги, как нас теперь называют. Мы пришли в этот мир, населенный эльфами, гномами, троллями и орками, стали учить их магии, наукам, ремеслу, а они, при виде мудрости нашей, начали поклоняться нам и детям нашим – людям и драконам – как богам. Здесь царили полный мир и гармония. Наши дети росли и множились, мы продолжали свои исследования и эксперименты с магией, и однажды стали жертвой одного из них: попали в капкан времени. Для нас пролетело одно мгновение, а здесь прошло боле пятидесяти тысяч лет. И мы не узнали этот мир. Что‑то пошло не так. Часть детей наших утратили возможность оборачиваться в драконов и начали деградировать в облике человека. Они почти полностью утратили магические навыки, хотя среди них, порой, и попадались довольно приличные ведьмы и колдуны. И, что самое страшное, они забыли про наше кровное родство, и объявили войну черным драконам. Остальное вы знаете. Теперь, когда здесь есть новый Лорд Драконов Стив и новая Мать Драконов Эмма, мы можем спокойно оставить этот мир.
Мать Драконов мановением руки распахнула портал, взяла мужа под руку.
– А можно вопрос? – деликатно кашлянул в спину родителям Эммы Кот.
– Да? – повернулась Мать Драконов.
– Так в этом… Туманном Альбионе золотишко все‑таки есть?
– Дракон без золота не может, и скоро ты это поймешь, – пояснил за жену Муэрто. – В нем секрет его долголетия. Там, за зоной бурь, штормов и туманов, в пещерах схоронено все, что драконы скопили за многие тысячелетия.
– Общак? – обрадовался воришка, – Ну, можно сказать и так, – согласился Муэрто, увлекая в портал жену. – Прощайте…
Портал захлопнулся. Последние Древние Боги покинули этот мир.

Эпилог

Звон колоколов проплыл над Кассилией, как только свадебный кортеж приблизился к соборной площади. На ней уже толпился народ. Стража деликатно оттесняла в сторонку разряженную толпу, освобождая дорогу Их Величествам, Их Высочествам и прочим важным господам, удостоенным великой чести присутствовать на королевской свадьбе.
– Не расстраивайтесь, принц, – по‑отечески благодушно прогудел Эдуард II. Королевский экипаж стучал колесами по булыжной мостовой. – Ну, мало ли какие дела могли задержать твоего друга?
– Вообще‑то это неуважение к двум великим державам, – сердито буркнул Дарьял XV, сидевший в карете рядом со своим сватом и женой напротив детей, – к Нурмундии и Бурмундии!
– Не зарывайтесь, державные, – прозрачно намекнула королева Бурмундии, ткнув локотком супруга в бок. – Насколько мне известно из доклада Собкара, Королевство Вольных Баронств раз в пять больше и Нурмундии и Бурмундии вместе взятых.
– Вот именно, – поддержал мать Ленон, – но не это главное. Стив стал мне настоящим другом. И когда он пожелал нам счастья, а сам раненный помчался на битву с древним богом… – принц судорожно вздохнул. – Мне до сих пор стыдно, что я не пошел вместе с ним. Смалодушничал. Не мог оставить одну Лили.
Принцесса прижалась к плечу жениха, успокаивающе погладила его по руке.
– И молодец, – одобрил Эдуард II. – Государственные интересы превыше всего! Жаль, конечно, что Стивиана на пиру не будет. Ох, затейник, какую охоту он мне устроил!
– Ты б видел, что он вытворял на пиру у меня во дворце, – не смог сдержать улыбку Дарьял XV. Королева густо покраснела.
– Кажется, приехали, – поспешила она сменить тему.
Карета остановилась. Народ радостно взревел при виде жениха и невесты, которые в сопровождении венценосных родителей, рука об руку двинулись в сторону собора, по длинной зеленой ковровой дорожке, усыпанной лепестками роз. У ступеней собора, около выносного алтаря, их ждал батюшка, степенно поглаживая массивный серебряный крест на груди. Сзади него толпились монахи, служки и хор мальчиков в церковных нарядах. Руководитель хора взмахнул дирижерской палочкой…
– Воздух!!! – истошно завопил начальник караула.
– На нас напали!
В воздухе зашумели крылья. Огромные черные драконы летели клином и только один дракон, в вершине этого клина, был золотой. Они сделали лихой вираж над площадью, взметнув тучи пыли, и пошли на посадку.
– Спасайте короля!
– Принцессу…
Ленон выхватил у ближайшего стражника шпагу и бросился в атаку на заходящих на посадку драконов.
– Куда вы, Ваше Высочество!!!
Батюшка высоко поднял над головой свой серебряный крест и пошел вперед.
– Именем Господа Бога нашего, изыди…
Воздушным потоком его и Ленона сбило с ног, и они покатились по пыльной мостовой. Драконы, совершив посадку, начали складывать крылья. Королевская охрана замерла, ощетинившись мечами. Золотой Дракон склонил голову к земле, и с его шеи скатился на землю маленький черный дракончик.
– Да разве ж можно так с ребенком?! – раздался возмущенный голос откуда‑то сверху, и только тут все заметили, что на шее одного из черных драконов сидел плотно сбитый мужичок в королевской мантии. Дракон поспешил склонить голову к земле, давая ему возможность спрыгнуть на землю.
– Да это же король Вольных Баронств! – ахнул кто‑то в толпе.
– Как ты, внучок? – кинулся к дракончику Аврильяк I.
Дракончик что‑то гукнул огненным сгустком, подпалив деду бороду, и превратился в младенца. Король, затушив на подбородке пожар, подхватил малыша на руки. За его спиной драконы резко сокращались в размерах и превращались в людей.
– Надеюсь, мы не опоздали? – бодро спросил Стив.
– Я думаю, нет, – успокоила его Эмма. – Обрати внимание, любимый: здесь, по‑моему, ты еще не был. Это Собор Кассилийской Богоматери.
– Какой‑какой матери? – насторожился Стив.
– Касилийской… – Эмма похлопала глазами. – …Богоматери, – уже более строго добавила она.
– Тогда это наверняка Квазимодо, – уверенно сказал Стив, поднимая с земли ошарашенного Ленона, и начал отрясать его от пыли.
Из‑за его спины выскользнул Кот и бросился помогать подниматься батюшке.
– Не, я этот… Ленон, – ошарашенный принц уставился дикими глазами на Стива. – Ты что, меня не узнал?
Стив взлохматил ему голову, заставив волосы встать дыбом, и крепко прижал к своей груди.
– Вот теперь узнал! Собкар, скажи Оселю, чтоб дал Коту по шее! Пусть немедленно вернет батюшке крест. Чем он нас благословлять будет? Мы же с Эммой еще не венчаны!
Народ радостно взревел. Все поняли, что войны не будет, а будет шумная, веселая свадьба, которая растянется не на один день. О том, как умеет гулять Безумный Лорд, по Бурмундии и Нурмундии уже ходили легенды.

КОНЕЦ